Паола осторожно открыла флакон и в ту же секунду ощутила пьянящий аромат. Пикантный, экзотический запах обнажал все самые сокровенные желания, будил воображение и обволакивал Паолу пеленой страсти.
Она нанесла несколько капель духов за ухо и ощутила, как одна капелька поползла по шее, даря восхитительное чувственное ощущение. Паола глубоко вдохнула, представляя себя в крепких объятиях Роберта. Она представила его сильные руки на своей талии… спине… бедрах… Почувствовала вкус его губ, ощутила требовательный и обжигающий язык во рту.
Боже, это было прекрасно! Следующая ароматная капелька скатилась в разрез легкого летнего халатика и, оставляя влажный след, поползла дальше, в ложбинку между грудей. Соски набухли, выступая двумя пиками через тонкую шелковую ткань.
Паола переступила грань между реальностью и фантазиями. Впервые в жизни она испытывала столь сильные, непередаваемо-чувственные переживания. Казалось, еще одно мгновение, и она перенесется в сказочный мир удовольствия и вечного блаженства. Все окружающие предметы, тесная квартирка потеряли для нее смысл. Она парила в облаках. И рядом с ней был Роберт. Она чувствовала его тело, каждую напрягшуюся мышцу, ловила ртом его дыхание, слышала частый стук его сердца.
Паола была счастлива.
Паола только что вышла из душа, когда услышала звонок в дверь.
Кто бы это мог быть так поздно? Наверное, соседка снова пришла одолжить пару яиц для своего чудо-пирога.
Пока Паола искала свой халатик, в дверь еще раз позвонили, на этот раз звонок был длиннее и требовательнее.
— Иду-иду! — крикнула Паола, подбегая к двери. — Одну минуту!
Она распахнула дверь. На пороге стоял широко улыбающийся Роберт Беркмен с букетом красных роз.
— Роберт?! — воскликнула Паола.
— Добрый вечер. Позволите мне войти?
— Входите, пожалуйста. — Паола отошла в сторону, пропуская Роберта. — Подождите, а что вам, собственно, нужно? — спохватилась она.
Роберт шагнул в комнату, положил цветы на тумбочку рядом с телефоном. Затем, обезоруживающе улыбнувшись, произнес:
— О, я вижу, вы все-таки смирили свою гордыню и приняли мой подарок. — Он взял с тумбочки флакон «Salvador Dali». — Божественный аромат, не правда ли?
Паола молчала, боясь пошевелиться. Одно движение — и до Роберта донесется исходящий от нее аромат. Как будут развиваться события дальше, Паола уже знала.
Он подошел к ней и ласково провел ладонью по лицу.
— Паола, вы само очарование.
Роберт придвинулся к ней еще ближе и прижал девушку к себе. Паола резко оттолкнула его и отступила назад.
— Объясните мне в конце концов, что происходит? Откуда такая страсть?
Роберт снова подошел к ней и наклонился к ее шее. Глубоко вдохнул.
— Мм, я рад, что вы вняли моему совету и приготовились к нашей встрече, — сказал он и потерся носом о ее шею.
— К нашей встрече?! — воскликнула Паола. — Вы ворвались ко мне чуть ли не ночью, без предупреждения, без звонка! А теперь еще делаете вид, что это я подстроила это… — она запнулась, — это свидание!
— Перестаньте кричать — ваши соседи уже, наверное, спят. Вы перебудите весь дом.
Паола не успела открыть рот, чтобы высказать этому наглецу все, что она о нем думает, как Роберт прижал ее к стене. Он провел пальцем по нежной атласной коже Паолы. Их взгляды слились, и, закрыв глаза, Паола ощутила горячее прерывистое дыхание Роберта. Его губы коснулись ее губ — сначала нежно, ласково, затем все более откровенно и требовательно. Паола обхватила его за шею, ее пальцы ощутили бугры мышц и двинулись выше, к волосам.
Из языки встретились, переплелись, отступили, чтобы снова слиться в фантастическом танце страсти. Так может продолжаться вечность, подумала Паола.
Когда их губы разъединились, она на мгновение испытала досаду и огорчение. Но поцелуи Роберта уже покрывали ее лицо, язык щекотал мочку уха, его руки скользили по ее спине, и пульсирующее желание вырвалось наружу.
Паола ощутила, как теплая лава растекается по ее венам. Она хотела этого мужчину, жаждала ощутить его внутри себя, стать с ним единым целым. Желание уносило ее туда, где рассудок был уже бессилен. Паола застонала, и Роберт воспринял ее стон как приглашение. Его рука скользнула в разрез шелкового халата, пальцы сжали сосок, и Паола снова тихо застонала от удовольствия.
Затем она почувствовала руку Роберта ниже, в самом нежном и интимном месте. Только ради этого недолгого блаженства природа создала женщину такой мягкой и податливой. Роберт ласкал ее, перебирая пальцами жесткие волоски. Паола невольно подалась навстречу руке, подставляя самые укромные уголки своего тела. Когда палец Роберта проник в нее, Паола затрепетала и окончательно потеряла контроль над своими эмоциями. Она стонала, стаскивала с Роберта рубашку, расстегивала ремень на брюках. Стыд теперь не имел никакого значения. От холодности и строгости Паолы не осталось и следа. Теперь было позволено все.
Внезапно Роберт чуть отстранился и вопросительно заглянул в ее глаза, пытаясь найти в них ответ. Ее затуманенный взгляд сказал ему все. Паола позволяла ему делать с ней все, чего бы он ни пожелал.
Боже, она действительно любила его, любила с той самой первой минуты, когда чуть не угодила под колеса его автомобиля!
— Люби меня, — прошептала Паола.
— Ты уверена, что действительно хочешь этого? — спросил Роберт и попытался улыбнуться.
— Не задавай глупых вопросов, — ответила Паола и, скинув букет роз на пол, облокотилась на тумбочку. Ею вдруг овладела томительная слабость, и Паола нетерпеливо притянула к себе Роберта. — Я хочу быть твоей… до конца.
Соприкосновение их тел отозвалось в Паоле новой обжигающей волной огня. Она запрокинула голову, наслаждаясь прикосновениями Роберта. Он обнял ее за бедра и осторожно прижал к себе. Паола подалась вперед, принимая его в себя. Сначала постепенно, затем резко, до конца.
Она изогнулась, рискуя свести Роберта с ума от неземного наслаждения. Они задвигались в ритме самого древнего, самого таинственного и сокровенного танца. Страсть подталкивала их дальше… дальше… быстрее… быстрее…
Паола не ощущала острый край тумбочки, впившийся в ее кожу, не обращала внимания на скинутую телефонную трубку. Сейчас главное — Роберт и то удовольствие, которое они доставляют друг другу.
Внезапно возросшее до предела наслаждение разлетелось на тысячи осколков, разнося огонь по всему ее телу. Паола издала стон, полный счастья и благодарности Роберту.
Пронзительно-резкий звонок беспощадного будильника вырвал Паолу из пленительного сна. Она с разочарованием осознала, что по-прежнему одна в своей постели, простыня скомкана, подушка откинута в сторону. До чего же прекрасен был сон и как жаль, что это был всего лишь сон. Суждено ли ему когда-нибудь стать явью? Или это все ее пустые мечты, глупые фантазии. Паола вздохнула.
