— Мы не должны допустить этого, Зорданор! Конечно, я не настолько любима здесь как хотелось бы, и армия Кора состоит из наемников, на которых не много надежды…
Горбун склонился в почтительном поклоне.
— Да, повелительница. Жду твоих приказаний.
Кандара нахмурила лоб, досадливо топнув об пол ногой в расшитой шелковой туфельке. Думать о таких серьезных вещах было не так приятно, как об удовольствиях. Но в случае необходимости эта изнеженная женщина могла рассуждать не хуже любого придворного или полководца.
— Нам нужна помощь, и одними твоими силами здесь не обойтись.
Безобразное лицо мага выразило удивление.
— Но кто может нам помочь здесь, в Призрачных землях? И кто, по твоему, повелительница, здесь сильнее меня?
— Это Миндос Омтол.
При звуках этого имени на лице горбуна отразился ужас. Сузив глаза и раздув ноздри, он наконец медленно кивнул несоразмерно большой головой. Старый маг жил возле самого Потонувшего моря, из которого, согласно преданиям, и появилась первая жизнь на Зимле. Домом ему служила черная башня, построенная духами и умертвиями, башня, каждый камень которой был пропитан ужасной древней магией. Ни человек, ни дикий зверь не осмеливался подойти к этой башне. Те же, кому случалось видеть ее хотя бы издали, рассказывали, что из узких бойниц, прорубленных в черных стенах, вырываются языки пламени, а изнутри раздаются ужасающие вопли, полные страха и муки.
Но кроме этого Миндос Омтол был знаменит как непревзойденный знаток древних премудростей. Только у него были всевозможные эликсиры и отвары, способные излечить любую болезнь, какая бы ни поразила человека во всех странах между Соленым океаном и Внешними морями. Во всем, что касалось заклинаний ему также не было равных.
— Он намного сильнее меня, — ответил Зорданор. — И я, и Кылвыррен, который служит Тору Домнусу, по сравнению с ним всего лишь жалкие школяры.
— Значит, ты согласен, что надо обратиться к нему за помощью?
— Боюсь, это так, кроме него никто нам не поможет. Миндос Омтол может вызвать самых ужасных демонов, обитающих в самом низу подземного мира. Но, моя повелительница, он может потребовать за свои чары очень высокую цену. Ту, которую ты вряд ли захочешь заплатить.
— Мне все равно придется кому-то платить, — фыркнула Кандара с недовольной гримасой. — Уж лучше довериться этому старику, по крайней мере он не захочет, чтобы я разделила с ним ложе.
Она встала и несколько раз прошлась перед горбуном, едва не задевая его подолом своего черного полупрозрачного одеяния, сквозь которое просвечивало великолепное тело.
— Ты будешь сопровождать меня, Зорданор. Вы с Миндосом Омтолом сможете поговорить, как чародей с чародеем. Возможно, ты сумеешь убедить его назвать разумную цену за его труды.
Горбун с сомнением покачал головой.
— Вряд ли есть слова, которые поколебали бы решимость Миндоса Омтола. Я последую за тобой, королева, и сделаю все, что ты прикажешь.
Не прошло и часа как у ворот королевского дворца стояли две оседланные и взнузданные быстроногие лошадки. Явившийся первым Зорданор увидел, как королева Кандара, с ног до головы закутанная в черную мантию, спускается по лестнице и с помощью слуг садится в седло, ставя в стремена из слоновой кости изящные ножки, обутые в золоченые сандалии. Через несколько мгновений лошади уже неслись галопом по направлению к самой старой части Призрачных земель.
Благодаря чарам Зорданора дорога была недолгой. Солнце еще не достигло полудня, когда путешественники остановили коней перед башней из черного камня, в стене которой виднелась сверкающая огненно-красная дверь.
— Кто нарушил покой Миндоса Омтола? — прогремел голос, который, казалось, раздавался со всех сторон сразу.
— Здесь королева Кандара и ее придворный маг, — ответил Зорданор. — Мы явились попросить у Миндоса Омтола помощи против нашего общего врага.
— У Миндоса Омтола нет врагов.
— Я говорю о Торе Домнусе, правителе Ургала.
Некоторое время прошло в томительном молчании. Затем неожиданно дверь из красного металла исчезла, открыв взору вход, похожий на бездонную черную дыру. Из темноты вышел бронзовый великан. Вежливо поклонившись, он произнес гулким наводящим ужас голосом:
— Миндос Омтол вас примет. Следуйте за мной.
Спешившись, Кандара направилась к входу в башню, изо всех сил стараясь не показать охватившего ее страха. Она прекрасно знала, что посещение этого могущественного некроманта может иметь для нее самые неожиданные и самые неприятные последствия. Но ей во что бы то ни стало хотелось сохранить у себя Ксистура. Без него она просто умрет, а перед этим превратится в безобразную старуху, неспособную получать удовольствия от жизни. Нет, только не это! А между тем Тор Домнус, оказывается, настроен более чем решительно. Он последовал за Кутаром до самого Кора и, не колеблясь, объявит ей войну.
В башне было прохладно и пахло чем-то очень приятным, не иначе как благодаря одному из магических заклинаний. Вслед за бронзовым стражем, ноги которого оглушительно лязгали, ступая по камням, они поднялись по узкой крутой лестнице. На небольшой круглой площадке страж остановился, сверкающей рукой отдернув занавеску и сделав гостям знак идти дальше.
Кандара шагнула вперед и очутилась в круглой комнате, все стены которой от пола до потолка были заставленными различными шкафами, на полках которых теснились древние магические фолианты, всевозможные кувшины, банки и треугольные фиалы из разноцветного стекла. Здесь же виднелись реторты и различные приспособления для того чтобы изготовлять фимиамы и зелья.
Возле золотой колонны, на вершине которой покоился громадный хрустальный шар, стояла мрачная высокая фигура. Вокруг хозяина башни светилась огненно-красными линиями пентаграмма. При виде ее Зорданор охнул и съежился. Если маг такого уровня стоит в пентаграмме — это верный признак того, что где-то неподалеку можно встретиться с обитателями подземных миров.
— Не бойтесь, — произнес с любезной улыбкой Миндол Омтол. — Моего демона Абатона здесь нет, я отослал его, чтобы он мог отдохнуть и набраться сил.
Будто в подтверждение своих слов он переступил через пылающую красную черту и приблизился к королеве. Взгляд, который он не сводил с Кандары, вовсе не походил на взгляд мудрого старца, для которого все желания плоти остались далеко в прошлом.
Подавляя охватившие ее страх и отвращение, женщина с улыбкой протянула некроманту обе руки. Тот поднес их к губам и поочередно поцеловал их.
— Счастлив быть вам полезен, ваше величество, — сказал он тоном опытного царедворца.
