одним из рефрижераторов, и затаила дыхание.
Вспыхнула люстра.
– О боже! – воскликнула Анна Сергеевна. – Патрик! Как ты ухитрился открыть шкаф?
– Чем ты занимаешься? – произнесло сопрано. – Верни на место.
Послышался стук.
– Тебя даже запись отпугивателя не напугала, – продолжала беседу с котом хозяйка. – Масло! Просто безобразие! Разлил настоящее оливковое, которое мне из Греции привезли. Никаких слов не хватает!
Я не могла видеть, чем занимается Анна, но хорошо слышала стук, шорох, который издает рулон бумажного полотенца, когда от него отрывают кусок, звяканье, шлепки тряпки по плитке. Хозяйка сначала собрала разлитое масло, потом принялась мыть пол. Уборка продолжалась долго, наконец свет погас. Анна Сергеевна покинула помещение со словами:
– Пойду приму душ! И где Галина? Опять опоздала.
Желание еще раз попытаться налить масло в обувь у меня напрочь пропало. Лучше вернуться в спальню, лечь в кровать прямо в туфлях, подремать немного, приехать в торговый центр к открытию и задать продавцу вопрос: как снять лодочки?
Я выдохнула, попыталась покинуть укрытие и поняла, что застряла.
Многие, наверное, слышали рассказы о людях, которые оказались в опасной ситуации и неожиданно ощутили невероятный прилив сил, продемонстрировали неописуемую ловкость, прыткость, подняли танк, обогнали гепарда. Я очень не хотела, чтобы Анна Сергеевна заметила меня ночью на кухне у разбитой бутылки с маслом. Желание затаиться оказалось столь сильным, что я ухитрилась ввинтиться в такое узкое пространство, куда и мышь не прошмыгнет. Я присоединилась к числу людей, которые при пожаре выскакивают из дома через отверстие вентиляции, вылезают из подвалов сквозь дыру, которую прогрызла крыса. Но они все оказались на свободе, а я, наоборот, очутилась в плену. Почему бы мне не напрячься и не попытаться отодвинуть холодильник? Именно эта идея и пришла мне в голову, но, несмотря на все усилия, холодильник не переместился даже на сантиметр. Сначала я удивилась, толкаю здоровенный шкаф из нержавейки, а он стоит на месте, словно вкопанный. Но потом я вспомнила, что холодильных шкафов несколько, они все устроились рядом в нише, последний примыкает к стене так же, как и тот, за которым сейчас нахожусь я. Я борюсь не с одним шкафом, а с тремя плюс противоположной кирпичной стеной. Шансы победить весь набор у девушки, чей вес не достиг пятидесяти килограммов, равны нулю, поэтому лучше перестать трепыхаться. Но скоро все проснутся и захотят позавтракать! Нет, надо продолжать борьбу! Если что-то невозможно сместить вбок, вероятно, есть шанс выдвинуть его вперед? Я набрала полную грудь воздуха и услышала, как кто-то вошел на кухню, громко зевнул и стал напевать себе под нос.
– Доброе утро! А что это значит? Значит, день наш фигово начат…[2] В пять часов утро добрым не бывает…
Стало понятно, что в кухне находится женщина, которая переиначила популярную в моем детстве песню.
Шаги приближались. Я вжалась в стену и тут, как назло, отчаянно зачесался нос. Попытка задержать дыхание завершилась чиханием.
– Ой, мама, – взвизгнула тетушка, – мыши! Вот гадюки! Шуршат за холодильником. Сейчас наподдам им. А ну пошли вон!
В щель просунулся веник и задел мою щеку. В ту же секунду появилось лицо незнакомой тетки, она уставилась на меня. Пару мгновений мы провели молча, затем я улыбнулась.
– Здрассти, вот, значит, я в гости пришла к…
– Нет, нет, нет, – заорала баба, – только не забирай меня! Честное слово, это не я! Не я! Знаю, кто тебя убил!
Потом незнакомка унеслась. Я что есть сил пнула холодильник, тот неожиданно продвинулся вперед. Я выскочила из капкана и унеслась со скоростью ветра.
Глава двадцатая
– Дорогая, как вы спали? Выглядите замечательно, – заметила Анна Сергеевна.
– Спасибо, – сказала я, ни минуты не спавшая, – прекрасно.
– А у меня сплошные приключения, – начала рассказывать Анна. – Перед рассветом Патрик залез в шкаф! Ему даже отпугиватель не помешал.
– Мама, запись, которая включается, когда кто-то открывает дверцы, срабатывает всего один раз, – хмыкнул Виктор, – во второй и люди, и даже котяра знают, что это ты решила напугать любителей поесть по ночам.
– Когда хочу, тогда и ужинаю, – заявил Константин, – и никто мне не указ.
– В полночь набивать желудок вредно, – заявила хозяйка, – мне не жалко еды, я беспокоюсь о здоровье членов семьи. Но в этот раз полакомиться решил Патрик, он распахнул дверки, схватил зубами, когтями, не знаю чем и как, бутылку с греческим оливковым маслом, уронил ее и удрал. На безобразника ни капли не попало. Выскочил сухим из воды.
– Из масла, – поправил Петр и засмеялся.
– И это еще не все! – воскликнула Анна Сергеевна. – Галина сошла с ума! Она меня уверяла, что за холодильником кто-то стоял и обещал ее убить! Сначала она плакала, потом сознание потеряла, пришлось вызвать «Скорую» из нашего медцентра, прислугу увезли в Москву. Предварительный диагноз – инфаркт. Ну и утро, я проснулась ни свет ни заря, вспомнила, что вечером не вынула курицу разморозиться. Пошла на кухню, думала: вытащу тушку и подремлю еще. И что я там вижу? Масло разлито! Убрала, легла в кровать, потом будильник заорал. Пошла завтрак делать. Картошка не чищена, ничего из того, что я вчера велела, не сделано, самой Гали у мойки нет. Пошла ее искать и нашла в гостиной на диване! Даже не знала, как реагировать на такое поведение. Развалиться нагло там, где хозяева отдыхают. А потом поняла: плохо ей. Вот какое приключение!
– Бабушка! – воскликнула Настя. – Я рано утром в туалет жуть как захотела.
– Дорогая, мы сидим за столом, – напомнила Анна.
– Собираюсь объяснить, почему так рано в коридоре оказалась, – не дрогнула внучка. – Топаю в сортир и слышу, как горничная в гостиной рыдает: «Видела Лику, она за холодильником стояла, хотела меня с собой на тот свет утащить. Я ей сказала: «Не трогала вас с Юрочкой, знаю, кто вас убил! Знаю! Знаю! Видела…»
Бабушка, а ты ее перебила:
«Сейчас принесу кофейку. Лекарство найду от истерики».
«Только не чай!» – закричала домработница.
Я убежала, не хотела, чтобы ты вышла и меня увидела. Галя громко имя Лики называла! Почему ты сейчас об этом молчишь?
– Дорогая, я не хотела тебя и Николеньку нервировать. Галина бредила, – покачала головой Анна.
– Кто за холодильником стоял? – изумился Виктор.
– По словам Гали покойная Анжелика, жена бедного Юры, – уточнила его мать. – Наверное, понятно, почему я решила промолчать о том, какую чушь несла прислуга.
– Напилась баба, вот ей и померещилась фигня всякая, – решил Константин.
– Дорогой, Галя капли в рот не берет, – заверила его супруга, – она ведет исключительно трезвый образ жизни.
– Таких жителей
