подруги. Или нет. Гильом никогда раньше не задумывался о размере женских ног.
Когда крестница Петера медленно подошла к нему – с такой опаской, словно он был злой собакой, и Сэнди боялась, что в ответ на слишком резкое движение Гильом способен ее укусить – рыцарь придвинул к ней хрустальный башмачок.
– Вам не знакома эта туфелька?
Синие глаза девушки расширились.
- Нет, - сказала она. Голос звучал спокойно, и Гильом понял две вещи – во-первых, Сэнди совершенно точно видит лежавшую на прилавке туфельку уже не в первый раз. А во-вторых, что бы он с ней ни делал, эта Сэнди ничего ему не скажет. Орси хорошо знал это выражение лица – холодную, сосредоточенную отрешенность человека, которого взяли в плен и привели на допрос в самое сердце вражеского лагеря, откуда никак не сбежать и где бессмысленно ждать помощи.
- Как думаете, Сэнди – это ваш размер? – мягко спросил Гильом.
- Да, - согласилась девушка. Гильом одобрительно кивнул. Все правильно, он бы на ее месте тоже не стал отрицать того, что легко можно опровергнуть.
- Хотите примерить?
- Нет, спасибо.
Гильом усмехнулся.
- Я все-таки вынужден настаивать. Примерьте.
Сэнди молча вынула ногу из грубого деревянного сабо, поставила туфельку на пол – и вложила в нее ногу, даже не потрудившись снять чулок.
- Она вам, кажется, великовата, - заметил Орси.
- Нет, не слишком, - безразличным тоном возразила Сэнди.
- Думаю, если бы вы побежали, она соскользнула бы у вас с ноги.
Сэнди посмотрела на него – и в ее глазах в первый раз мелькнуло что-то человеческое. Насмешка.
- В таких туфельках не бегают, - заметила она. Гильом не смог удержаться от улыбки. Эта упрямая девчонка ему нравилась.
- В самом деле. Я об этом не подумал, - сказал он. – Позвольте, я расскажу вам одну историю. Вчера, на дне рождении наследника – который вы, насколько мне известно, проводили с вашим крестным и его семьей – какая-то девушка явилась во дворец, чтобы найти меня или какого-нибудь рыцаря из Братства. Адриан вызвался ей помочь и сам отправился меня искать – но так случилось, что, пока Его высочество отсутствовал, девушка передумала. Или же кто-нибудь заставил ее передумать. В любом случае, она внезапно решила, что встречаться с рыцарями Братства ей уже не нужно. А когда принц нагнал ее у самых парковых ворот, она сказала, что никто – ни принц, ни кто-нибудь другой, – не сможет ей помочь. Потом она села в коляску, которой, по-видимому, правил эльф, и покинула город. Принц преследовал коляску, но коляска вместе с девушкой, возницей и упряжкой лошадей в буквальном смысле слова растворилась в воздухе, и все, что он сумел найти на том месте, где она исчезла – это эта туфелька.
- Я же вам с самого начала говорил, что это была фея! – воспрял духом Петер. – Что тут непонятного?.. Туфелька явно сделана в Подлунном мире. Коляска и лошади – тоже оттуда. А вы тут пытаетесь припутать мою крестницу к этим эльфийским пакостям!
- Да-да, я понимаю ваше возмущение, - кивнул Гильом. – Но, видите ли, принц был абсолютно убежден, что девушка – в отличие от эльфа, который правил коляской, – была человеком. Поэтому он решил, что она попала в беду, и что эльфы держат ее в Подлунном мире против ее воли.
- Даже если так, я все равно не понимаю, какое отношение это имеет к Сэнди. Моя крестница никогда не была в Подлунном мире! – вставил Петер.
- На празднике вместе с вами она тоже не была, так что не будем цепляться к словам, - дернул плечом Орси. – Речь не об этом. Речь о том, что принц отправился спасать ту девушку, считая, что с помощью этой туфельки он сможет отыскать дорогу в Полуночный мир. И, судя по всему, он её отыскал… Во всяком случае, туфельку Эдварду… простите, я хотел сказать – Его величеству – прислали от имени Королевы фей с требованием разобраться в этой ситуации. Если не ошибаюсь, это первый за пятьсот лет случай, когда Неблагой двор чего-то от нас требует. Но в данном случае дело не только в дипломатии и в мире между нашими народами, но и в жизни наследника. Поскольку непохоже, что эльфы готовы его отпустить, не получив сперва исчерпывающих объяснений, что произошло, а заодно и компенсации ущерба.
Сэнди смотрела в пол – то ли рассматривала свою ногу в маленьком хрустальном башмачке, то ли просто не желала поднимать взгляд на рыцаря.
- И что же они хотят получить в обмен на принца?
- Было бы невежливо ответить «вас», поскольку вы пока что ни в чем не сознались. Но эльфы хотят видеть у себя хозяйку этой туфельки – ту девушку, которую искал принц Адриан. И, согласитесь, это подрывает вашу версию о том, что с принцем Адрианом разговаривала фея, - повернувшись к Петеру, сказал Орси.
- А что, собственно, нужно эльфам от хозяйки туфельки? – спросила Сэнди. Гильом изогнул бровь.
- Это признание?..
- Это вопрос, - сердито возразила Герта, которая до этого молча слушала их разговор. – Я бы на вашем месте начала именно с этого, а не бегала по городу с этой туфлей. Вот вы сказали, что желание эльфов найти хозяйку туфельки якобы подрывает версию о том, что это фея, а на самом деле – вовсе нет! Может быть, Королева хочет найти фею, которая нарушает их законы, чтобы покарать ее – вместе с ее подручными – за ее своеволие. А эльфы, которые чем-то рассердили Королеву фей, вполне способны прятаться в мире людей. Почему нет?! Солнце им неприятно, да, ну так и троллям тоже – а послы Нижнего мира при этом спокойно живут в Тилфорде.
Гильом дождался окончания этой тирады – и несколько раз хлопнул ладонью о ладонь.
- Браво, сударыня… Я, правда, с вами не согласен, но мое несогласие основывается на личных встречах с эльфами, а личный опыт к делу не пришьешь. Формально, ваше рассуждение вполне логично. К сожалению, я не могу сказать, чего на самом деле хочет Королева фей. Эльфы не потрудились объяснить, чего они хотят от девушки, которая владела этой туфелькой. Жители Подлунного мира вообще никогда ничего не объясняют. Не скажу, что пути эльфов неисповедимы – это было бы невежливым и даже святотатственным сравнением – но они,
