из нее пальцы почти сразу. — Если что, сам добавлю.
Я тут же опустил руку вниз и принялся размазывать влагу по складкам. Вначале нежно, чтобы не причинить еще большей боли. После, когда дыхание Елены из ровного стало прерывистым, с напором.
Как ей когда-то нравилось. По самому краю. Не касаясь наиболее чувствительных точек.
Раз за разом.
Медленно и быстро.
Добавляя свою слюну.
И шизея от перемен во взгляде.
Уже и не помнил, когда приходилось ради кого-то так стараться. С другими не нужно было тратить время на подготовку. Справлялись сами. Быстро, профессионально, качественно. И потом стонали от собственного удовольствия так, что хотелось кляп в рот засунуть.
С другими был сервис. Пакет VIP. Без ограничений. И хлопот.
Все с ними получалось иначе. А с Еленой... Приходилось контролировать и ее, и себя. Шипением остужать, когда казалось, что все уже хорошо.
Шлепать ее по сладкой заднице, когда пыталась проявить инициативу.
Словно в первый раз, приучать к члену внутри. Поцелуями стирать из головы ненужные мысли. Жадно, долго. И ласкать...
...языком нежный рот. Смакуя ее вкус, сплетаясь языками.
...пальцами подпухшую плоть в развилке ног.
До первого стона. До влаги внутри. До жалобной тихой просьбы:
— Прошу. Не нужно больше.
В какой-то момент Елену словно прорвало. Я все еще не позволял ей двигаться. Целовал, гладил. Был глубоко. Но горячие ладони соскользнули со спинки дивана на мои плечи. Обхватили за шею.
И хриплым, будто простуженным голосом она еще раз повторила:
— Прошу...
Одно слово. Короткое. Сказанное сегодня уже столько раз, что значение должно было замылиться.
Я мог не заметить его. Не услышать. Продолжить мучить себя и женщину, которую хотел до звезд перед глазами.
Но это «прошу» тысячью игл впилось в затылок. Волной кайфа стекло по позвоночнику до самых пяток. И все стоп-краны сорвало.
— Я уже не остановлюсь больше. Не смогу, — пришлось предупредить, чтобы не осталось никаких иллюзий.
— Не останавливайся.
Прежней мученицы как и не было. На меня смотрела женщина. С горящими глазами. С искусанными приоткрытыми губами. С охрененной грудью, которая льнула к моей.
— Никаких ограничений, — напомнил, медленно приподнимая ее за бедра вверх.
— Да, я согласна.
Я вышел полностью. Сжал ее ягодицы. И резко опустил Елену на себя. Мокрую, горячую, идеально готовую.
— Никаких страданий! — рыкнул, шалея от тесноты и удовольствия.
— Да...
Елена больше не смотрела на меня. Ее взгляд был направлен вниз, туда, где соединялись наши тела. В уголках глаз бриллиантами сверкала влага.
— Затрахаю так, что ничего от твоей дурости не останется!
Не знаю почему, но эти слезы меня добили. Нутро как кислотой обожгло. Не мог ни ждать, ни думать, ни терпеть.
Спёкся!
Одним быстрым движением опрокинул свою княжну на диван. Зажал ее руки в замок над головой. И задвигался.
Резко, выбивая стоны и всхлипы.
Глубоко, так что выгибалась подо мной и сжимала бедра своими длинными ногами.
Жестко, не щадя ни ее, ни себя.
До съехавшей крыши. Как это случалось только с Еленой. С первого раза. С первого поцелуя. Со случайной встречи под дверью какого-то вонючего кабака на окраине столицы.
***
Сейчас это казалось невозможным, но тогда, десять лет назад, мы могли даже не пересечься. Задержись я на работе еще минут на десять, девчонку с голубыми глазами увели бы другие. В темноту. А я бы целый вечер слушал бред ее подруги, а потом трахал эту подругу до утра. Или пока не надоест.
Обычно. Механически. Для разрядки, которая помогала не слететь с катушек в будни. И не отличалась никакими особыми эмоциями.
Я почти не вспоминал те времена. Горький опыт научил жить сегодняшним днем. Без оглядок. Но от удивленного взгляда Елены, от ее стонов и рук, сжимающих мои плечи, прошлое само напомнило о себе.
Без спроса вернуло туда, где все только начиналось. Где мы столкнулись, как две машины на пустынном перекрестке.
В московскую ночь, когда Елене было всего девятнадцать, а мне — двадцать четыре.
Я не признался ей тогда, что знал размалеванную девицу, которую моя принцесса считала подругой и заставила спасти.
Не хотелось даже пачкаться о ту дуру. Просто высадил это недоразумение возле первой же станции метро. Молча сунул деньги на проезд. И повез свою девочку подальше.
Будто забыл короткую дорогу до ее дома, катал по ночному городу. Любовался, как хмурится, прячет улыбку и косится в мою сторону... с интересом, с волнением.
К концу пути думал, съем ее. До одури хотелось трогать и целовать это чудо. Устроить у себя на коленях. Забраться под тонкий топ. Проверить, какое белье она носит и как смотрится без него...
Много всего хотелось. Умом понимал, что нельзя так быстро, что она чистенькая, неопытная. Помнил по прошлому поцелую. Но от близости крыша трещала шифером и с каждой минутой наедине все сильнее грозила съехать.
Возле знакомого забора я чуть не взвыл от досады. Нужно было как-то отпускать принцессу. Намекать на следующий раз. С шутками, без напора, чтобы не испугалась.
Вместо тормоза едва не вдавил в пол педаль газа. Но девчонка спасла нас сама.
— Так быстро?.. — Она глянула на окна и ссутулила плечи.
От шока я ушам своим не поверил. Повернулся к ней, глуша двигатель.
— Быстро? Не хочешь домой к папочке?
— Ты не сильно возгордишься, если скажу, что мне понравилось?
Только настоящая принцесса могла произнести такую мудреную фразу. Даже горошину под матрас не нужно было подкладывать, чтобы проверить родовитость.
— Тогда я могу еще покатать тебя. Бензина хватит.
Глаза уже слипались. Утром ждала работа, но ради этой девочки можно было пострадать.
— Нет. — Она тряхнула головой, словно прогоняя какую-то мысль. — У меня завтра занятия. И зачет.
— Мм... Будешь грызть гранит науки и отбиваться от институтских мальчиков?
—Ха-ха-ха, —рассмеялась девчонка. — Ты как скажешь!
От смеха в голубых глазах засверкали слезы, а на щеках засиял румянец.
— А что, не будешь отбиваться?
Сам не знаю почему, но я начал заводиться.
— Конечно, не буду! Вдруг кто-нибудь... — Прервавшись, она облизала губы. — На свидание позовет.
— Со мной на свидание пойдешь! Пойдешь ведь?
— Звучит как вопрос. — Принцесса отвела взгляд в сторону.
— Да, ошибся. — Захотелось врезать себе по лбу за тупость. — Пойдешь. Завтра! Если понадобится, выкраду, как эту твою Марину.
По роже расплылась счастливая улыбка, я заставил девочку повернуться ко
