— Когда я понял, что ты неправильно истолковала наши с Дженной отношения, мне показалось забавным тебя немного разыграть. Постепенно до меня дошло, что ты и сама не понимаешь, чем вызвано твое раздражение. А оно говорит о чувствах, в которых ты не хочешь признаться даже самой себе. И я понял, что я тебе небезразличен.
— Предположим, что так. Когда же ты собирался рассказать мне про Дженну?
— Еще вчера вечером, но ты меня перебила.
— А этот дьявольский план? Прийти сюда с Дженной, чтобы я Бог весть что подумала!
— Меня об этом попросила Дженна, и я не мог ей отказать. А вообще-то ты все это заслужила. Обвинила меня в том, что у меня столько женщин, что и олимпийскому чемпиону было бы не справиться. А мое предложение жениться и вовсе повисло в воздухе. — Все это, однако, было сказано со смехом. — Теперь твоя вера в институт брака восстановлена?
— А я ее и не теряла, она разве что чуть-чуть была поколеблена.
— Если хочешь, можем отпраздновать сразу две свадьбы. Думаю, Дженна не будет возражать.
— Ни за что не стану портить ей самый счастливый день в жизни!
— Придется мне приехать и сломить твое сопротивление, — сказал Макс и положил трубку прежде, чем Эми успела возразить.
Что же делать? Ведь, если Макс вобьет себе что-то в голову, он ни за что не отступится. Почему же тогда он с такой легкостью отпустил Робин? Может, действительно из-за нее, впервые посмела подумать Эми.
Не прошло и часа, как появился Макс с бутылкой марочного вина и всякими деликатесами. По опыту проведения всевозможных встреч Эми знала, что он истратил несколько сот долларов.
— Это все предназначено для того, чтобы убедить меня или искупить твою вину?
— Не угадала. Это в благодарность за то, что согласилась помочь Дженне. И за то, что не сердишься на меня за мою маленькую провинность. Я был уверен, что ты не устоишь перед моими чарами.
— Типично мужская самонадеянность. Я и думать о тебе забыла, пока ты не появился здесь с Дженной.
— Не боишься, что от такой лжи твой нос станет таким же длинным, как у Буратино? — спросил он, целуя ее в нос. — Признайся: то, что произошло между нами вчера, не так-то легко забыть. Во всяком случае, я не переставал думать об этом.
Эми молчала.
— Ты все еще сердишься. Попробуем лекарство, — сказал он, откупоривая бутылку.
— Я не сержусь, но меня смущают твои плохие привычки: ты безжалостный провокатор и любитель преподносить сюрпризы.
— Больше не стану мучить, — пообещал он, поставив бутылку и подвигаясь поближе.
— Не передергивай. Я имела в виду, как ты нарочно заставлял меня думать превратно о ваших с Дженной отношениях и как ты издевался над браком и делал мне легкомысленные предложения. И не уверяй меня, что это ваш «семейный недостаток»!
— У моей семьи есть еще один недостаток: мы всегда добиваемся того, чего хотим. Я сожалею, что ты не поверила в мою искренность, когда я сделал тебе предложение. Но я повторяю: я хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Ладно, ладно, — с издевкой ответила Эми и, хотя в душе была очень довольна, решила еще немного его помучить. — Сегодня я твоя героиня. А что будет потом, когда пройдет ощущение новизны?
— Да ты, оказывается, жуткая мошенница, Эми Хоулт. — Макс прижал обе ее руки к своей груди.
— Это почему?
— Все эти разговоры о романтических отношениях, о «вечной любви», ля-ля-ля-ля… А когда человек предлагает тебе именно это, ты отказываешься.
— Неправда. Никто… — Но тут она умолкла. Он сказал «вечная любовь»? И Эми поняла, что попалась.
На следующей неделе все сомнения Эми развеялись под натиском официального ухаживания Макса. Днем ей приходилось срочно решать тысячи проблем, связанных со свадьбой Дженны, но вечера принадлежали Максу. Они ходили в кино, посмотрели гастроли бродвейского театра. Макс приглашал ее в разные рестораны — от самых дорогих и изысканных до небольших, но модных ресторанчиков.
Вначале Эми боялась репортеров, но потом решила: пусть все узнают, что они пара, и «к черту последствия».
В день свадьбы Дженны с утра лил проливной дождь. Выглянув в окно, Эми застонала. Потоки воды заливали улицу. Но когда под огромными зонтами прибежали хохочущие Дженна и Джек, Эми немного успокоилась. Может, не все пройдет так уж гладко, но по крайней мере не придется опасаться, что не явятся жених или невеста.
Когда ряды белых стульев, расставленных в гостиной, заполнились гостями, музыка возвестила о начале церемонии. Дженна спустилась по широкой лестнице к стоявшему внизу жениху. Но Эми смотрела не на невесту, а на Макса, а он смотрел на нее. На секунду Эми пожалела, что не согласилась на двойную свадьбу, — сейчас и они с Максом стояли бы у импровизированного алтаря.
Эми приняла решение: сегодня вечером, когда все разойдутся и они останутся одни, она скажет ему «да». И не потому, что на нее так подействовала эта прекрасная торжественная церемония. Она любит Макса, и неважно, сколько времени они знакомы. Он прав: у любви нет расписания, да и объяснить ее тоже нельзя.
Когда снова заиграла музыка и защелкали фотоаппараты, Эми очнулась и ринулась исполнять свои обязанности. Официантки стали обносить гостей бокалами с шампанским, Стефани распоряжалась закусками, а Эми пошла на кухню — проверить, как там дела. Макс догнал ее, обнял и стал покрывать поцелуями шею.
— Как бы я хотел, чтобы это была наша свадьба, — пробормотал он.
— У нас еще все впереди.
— Ты хочешь сказать…
— Потом, — прошептала Эми и выскользнула из его рук.
Вечер окончился. Дженна и Джек смогли наконец уединиться в свадебном номере, а Эми и Макс сидели, взявшись за руки, в зимнем саду. Макс снял свой белый смокинг и галстук, Эми скинула туфли. Дом был погружен в восхитительную тишину.
Эми поражалась тому, как изменился Макс. Из Фомы неверующего, отрицающего любовь, он превратился в нежного и сентиментального человека.
— Я никак не могу поверить, что ты согласилась стать моей женой. — Макс усадил Эми к себе на колени. — Я тебя обожаю.
Легкое покашливание прервало его признание. Эми вскочила и увидела Дженну.
— Что-то не так в номере?
— Нет, все в порядке, но мне нужна твоя помощь.
Нехотя Эми последовала за Дженной. Как оказалось, ни она, ни Джек никак не могли расстегнуть молнию на платье невесты. Эми принялась за дело, слушая болтовню Дженны. К сожалению, из этого непрерывного монолога она услышала о Максе такое, о чем предпочла бы не знать. Поэтому Эми вернулась в зимний сад, кипя от негодования.
Макс протянул к ней руки, но она не сдвинулась с места.
