как три года назад. Вместо всепожирающего и очищающего пламени, пришло высоковольтное электричество, а значит следует сменить вооружение всей команде, исходя из реалий. Шокеры, "молниеводы", парализующие сети. Благо в следующий раз трофеи не нужны, а значит после обнаружения гнезда термит можно активировать сразу. Но сначала необходимо собрать в кучу ковбоев и коров, указав на тени волков за оградой.
В режиме дефрагментации, Синт набрал сообщение Штабс-офицеру, анонимный запрос в службу опеки несовершеннолетних разумных по поиску пропавших детей на Северо-Западе Нью-Москоу за период три месяца, включая закрытые кейсы. Провел анализ боя группы, их действия, удачи и промахи. Собрал статистику, а ещё был железно уверен в необходимости лично спуститься в провал.
Через пятьдесят минут с момента погружения в стазис сна, прозвенел внутренний таймер. Привычная замена батарей, заправка ранца, проверка кислородных патронов. За пять минут до назначенного времени, Синт поднялся в переговорную. Удивился наличию всех членов команды на местах, хоть и в подавленном состоянии. О-ни в свежей, белого цвета, ханьфу. Волосы собраны и спрятаны под платком. Поза покорности, принятия рока.
Заняв свое место, Михаил сложил руки на столе, совсем как рекрут в младшей школе. Дождался начала брифинга, а затем поведал всем присутствующим историю.
— Моя сестра пыталась помочь заражённым. Она искренне была уверена, в том что найдёт медикаментозный способ убрать чужеродное присутствие в организме. Фарма охотно делилась с ней препаратами, заинтересованная именно в таком способе разрешения конфликта. Я верил ей. Поддерживал. Все закончилось тем, что квартал накрыли напалмом. Три месяца она спала рядом с симбами, использовала нейростимуляторы и транквилизаторы, щадящие дозы стафа. У больных появилась устойчивая адаптация к лекарствам. И таблетки, чтобы скрыть свой провал, залили дистрикт огнем.
— Больница Всех Святых? — уточнила Шарко.
— Да. Сегодня у вас проснулась очень человеческая черта - жалость и сочувствие. Видно вы плохо усвоили видеоурок, который я вам продемонстрировал. Симбы не помогают разумным. Это не симбиоз, а паразитизм.
— Хозяин, позволь не согласиться...
— Твой случай не уникальный, Берс. Это уже было в практике, когда разумный не был порабощен, а напротив, ему дали свободу передвижения, кормили, пускали в бой. Как у вас, Аура, называется процедура условной свободы подопытных?
— Анализ поведенческих моделей поведения при инициировании различных внешних факторов, — отрешённо произнесла Шарко.
— Объясни для меня, Рамзес, как для несведущего в биоинженерии, — давил Михаил.
— Мы даём химере видимость свободы, запуская конфликты, такие как появление воды, огня, газа, других особей. Тем самым выявляем склонности объекта и прогнозируем ситуации риска. Собираем данные и используем их.
Гашек засопел, не принимая фактов. Тогда Замотаев решил его добить.
— То есть, другими словами, вы учитесь. Скажи-ка мне, милый, что в твоём последнем контракте наёмника не укладывалось в стандартный случай.
Гашек вспыхнул и тут же погас. Отвернувшись в сторону, начал разглядывать мониторы.
— Я жду! — голос усиленный динамиками заставил вздрогнуть всю команду.
— Всё. Заказчик не торговался. Подписал все неустойки и компенсации. Перевёл полную предоплату, — неохотно перечислял Гашек.
— Ну же. Самое странное требование в контракте, — подталкивал Берса к откровенности Замотаев.
— О чем ты? —изумился штурмовик.
— Обязательных спаррингах в новой броне в полный контакт. Ваши похлопывания по попкам, которые спустя неделю превратились в жесткую рубку с боевым оружием. Я не просто ваш лидер. Я самый компетентный специалист в Евразии! И сейчас из пятерки кривых и таких гордых пальцев я пытаюсь сформировать боевой кулак. Раз все прониклись, перейдем к разбору первого боя против противника в симбиотной броне.
Это был не просто рядовой анализ. Без эмоций и криков, перехода на личности, Замотаев не только тыкнул каждого из обделавшихся в вонючую кучу, а еще заставил без соли и ложки съесть. По итогу брифинга уши не горели только у Ауры. Вероятно из-за нового, модного цвета шкурки.
— Я не хочу больше никого хоронить. Дышать над могилой и винить себя, что был слишком мягок. Сегодня каждый из вас оказался не готов, слаб и напуган. В следующую встречу с тварями, я жду более компетентных действий. А сейчас все члены команды составят короткий отчет, указав наши следующие шаги по поиску и нейтрализации гнезд. Разойтись.
Декодер остался в переговорке, остальные разошлись парами. Киборг с нейро, а химик с О-ни.
— Унтер-офицер, я вынужден попросить свою отставку. Боюсь подвести команду.
— Отклонено. За одного битого двух небитых дают. Теперь ты знаешь больше, чем сорок пять миллионов разумных Нью-Москоу. Найди способ сжигать нейронные связи.
— Разрешите выполнять, командир?
— Выполняй.
Оставшись один, Замотаев раздумывал над отправкой сообщений и посылки с симбами. И передумал. Внутренний голос требовал собрать больше материала. Толкал на спуск. Трос на плечо, фонари и старя, проверенная временем винтовка. Закрепив крепеж на глыбу бетона, легко соскользнул вниз. Толчок ногами от остывшей стены скважины и падение. Двадцать метров спустя показалась знакомая по камерам дронов парковка. Включив фонари и запустив запись, Михаил медленно, шаг за шагом рассматривал каждый сантиметр пола, стен и потолка. Внимание привлекла надпись на стене. "Gott ist tot. Wir haben ihn getötet." (Бог мертв. Мы его убили. Ницше. перевод с нем.) В коробочку с непонятностями переместился новый пазл. Целый час Замотаев кружил по парковке, ища зацепки и подсказки, пока не дошел к месту крепления Гнезда.
Десять блоков из бетона правильной формы, расположенные идеально по кругу, диаметром не меньше шести метров. А в центре круга покрытая хитином поверхность. Круг. der Zirkel. Новая церковь поклонения убийцам мира. Вот он опять один идет по следу твари. В этот раз более острожной, хитрой и приспособленной. Михаил понял, что нужно менять подход, адаптируясь к метаморфозам врага. Больше нет огромных фабрик по производству большого количества симбов. Противник перешел на новую директиву выживания. Компактными группами с минимальными потребностями, не выделяясь и не отсвечивая. Вот и ответ, почему падают высотки. Один ретранслятор оторвал манипулятор дрону. Десять тысяч маленьких жучков способны выжечь мощные балки, а дальше вес небоскреба доделает остальное.
Интуиция толкнула синта в противоположную сторону от провала. Перепрыгнув через полутораметровую яму, оказался на другой стороне. А вот и накрытый стол. Биомасса в небольшом колодце. Достаточная по объему, чтобы прокормить и ферму, и десяток адептов. Взяв образцы, активировал кислородный патрон в костюме, а затем залил емкость реактивным топливом из ранца. Глядя, как копошатся белесые черви, перерабатывающие питательные вещества в тепло и энергию, зажег пиропатрон.
Очищающий огонь, как на том видеоролике из рекламы
