идут дела? — спросил я, ожидая услышать историю о том, как Денис Кацыв методично всё отрицал, отвечая на вопросы Билла. Но вместо этого я услышал его подавленный голос:
— Извини, Билл, статью зарубили. Юристы редакции отказались ее пропускать.
— Как?! Что-нибудь сможет изменить их решение?
— Нет, — ответил он.
Похоже, внутренняя юридическая служба издания решила не рисковать и не нарываться на возможный иск, даже несмотря на то, что все факты были железобетонными.
— Я не могу тебе всего рассказать, но поверь, я разозлен не меньше твоего, если даже не больше, — сказал Билл.
В отчаянии я повесил трубку. Без публикации в Америке не может быть никакого расследования по «Превезону».
Отрадно было только то, что Центр исследования коррупции не испугался и разместил историю у себя на сайте. Безусловно, посещаемость веб-сайта Центра — одна тысячная от «Барронса», но тот, кому надо, — отдел комплаенса банка «Ю-Би-Эс» в Цюрихе — прочитал расследование. В этом банке «Превезон» держал на своих счетах семь миллионов долларов. После публикации сотрудник банка подал так называемую докладную по подозрительным операциям (англ. SAR) напрямую в правоохранительные органы Швейцарии. Такая форма отчетности банков обязательна, если у них возникают сомнения в отношении клиентов и их операций. Теоретически, эта обязанность снимает с банка ответственность, если позже выясняется, что клиент был преступником.
Ежедневно подаются тысячи таких докладных по всему миру, и практически все остаются без должного внимания, но не в этом случае! Вскоре после подачи докладной швейцарские органы арестовали все семь миллионов «Превезона» в банке «Ю-Би-Эс».
Это был уже третий арест активов по делу Магнитского.
Следующим должен быть Нью-Йорк.
Адам Кауфман просил найти ему «хвост» в Нью-Йорке, и мы его нашли!
13. Гостиница «Ле Бристоль» (Париж)
Конец 2012 года
Прошло три месяца. 8 ноября 2012 года Александр Перепиличный отправился в Париж на тайную встречу со своей любовницей Эльмирой Мединской, двадцативосьмилетней украинкой ростом метр восемьдесят, очень похожей на куклу Барби — крашеная блондинка, накачанные губы и ноги от ушей.
Он забронировал номер в гостинице «Ле Бристоль», одной из самых роскошных и престижных парижских гостиниц, по тарифу «Романти́к» — 1400 евро за ночь (или 1600 долларов). В номере их ожидало ложе, усыпанное лепестками роз, шампанское в ведерке со льдом и корзинка с французской выпечкой.
Александру хотелось не только произвести впечатление, но и хотя бы на какое-то время отвлечься от своих проблем. Они отобедали в отеле «Георг V» и, заскочив в аптеку за презервативами, провели остаток дня в постели. Вечер закончился ужином в мишленовском ресторане «Л’Экрин» в отеле «Де Криллон».
Следующий день начался с шопинга в бутиках улицы Сент-Оноре: «Ив Сен-Лоран», «Лабутен» и «Прада». Александр с легкостью расстался с несколькими тысячами долларов, купив подруге дорогую сумку и туфли на шпильках. Он хотел было подарить ей и шубу в придачу, но она отказалась — сочла, что это уже слишком. В последний вечер они сходили в «Будда-бар» в 8-м округе Парижа, где перекусили суши и темпурой.
Эльмира Мединская (ELMIRA MEDYNSKAYA / INSTAGRAM / VIA INSTAGRAM: @ELMIRAMEDINS)
Оба дня Александр был в отличном расположении духа, но в последний вечер его что-то тяготило, и он нервно оглядывался по сторонам. В середине ужина он попросил официантов забрать еду, ссылаясь на то, что она несвежая.
Когда парочка вернулась в гостиницу, Эльмира налила себе бокал красного и удобно устроилась на оттоманке. Саша хотел было присоединиться, но желудок всё же дал сбой. Бедолага провел весь вечер в ванной: его выворачивало наизнанку. Хватило сил лишь на то, чтобы доползти до кровати и забыться.
Утром он почувствовал себя лучше, а полный английский завтрак вернул его к жизни. Сидя в такси по дороге в аэропорт, они обсуждали, когда встретятся в следующий раз. Прощание было быстрым — самолеты не ждут.
В Хитроу Александра встретил его водитель и отвез домой, в закрытый поселок с красивым названием Сент-Джордж-Хилл (англ. St. George’s Hill — Гора Св. Георгия) в графстве Суррей — весьма зажиточном районе рядом с Лондоном. В тот день жена приготовила его любимый суп — украинский щавелевый борщ.
За обедом дочка не переставая жаловалась на неработающий компьютер, и они вместе отправились в супермаркет гаджетов «Пи-Си-Ворлд» в торговом центре «Бруклэндс» в надежде, что там его починят. Вернувшись, Саша переоделся в спортивную форму, надел кроссовки и отправился на пробежку. Уже в конце своего обычного маршрута, у самого дома, ему стало плохо, и он упал замертво.
Его обнаружил повар соседа, который и вызвал скорую, набрав 999 (общий номер службы спасения в Англии). Он знал, как оказывать первую медицинскую помощь: в прошлом он служил в спецназе британской армии. Склонившись над Сашей, он начал делать ему массаж сердца и искусственное дыхание. Изо рта Александра полилась зеленая слизь, выплюнув ее, повар продолжал оказывать первую помощь. Позже в своих показаниях он укажет, что вкус этой слизи был похож на электролит.
Скорая прибыла через несколько минут, но было уже поздно: тело Саши Перепиличного было мокрым, холодным и безжизненным.
Медики констатировали смерть в 17:52, 10 ноября 2012 года. Еще один свидетель в деле Магнитского скончался.
14. Нью-йоркский «хвост»
Зима 2012—2013 годов
Я узнал о смерти Александра спустя шесть дней, в третью годовщину со дня убийства Сергея. В тот день в Вашингтоне было намечено голосование по закону Магнитского в нижней палате американского Конгресса — Палате представителей.
Целых два года мы добивались принятия этого закона, и вот наконец этот день настал. Борис Немцов, как и обещал в Хельсинки, продвигал его со своей стороны в ходе многочисленных встреч на Капитолийском холме, и во многом благодаря его стараниям закон Магнитского был принят Палатой представителей в тот день (16 ноября 2012 года) абсолютным большинством голосов: 365 за и 43 против. Через несколько недель законопроект будет поставлен на голосование в Сенате, а после этого, несомненно, будет подписан президентом и вступит в силу.
Я должен был бы ликовать от радости, но неожиданная смерть Александра Перепиличного, как и убийство Сергея, вернула меня с небес на землю и погрузила во мрак. С Перепиличным нас не связывали дружеские или партнерские отношения, как с Сергеем, но он был очень важным звеном в нашем расследовании грязных денег. Каковы бы ни были его мотивы, он подвергал себя огромному риску в этом деле — и вот его не стало.
Его смерть была трагичной, но вместе с тем и пугающей. Всё выглядело так, как будто власть охотится на людей, которые расследуют коррупцию
