Читаем без скачивания Звёздное скопление. Курс вторжения - Сэй Алек

Совсем я тогда позабыл, что не в настоящем бою нахожусь и что не грозит мне на самом деле вылететь в открытый космос без скафандра. Вот же вжился в образ, а? Чудны дела твои, телевидение…

– Итак, что мы имеем? – невесело усмехнулся Скуриди, глядя на нас с экрана.

Гравитационную связь на Ледке наладили час назад, и тут же, как только была получена связь со столицей, последовал приказ на прекращение операции. Черикаева начала переговоры с представителем каракорумского хурала, и по всем фронтам было объявлено перемирие.

Мы, командующие силами вторжения, собрались за получением ЦУ на «Дедале»: на флагмане, ведущем срочные ремонтные работы, Кислов бы только мешал, как и Новохатский на «Данайце» (ну не до верховного командования было их капитанам), а флаероносец обладал куда как большими возможностями в отношении оперативного контроля над соединением, чем любой другой корабль, включая даже «Кадавр». Так что выбор для штаба оказался вполне логичным.

Моих орлов флигель-адъютанты и доместик схол друнгария, разумеется, сразу задвинули на второй план, начали командовать, распоряжаться, ну да и бог с ним. Зато нагрузка на их плечи стала куда как меньше – хоть отдохнут малость. Ну и лейб-штаб стратига армии тоже: эти, как и их шеф, прибыли на «Дедал» в боевых скафандрах, измазанных разводами копоти и сажи, с испачканными закопченными физиономиями и в потеках засохшей пены. Участвовали в тушении пожара на мостике крейсера. Дмитрий (я запись уже видел) по ходовому отсеку лично со здоровенным баллоном огнетушителя носился, вон даже брови опалил. На экранах, вероятно, будет ух как героически смотреться!

А ведь никто не мешал сначала шлем пристегнуть, чтобы дыма не наглотаться…

– Из основных сил – два сбитых тяжелых крейсера врага и один легкий, против семи легких наших, – мрачно отозвался Кислов. – «Мурену» спасти не удалось, экипаж сейчас ее покидает. Также было разбито двенадцать орбитальных фортов неприятеля, каждый из которых примерно соответствует легкому крейсеру. Это по дебету. По кредиту имеем один боеспособный и один условно-боеспособный эскадренный додредноут и сто семнадцать флаеров. Штурм Увека полагаю возможным. Срок планетарной операции…

Евгений покосился на стратига армии.

– В пределах недели, – поморщился тот. – Прорваться к планете можем только на узком участке, при живых ПКО. Это потери, это время на развертывание десантниками плацдарма, это узкий канал снабжения. Неделя.

– «Ильмаринен», «Вяйнаминен» и оставшиеся миноносцы могут существенно расширить эту брешь, – пробурчал я. А что? Броненосцы до сих пор к моему оперативному соединению прикомандированы. – Живучесть у эскадренных додредноутов, конечно, не чета той, что у меримаков, но «Вяйнаминен», несмотря на серьезные повреждения, вполне способен к бою. Они с «Ильмариненом» в шесть стволов любой форт за пару залпов разберут на запчасти.

– Не стоит ничего разбирать, – мрачно усмехнулся эфор. – И штурмовать никого тоже не надо. Хотя до подписания мирного договора с Каракорумом вам и придется повисеть дамокловым мечом, однако провоцировать боевые действия и срывать переговоры я вам запрещаю. По данным агентурной разведки, чингис Арифуллова и препозит Маскаев также начинают предварительные переговоры о мире, а точных данных о потерях и повреждениях флота Каракорума при Пелле у нас нет. Чем вы собрались ее остановить, если чингис явится к вам в своем линейном будуаре? А если в ближайшее время Этрурия или Кумаха выступят против нас, что будете делать? Не знаете? И я не знаю. Выступления в бывших мирах Люденбурга, особенно в нем самом, благодаря нашей помощи Игонину будут, разумеется. Но лично я не сомневаюсь в том, что и сенат, и стренстаг, и азнавур силу для удержания завоеванного применят не задумываясь. Может, это и займет наших конкурентов на несколько дней…

– Но только на несколько, – согласно кивнул Новохатский.

– Что планируется по условиям мира? – спросил я.

– Закрепление статуса-кво, полный отказ от взаимных территориальных претензий, признание всех завоеваний и приобретений, возврат международных отношений к уровню до операции «Согласие». Обмен пленными. Пакт о ненападении. Это все, на что мы можем рассчитывать сейчас.

– Увек-шестой пригоден для терраформирования, – заметил я. – Мы могли бы его заселить.

– Но не удержать, – фыркнул Кислов. – Так что пусть ваши орлы поторопятся с вывозом оборудования и заводов с него.

– Все уже загружено в нефы вольных торговцев и готово к старту на Роксану. – Я пожал плечами. – Мы не демонтировали лишь системы жизнеобеспечения. Если прикажете…

– Вот только геноцида нам не хватало, – сморщился Иван.

– …то можем вывезти и население планеты. На правах военнопленных.

