В одном она была точно уверена: никогда в жизни она больше не позволит втянуть себя в такую мерзость. Она забудет о существовании Дагласа Фини, а он оставит ее в покое. Но если когда-нибудь, хотя бы еще раз, он попробует снова ее использовать, Милдред сможет постоять за себя. Теперь у нее есть надежное оружие против Фини. В случае чего она всегда сможет пригрозить, что проболтается о том, как Фини заполучил поместье Маркингтон. А уж этого ему хочется меньше всего.
Осознание того, что она имеет хоть какую-то силу, принесло ей некоторое утешение. В конце концов, Фини уже не представляет для нее большой опасности. По возвращении нужно будет сразу же найти себе работу, но только где-нибудь подальше, возможно, даже в Шотландии. Где-нибудь, где она больше никогда не встретится с Фини… И там, где никогда ее не сможет найти Норман, если вдруг узнает, по какой причине он потерял поместье Маркингтон.
Приняв душ и вымыв голову, Милдред оделась и сварила себе кофе. Она с удовольствием выпила две чашки ароматного напитка.
Трижды звонил телефон, но она не обращала на него внимания. Милдред повесила на дверь табличку с надписью «Не беспокоить» и немного позже, когда кто-то постучал в дверь и даже принялся ее дергать, она не двинулась с места. Возможно, это был Норман, но Милдред сейчас была не в силах разговаривать с ним.
Допив кофе, она хмуро посмотрела на часы. Она планировала уехать с более поздним паромом, но передумала: откладывать отъезд не стоит — ведь она уже все успела сделать. Если постараться, то можно уехать уже через полчаса. И тогда ей не придется мучиться весь день, дрожа от страха при мысли о встрече с Норманом… Но нужно поторопиться.
Не давая себе времени передумать, Милдред позвонила администратору и попросила, чтобы через пять минут к ней прислали портье. Когда она уже закрывала собранный чемодан, в дверь постучали.
— Входите, — крикнула Милдред, думая, что это пришел портье.
Но это был не портье. На пороге с ленивой улыбкой, облокотившись на косяк, стоял Норман.
В ушах Милдред застучали отбойные молотки, а сердце забухало где-то в самом горле. Он выглядел просто обворожительно в рубашке стального цвета и белых шортах. Она едва не застонала, когда вспомнила прошлую ночь. Ночь их любви. Все ее существо властно требовало кинуться к нему на шею, крепко обнять и прижать к себе. Она засунула руку в карманы.
— Надумала уезжать, Милли? Проходя мимо администратора, я услышал, как кто-то сказал, будто ты вызвала портье. — Он подошел ближе, окутав ее своим мучительно желанным и таким знакомым запахом.
— Я собираюсь доехать до Гваделупы на ближайшем пароме, чтобы осмотреть достопримечательности и пройтись по магазинам. Заночую там и улечу в Англию ранним утром, — пробормотала Милдред…
— Ты собиралась уехать, даже не попрощавшись?
Милдред набрала в легкие побольше воздуха.
— Я… искала тебя. — Лгунья! — обругала она себя.
— Ты не отвечала на мои звонки и не открывала дверь.
— Норман, я…
— А я собирался одолжить у Джастина лодку и свозить тебя на маленький остров. Давай, Милли, соглашайся. Это будет здорово. — Он приблизился к ней, взял прядь ее блестящих волос, выбившихся из прически, и нежно притянул к себе. Его губы были совсем близко. — От чего ты убегаешь, милая девочка? — ласково спросил он.
— Я… я не убегаю.
— А как же прошлая ночь?.. — Его голос стал хриплым. Милдред чувствовала на своей щеке его горячее дыхание. — О, Милли, прошлая ночь…
— Прошлая ночь осталась в прошлом, Норман. — Она почувствовала, как ее лоб покрывается испариной. — Пусть она будет для нас обоих приятнейшим воспоминанием.
— Но мы можем умножить число таких приятных воспоминаний. Я безумно этого хочу, моя дорогая. Ты обещала подумать над моим предложением. Ты… уже все решила?
Милдред чувствовала дрожь его пальцев, болезненно отдававшуюся у нее внутри, видела тень беспокойства в глазах. Неужели он действительно хочет начать все снова? Нет, должно быть, она ошибается. Норман Ллойд не способен испытывать по-настоящему сильные и глубокие чувства. Ей это было известно лучше, чем кому бы то ни было.
— О, я подумаю об этом, — уклончиво ответила Милдред, — если ты действительно этого хочешь…
— Единственное, чего я хочу сейчас, так это провести с тобой сегодняшний день. — Он еще ближе притянул ее к себе. — Всего один день. — В его хриплом голосе слышалось откровенное желание. — Это все, что я прошу. Только один день…
Только один день…
Милдред хотела ответить «нет» — и не смогла. Потому что ее противником в этой дуэли был не только Норман, но и ее собственное сердце, сладко тающее под его взглядом, ее непослушное тело. С собой она справиться не могла… О, пальцы Нормана! Как нежно ласкают они ее волосы. Он прижимается все крепче, и все сильнее звучат голоса их обоюдного желания…
— Хорошо. — Милдред не узнала своего голоса. — Я останусь. — Да, это сказала она. — Но ты привезешь меня в отель к пяти часам, чтобы я успела на паром?
— Честное слово благородного человека. — Норман сделал преувеличенно серьезное лицо.
Прежде чем Милдред успела высказать, что она думает по поводу его благородства, перед ними возник портье.
Норман не дал тому и рта раскрыть.
— Вот. — Он протянул ему чаевые. — Планы изменились, — объяснил он, — леди пока останется здесь.
Как только сияющий портье скрылся за дверью, Норман обернулся и внимательно посмотрел на полосатые брюки и шелковую блузку Милдред.
— Даю тебе десять минут на переодевание во что-нибудь более удобное, пока я схожу к себе за плавками и закажу нам обед. И на этот раз, — бросил он через плечо, и Милдред прочитала в его глазах нескрываемое желание, — мы оба останемся довольны. Встретимся через десять минут у выхода.
Она все-таки влипла. Милдред словно окаменела, прислонившись к косяку. Ну почему она позволила Норману так легко уговорить себя? Почему сделала так, как хотел он?
О, она знала ответ, и знала очень хорошо. Когда он притянул ее к себе, возбуждая прикосновением своего тела, она сразу потеряла голову. Похотливая кошка, зло подумала Милдред, вот ты кто. Стоит ему тебя разок потискать, и ты раскисаешь. На что ты годна? И во что выльется новая встреча?
— Все это на сегодняшний день наше благодаря Джастину.
Норман заглушил мотор лодки и, когда звук стих, потерявшись в шелесте волн и свисте бриза, спрыгнул на мелководье. Милдред сняла сандалии и вылезла из лодки вслед за ним. Как только они вышли на берег, она вновь обулась и стала глядеть, как Норман втаскивает лодку на песок. Убедившись, что лодка закреплена надежно, он достал корзину с едой и пошел по белому песку в сторону кокосовых пальм.
