было. А мы потом сравним с записями. — Молодой рейдер со взглядом старика ответил быстро и жестко.
— Было четверть от чистогана. В споранах.
— Можем сойтись на осьмушке, по крайней мере на два месяца…Но при одном нашем условии. — Парень с равнодушным лицом чуть добавил нажима в голосе.
— Каком?
— Власть поменялась…Чем народ займётся под шумок свободы? Правильно начнёт сводить счёты и шустрить для себя. Кто бы кого ни завалил, кто бы кого не обнёс — у нас дойных коровок поубавится. Нам это в убыток. Тебе тоже в убыток, а то и для головы опасно. Что бы бабки капали темы должны крутиться. А беспредел и мокруха будут ужимать поток. Если запустить, то и сильно ужимать.
Можно конечно послать наших — патрулями. Только они ведь здесь чужие, и они тоже люди. Чего хочет боец на воле? Пожрать, выпить и по бабам. Ну и покуражить по детской непосредственности натуры. Кому-то такое сильно хочется по всему Металлисту?
— К чему клонишь?
— Каждый из приглашённых даст своих людей для патрулей. У тебя семеро крутятся на крыше и добыче. Трёх отправишь. Вот и пусть пасут местность группами по трое. Один ваш — двое наших.
С остальными та же тема. — Радар махнул рукой на слушавших рейдеров.
Безмен искоса оценивающе разглядывал собеседников…
— Людей дам. Но только пока скидка на налоги действует. Попробуешь и на елку влезть и рыбку съесть- заберу всех и отчалю на северо — восток. В тот же Коровьев — например.
— Принято. Больше вопросов нет?
Один из стабовских поднял руку.
— С мёртвыми что?
— А что с ними? На северо-западе есть сегмент, который перезагрузится через день. Завтра отвезём всех туда и прикопаем. Или есть другие идеи?
— Нет. Нормально. Но если можно пусть трое из наших, с Металлиста, поглядят.
— Можно.
Всё. Все свободны. Людей мы ждём в течение двух часов. Кто будет первым, а кто последним — мы всё увидим. И последствия будут.
Стабовские начали расходиться. Кто-то залез в собственный «пикап» с торчавшим пулемётом, кто-то попросту ушел пешком по улице. Но скоро во дворе остались лишь свои. Да всё тот же ряд мёртвых тел.
Радар поглядел на закрывшиеся ворота. На его лице появилась слабая улыбка. — Революция, о необходимости которой так долго говорили большевики — свершилась!!! А теперь — БУХАЕМ.
Он заразительно, во весь рот зевнул.
…Эээх где наш Сивка? Как же спать охота…
— Всё — я спать. В патрули путь идут те, кто в ночном деле не участвовал. Ну план все помнят. Сапёр — ты то же, до отправки дело на тебе … Всё мысли уже путаются.
Остальные можете расслабляться, кому как по кайфу — только проблем не создавайте.
На этот раз Радар проснулся в одиночестве. Как-то уже стало привычно наличие людей поблизости. В броневике или на стоянках всегда рядом кто — то или храпел или мрачно сопел, ожидая своего времени на отдых. Теперь…Маленькая комнатушка где он раскатал спальный мешок была пуста.
В первый раз за долгое время — наедине с собой. Это было…Непривычно…
…Жизнь продолжается. Остаётся подкрутить что бы радовала… Жрать охота…
За дверью обнаружился наёмник с короткой жёлтой шевелюрой. Сидя на стуле он медитативно настраивал гитару.
— Привет, Колос. Что тут было пока я дрых.
— Всё — наших всех перекинули из лагеря сюда. По комнатам раскидали — раненных в отдельные. Остальных — кого куда. Несколько патрулей уже ушли.
Сапёр как раскидал народ по местам и патрулям — ушел отсыпаться во флигель. Трот недавно только отчалил в деревню. Взял с собой пару ребят — Мистера вроде. Сказал — типо оглядеться. Я их уже в спину видел из окна, поэтому кто там точно — не скажу.
Чур пошел что-то в кухне варганить. Мне сказал сидеть тут вместо указателя.
— Ясно. Гитару то где взял?
— В комнате была.
— Можешь сбацать чего?
— Да запросто.
Человек, царь зверей, оглянись, не робей:
Создан весь этот мир для утехи твоей!
Чем угодно ты можешь себя ублажать,
Но послушай меня и не трогай Ежа.
Ёжик — самый в лесу неебабельный зверь:
У него не бывает открытых дверей;
У него нету незащищённых щелей —
Весь в иголках по самые дырки ноздрей!
У козы — томный взгляд, у овцы — добрый нрав,
На лошадку кто сверху залез, тот и прав;
Если хочешь экзотики — вот и удав,
Только ёжика, брат, ты в покое оставь!
Лишь ежа никогда не сумеешь уметь,
Лишь ежа никогда тебе не поиметь.
Носом к собственной жопе с испугу прирос,
Ёжик — это колючий уроборос!
К тигру нужен подход (и к любому коту!),
У пираньи есть зубы, но только во рту,
При желании можно впердолить кроту,
Только ёжика ты обходи за версту!
Голосок у наёмника был так себе, но в струны он попадал неплохо. И вообще похоже имел музыкальный слух.
Радар коротко хихикнул.
— Сам сочинял?
— Нее. Это Катенкарт.
— Это он или она?
— Она. Я б сказал посмотри на ютюбе, но здесь с этим сложно.
— Факт. Так я тогда пойду хавать.
Радар сидел в кресле расслабленно щурясь на солнце.
…Лепота. Это сколько ж уже я тут мельтешу? Я уже давно недели не считал… Это первый день, когда можно ничего не делать…
После бесконечных изматывающих «бродилок»— это был первый день, когда можно было просто сидеть. После долгих дней впроголодь и питания случайным кормом — первый раз с набитым от души пузом. После постоянно натянутых нервов, дергавшихся хуже рыбацкой лески — хоть какое-то, но чувство безопасности…
В общем парень был счастлив как дитё на семейном празднике. И даже струны- нервишки-пьяно расслабились, тренькая-играя что-то вроде детской песенки.
…Блаженство. В бордель что ли всё-таки сходить? Или всё-таки оставить на завтра? Тогда сегодня можно вообще не делать — ничего…
Чур по собственной воле занялся освоением местной кухни, кашеваря на весь «командный состав». Отдать ему должное-варить он умел. Было своеобразно, но вкусно. Так что последние часы он осваивал местную кухню и склады — не вися над ухом.
… Мой верный нукер кажется решил освоить для себя кулинарную развлекуху. А ведь этот неожиданный азарт, он не просто так…Он ведь нашел способ не сходить с ума он местной жизни… Молодец,