– И что же, кормить их еще за свой счет? – насупился Евгений. – Этого еще не хватало!

Все Скопление замерло в неустойчивости, словно завалившийся на борт корабль (выпрямится или перевернется?), в тревожном ожидании грядущих войн и потрясений. Или, быть может, грядущих мира и процветания, но в это-то как раз мало кто верил. Слишком уж мы лодку раскачали, слишком много пушек накопили, из которых далеко не все выстрелили. Нет, мирное развитие – это слишком долго для тех, кто жаждет славы и гегемонии, а таковых среди участников «Галактики» было большинство. И я не исключение.

К мечам и лавровым листьям на «Стальном орле» мне перепали и бриллиантовые звезды, так что я стал полным кавалером высшего военного ордена. Остальным тоже награды обломились, но на этом все приятное и закончилось. Приличные верфи и флаерационные заводы появились и на остальных планетах Эллады, так что заказы, полученные Роксаной, оказались весьма скромными по сравнению с прошлыми. Убыль в кораблях после Увекского боя оказалась не слишком велика, что, с одной стороны, конечно, хорошо, но вот новых заказов на боевые единицы не предвиделось – не имели мы возможности содержать чересчур уж большой флот. А «кормиться войной» нам в ближайшее время не светит тоже. Пока не починим свои бронированные самовары и не восстановим флаерогруппы, ловить эллинам в космосе нечего.

При всем при том население Роксаны за время шоу выросло в полтора раза, и теперь я вплотную столкнулся с избытком рабочих рук, которые мне просто некуда было пристроить. Ладно, заказы на восстановление ПКО планеты какое-то время еще будут выручать, но недолго: недели две – край. А потом что? Квалифицированных работников в аграрный сектор загонять? Так и сейчас там перепроизводство, сектор экономики насквозь дотационный, а казна, что планетарная, что личная, пуста. Производства строить? Так финансы отсутствуют опять же. Количество военных и флотских увеличить, тем решив проблему лишних рук? А где деньги, Зин?

В общем, финансы не просто романсы поют, арии целые, сколь-либо больших поступлений не предвидится, грядет массовая безработица и экономический коллапс. А запрошу помощь из центрального бюджета – съедят с потрохами. Есть у нас в синклите несколько желающих…

Куда ни кинь – всюду клин. Вот же, блин!

В теории еще можно облигации государственного займа выпустить или распустить часть стратиотов, да только на практике эти варианты ну совершенно мне не подходят. Долги по облигациям (и проценты!) надо чем-то погашать, а у меня денег нет. От слова «совсем». Печатный станок включить? Так Роксана не США, эллинская драхма галактической валютой не является, так что, даже если мне и разрешат денежную эмиссию, то ничем, кроме инфляции, это не кончится. Оно мне надо? Не Кириенко моя фамилия, и зовут не Сергеем.

Распустить часть стратиотских частей и эскадрилий? Расходы казны это, конечно, уменьшит, да и войны у нас нынче никакой пока нет, ну а как будет? Распустить-то часть недолго, а вот сформировать заново…

Опять же, шобла здоровущих мужиков с оружием, обученных его применять в городских и полевых условиях, оказавшись в один миг без средств к существованию и возможности эти самые средства законным путем получить, мне такое мафиозо-гангстерито на планете устроят, что мама не горюй.

Гадство, ну хоть пиратствовать начинай! Да только и без меня желающих вполне хватает. Вон птенцы гнезда Игонина те же…

Да, упрямому альдерману все еще удается удерживать свою новоявленную Тортугу – новость нежданная и удивительная. А всему виной наплевательское к нему отношение врагов. Понесший серьезные потери при захвате Херонеи, гатуатер Логинов плотно застрял на Эги, явно не считая стремительность захвата этой планеты достойной ценой за жизни своих солдат. Гатуатер Самохина, в свою очередь, тоже не желала терять флаеры в атаках на позиции пелльцев, не говоря уже о том, чтобы попытаться взломать планетарную оборону тяжелыми кораблями. Логичный подход на самом-то деле: даже заключив мир с Каракорумом, Маскаев все равно надолго оставался без боеспособного флота. Спешить им было некуда, медленное, но неотвратимое продвижение алезийцев неминуемо приводило их к полной оккупации вражеских систем. Чего, казалось бы, жилы рвать? Неторопливо и последовательно часть армий вторжения была снята с фронта и посажена на транспорты, после чего в сопровождении изрядной части алезийского флота медленно и печально двинулась к Мидлсборо. Именно это-то обстоятельство, эта размеренная педантичность (против которой, кстати, годи отнюдь не выступала – у ней, в конце концов, тоже не было никаких причин истерить) и позволила своевременно доставить эллинские орудия ПКО и «военных советников» к Игонину. Никак не ожидавшие какой-то серьезной обороны от планетян алезийцы получили мощный и неожиданный удар с поверхности Мидлсборо и, потеряв дредноут, средний флаероносец и два тяжелых крейсера, откатились в полном недоумении. Люденбуржский флот дефилировал по окраинам системы и в бой вступать наотрез отказывался.