— Я предложил ему взять меня с собой, — он отвернулся и сердито добавил: — Но он меня не хочет.
— Это не все, — сказал Эйб. — Вы говорили что-то о Кэрби-Смите. Я ясно слышал, как ван Делден произнес имя майора.
— Он просто просил передать кое-что.
— А именно?
Каранджа замялся, потом пожал плечами.
— Я должен сказать ему, что, если он будет убивать слонов, его люди умрут.
— Ван Делден говорил серьезно?
Каранджа уныло кивнул.
— Он всегда говорит серьезно.
Я уже задремал, когда прибыл патруль. Каранджа вышел на дорогу и что-то крикнул солдатам, потом направился к грузовику, где стоял в ожидании капрал. Они переговорили.
— Залезайте, — сказал нам Каранджа. — Когда найдем «лендровер», я поговорю с капралом о транспорте.
Мы сунули аппаратуру в кузов и влезли сами. Солдаты подвинулись, освобождая нам место.
— Похоже, что Кэрби-Смит — наша единственная надежда, — задумчиво пробормотал Эйб.
Мили через три мы обогнули скалу и буквально врезались в баррикаду из колючих деревьев, преграждавшую путь. Это было идеальное место для засады. Под диким фиговым деревом мы нашли старое кострище и рядом с ним — останки туши дик-дика.
Стало прохладнее, и, когда развели костер, солдаты подобрели. В пустой бак «лендровера» залили бензин. За едой Каранджа переговорил с капралом, стараясь добиться разрешения ехать в Барагои на вездеходе. Не знаю, что тут сыграло главную роль — то ли необходимость быстрее передать радиограмму о передвижениях ван Делдена, то ли наш армейский пропуск. Так или иначе, в начале девятого мы сели в машину и отправились по проселку в обратную сторону.
— Скоро мы приедем на обзорную площадку, — сказал Каранджа. — Может, там остановимся.
…Военный пост представлял собой несколько палаток на краю посадочной площадки к востоку от Барагои. Пока капрал и Каранджа давали объяснения, Эйб кивнул в том направлении, где чернела буквой V долина Хорра.
— Интересно, сумел он проехать ущельем?
Мы стояли на пороге страны, которую ван Делден знал лучше, чем кто-либо другой.
Кэрби-Смит приехал утром на открытом «лендровере» с откинутыми ветровыми стеклами. В машине сидели два человека в пылезащитных очках. Возле «цессны» Кэрби-Смит остановился перемолвиться словечком с пилотом, который возился с мотором, потом подъехал к палатке командира. Каранджа ждал его там, и, когда они исчезли, я вновь принялся за отчет об экспедиции Телеки, но тут на меня упала тень, и хриплый голос произнес:
— Стало быть, это ты. А где он?
Я поднял глаза и несколько мгновений не мог ничего сказать от изумления.
— Куда он отправился? — резко продолжала Мери, лицо ее было напряжено, я не заметил на нем ни тени приветливости. — В Марсабит?
— Не знаю.
— Он смог бы добраться туда с тем запасом бензина, который был в автобусе?
— Не думаю.
— Что ж, оно и к лучшему. В Марсабите ему делать нечего. Алекс говорит, что от его заповедника почти ничего не осталось. Землю распахали, большую часть леса вырубили, чтобы освободить место для деревень… — Мери смотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Какого черта он не поехал к побережью?
Я спросил ее, почему она уехала с человеком, который сделал своей работой убийство животных, составляющих смысл жизни ее отца.
— Я ничего не понимаю. Я обшарил всю гостиницу…
— Не понимаешь? — Глаза Мери внезапно блеснули на солнце. — Ты видел, как он поступил с тем слоном. Ты видел, как Мукунга и Мтоме гнали его тогда, с силком на ноге… Да и вообще, мои занятия — не твоего ума дело. Алекс по крайней мере убивает чисто, — свирепо добавила она. Теперь я понял, что она здесь не просто собирает материал для статьи. Было тут что-то такое, о чем не хотелось и думать: я вспомнил, что Мери говорила об обаянии Кэрби-Смита.
В этот миг ожил мотор «цессны». Я видел сидевшего за рычагами пилота.
— Его посылают искать ван Делдена?
Мери кивнула.
— Разве ты не можешь ничего сделать?
— Если бы он видел то, что видела я за последние два дня… Последствия засухи. Стоит отъехать от гор на север… Там вообще не было дождя, все колодцы и водопои пересохли. Если мы не найдем его, он сам убедится, что там нет воды.
— У него четыре полные канистры.
— При такой жаре на них долго не протянешь.
Двигатель самолета набирал обороты. «Цессна» докатилась до конца полосы и уже неслась на нас, становясь все больше и больше. Колеса оторвались от земли, самолет чуть накренился и с ревом пронесся у нас над головой, поворачивая к северу. Мгновения спустя он превратился в точку, летящую к горам, которые образовывали ущелье Южного Хорра.
— Ты должна была остановить его, — пробормотал я.
— Алекс боится, что отец натворит глупостей.
— А что будет, когда ван Делдена обнаружат с самолета и направят на него армию?
— По-твоему, я об этом не думала? — сердито сказала Мери. — Но его необходимо как-то остановить. Он мог бы отправиться к побережью, но вместо этого приехал сюда. Я думаю, Алекс прав.
— Тебе все равно, что с ним случится, да? — Я почувствовал желание сказать ей что-нибудь обидное. — Ты печешься о Кэрби-Смите, а не о родном отце.
— Как ты смеешь! — выдохнула она. — Что ты знаешь о них? Обо мне?
Я увидел Каранджу, стоявшего на солнце возле палатки командира, и рассказал Мери, какое задание тот получил от ван Делдена.
— Так что решай, на чьей ты стороне, — сказал я.
Она печально взглянула на меня.
— Значит, Алекс был прав.
— Если Кэрби-Смит начнет убивать слонов… — Я засмеялся. А впрочем, какого черта? Как еще заставить ее понять? Как пробить броню восхищения человеком, в лагере которого она жила? — Когда вернется самолет, поговори с пилотом и Кэрби-Смитом. Иначе кого-нибудь убьют.
Мери немного постояла, глядя на меня. Думаю, она была готова расплакаться; губы у нее дрожали, ноздри раздувались. Потом она резко отвернулась и побрела назад к открытому «лендроверу». Из-за кузова грузовика появился Эйб.
— Ну, что говорит твоя подружка?
— Ничего, — сухо ответил я, сердясь на него за смешинки в глазах.
Подошел Кэрби-Смит.
— Каранджа говорит, что моим людям грозит опасность, если они начнут отстрел. Это правда? — Он смотрел на Эйба. — Так что сказал ван Делден?
— Каранджа должен был вам это передать.
— Вы думаете, он говорил серьезно или это была лишь пустая угроза?
— Он говорил серьезно.
— Тогда мы должны найти его. На свободе такой человек опасен. Что ж, — майор расправил плечи и улыбнулся своей мальчишеской улыбкой, — поиски не затянутся. — Он повернулся к капитану. — Как только его обнаружат, за дело возьметесь вы с вашими парнями. Но никакого кровопролития. Окружите его и принудите сдаться. Теперь о ваших транспортных проблемах. Я не против того, чтобы телевидение освещало мою работу, если это освещение не будет тенденциозным. Об этом мы еще поговорим, но условия ставлю я. Понятно?
