открытого экипажа, запряжённого конной парой. Под аккомпанемент одинокого цокота своих лошадок по пустынной мостовой они проехали по опустевшим центральным улицам и площадям города. Судя по приглушённому свечению дороги, брусчатка была сделана из того же материала, что и дома. Поэтому на улицах, которые подсвечивались одновременно от дороги и от стен окрестных домов, было довольно светло. Да и яркий свет нескольких спутников планеты не позволял славному городу Велеграду погрузиться во тьму этой ясной тёплой ночью.
На самом деле из поездки по центральной части города Оля не запомнила ровным счётом ничего, потому что скамья в экипаже оказалась довольно тесной и как она не пыталась держать дистанцию с сидящим рядом стражем, у неё ничего не выходило. При каждом покачивании хлипкого транспорта их соприкосновение отдавалось жаром сквозь тонкую ткань летних одежд, из-за чего было совершенно невозможно сосредоточиться на окружающей обстановке.
Экипаж остановился у небольшого озера, по поверхности которого скользили самодвижущиеся лодки с романтичными парочками. Сирин отлучился и крайнему удивлению Оли, уже предвкушавшей лодочную прогулку, вернулся с коньками в руках. Она недоумённо наблюдала, как страж зашнуровал свою пару коньков и шагнул на водную гладь, заставив девушку потрясённо ахнуть, поскольку под коньками мгновенно образовались тонкие полоски льда, по которым он легко заскользил по озеру. Страж с довольной улыбкой поглядывал на невесту через плечо, взмахом руки приглашая присоединиться.
После некоторых колебаний Ольга тоже надела коньки и храбро ступила на блестящую озёрную гладь. Сирин встретил её у кромки воды, протянув руку. Держась за руки, они бок о бок скользили по лунным дорожкам на зеркальной озёрной глади, подставляя лицо тёплому летнему ветру, любуясь холодным светом планетарных спутников и редкими тусклыми звёздами на тёмном небе. Удовольствия не портило даже то, что рядом с уверенно держащимся стражем Оля казалась себе похожей на неуклюжего медвежонка, который только учится ходить.
В какой-то момент она отвлеклась на проплывавшую мимо лодку с парой гномов, не удержала равновесия и, качнувшись назад, приготовилась плюхнуться в тёмные озёрные воды, поскольку её пятая точка явно не обладала волшебным свойством образовывать под собой лёд. Однако за миг до падения у самой воды её подхватили сильные руки.
Сирин перехватил поудобнее свою ношу, с невозмутимым видом сделал плавный разворот и направился к берегу, держа Олю на руках без видимого напряжения, будто она ничего не весила. После первой неловкости она устроилась поудобнее, обняв жениха за шею. Отражения ночных светил поблескивали во влажных от ветра синих глазах. Она смотрела как подрагивают его ресницы, разглядывала улыбку, прячущуюся в уголках губ, и думала: «Неужели это правда, неужели это всё действительно со мной? И этот человек правда верит, что я его суженая».
Оставшуюся дорогу до Дома, оказавшуюся не такой уж и дальней, они прошли пешком в невысказанном общем желании продлить волшебное очарование этой ночи. Под звёздным небом араолец и иномирянка шли неспеша по переливающимся перламутровым светом пустым улицам и разговаривали. Вернее сказать, Сирин лишь спросил, какой он, мир, откуда Оля прибыла, и дальше говорила только она. Внезапно Оле захотелось, чтобы он узнал как можно больше о Земле — том месте, которое сделало её собой, и она говорила и говорила, о своём детстве, о маленьком городе и о своей семье, пока наконец не поняла, что стоит у крыльца Дома.
В этот момент Сирин подошёл совсем близко, так, что, обернувшись, она почувствовала его дыхание. Поддаваясь внезапному желанию, Оля подняла руку и легко провела пальцами по заросшей щетиной щеке, скользнула дальше вниз по шее, остановила ладонь на груди и ощутила, как под лёгким шёлком рубашки гулко стучит его сердце. Сирин накрыл её руку своей и крепче прижал к своей груди. Другой рукой он осторожно привлёк к себе Олю за талию.
— Я надеялся, — сказал он тихо. — На самом деле надеялся, что ты не откажешься от меня… от нас, с тех пор как увидел кольцо на твоём пальце. — И добавил с улыбкой в голосе: — Не зря же я с первой встречи упал к твоим ногам.
Оля почувствовала, как тепло его объятий отзывается в ней гулким сердцебиением. Щёку обжигало его горячее дыхание. Их общий настрой, романтика звёздной ночи, чудесный проведённый вместе вечер, в конце концов, помолвочное кольцо на пальце, — всё располагало к волнующему первому поцелую жениха и невесты. Оля решительно встала на цыпочки и потянулась к его губам.
И в ту же секунду, выпуская сноп света, с шумом распахнулась входная дверь. Тихон (а кто же ещё) возник в дверном проёме, одетый почему-то в комплект из растянутых тренировочных штанов и белой майки-алкоголички, и встал, подбоченясь, глядя на пару взором, полным укоризны.
— Ты знаешь, сколько сейчас времени? — задал он вопрос тоном лучшей преподавательницы института благородных девиц.
— П-прости, — с трудом удержалась Оля от смеха, прикидывая, из каких закоулков её памяти дух выудил этот светлый образ. — Я исправлюсь. — Уже обращаясь к Сирину, она почти прошептала: — До встречи, — и проскользнула в дом.
Домовой посторонился, пропуская её внутрь, смерил остолбеневшего начальника дворцовой стражи с ног до головы возмущённым взглядом и с тем же грохотом хлопнул перед ним дверью.
Без лишних разговоров поднявшись в спальню, Оля добросовестно переоделась в пижаму и залезла в кровать. Однако, повертевшись некоторое время под одеялом, она была вынуждена признать, что заснуть сейчас просто физически не в состоянии. Не в силах успокоиться, она походила по комнате, сдёрнув с кровати одеяло, завернулась в него и забралась с ногами на подоконник, чтобы ещё раз посмотреть на спящий город.
Освещение комнаты, подстраиваясь под настроение хозяйки, почти погасло за исключением тусклой световой дорожки у пола. Оля сидела на подоконнике, обхватив колени, и снова и снова перебирала в памяти события сегодняшнего вечера. Невольно улыбаясь собственным мыслям, она смотрела в окно, но вместо тусклого освещения ночной улицы видела лунный свет, отражавшийся в синих глазах. Она зажмурилась и почти физически снова ощутила тепло сильных рук.
До встречи с араольцем Оле и в голову не могло прийти, что такая взрослая и местами даже здравомыслящая девица как она глубокой ночью вместо крепкого здорового сна может вот так сидеть на окне в романтических мечтах о малознакомом мужчине. «Детский сад какой-то». Оля поёжилась и плотнее завернулась в одеяло. Весь её предыдущий опыт общения с мужчинами оказался полностью бесполезен, настолько араолец от них отличался. Со школьных лет кавалеры не были с ней столь робкими и целомудренными, однако торопить события и разрушать сказку совсем не хотелось.
Разум, конечно, твердил, что
