К тому времени, когда они добрались до Ригхолма, Сью промокла насквозь, а Джемайма начала жалобно похныкивать. Сью распахнула ворота и с трудом потащила коляску по гравию, непроизвольно отмечая, что все сорняки вокруг были выполоты. Она поднялась по ступенькам, позвонила и стала ждать, вспомнив, что, когда она приходила в прошлый раз, ее нетерпение не понравилось хозяину дома.
Наконец дверь открылась. Саймон удивленно посмотрел на нее, и его взгляд стал жестким, едва он понял, кто перед ним.
— Я должна вам кое-что сказать. Это очень важно, — настойчиво проговорила Сью, опасаясь, что Саймон может захлопнуть перед ней дверь.
В этот момент Джемайма перестала хныкать, протянула к нему ручонки и призывно улыбнулась. Он ответил ей той быстрой чарующей улыбкой, которую приберегал для детей и старых леди.
— Привет, Джемайма. Ты, кажется, совсем промокла, — мягко произнес Саймон и перевел взгляд на Сью. — Впрочем, как и вы тоже, — чопорно добавил он. — Входите.
Он помог Сью перекатить коляску через порог. Затем, пока она снимала с себя промокший плащ, он вытащил Джемайму из коляски и поставил ее на пол. Опустившись перед ней на колени, он стал стягивать с нее курточку, все время говоря с ней на каком-то тарабарском языке, который, похоже, был понятен Джемайме, хотя у Сью вызывал полное недоумение. Выпрямившись, Саймон взял Джемайму за руку и сказал:
— Пойдем, дорогая, на кухню. Там гораздо теплее.
Джемайма покорно пошла за ним. Чувствуя себя немного уязвленной оттого, что ребенку он уделял гораздо больше внимания, чем ей, Сью направилась на кухню. На кухне Саймон развесил детские вещи над печкой, а плащ Сью пристроил на крючок в нише, где помещалась печка.
— Прошу вас, садитесь, — вежливо проговорил он, махнув рукой в сторону роскошного виндзорского кресла.
Сью села и взяла Джемайму к себе на колени, чтобы малышка не бродила по кухне.
— Полагаю, вы не прочь выпить кофе, — прибавил Саймон. — Я недавно пообедал, так что он еще не успел остыть.
— Спасибо, — внезапно оробев, ответила Сью.
Когда Саймон отвернулся к буфету, чтобы достать оттуда кружку, сахарницу и сливочник, она огляделась по сторонам. Кухня очень изменилась со времени ее последнего визита. Стены и окна были вымыты, а на лампочке появился абажур. На столике у дальней стены стояли тарелки, украшенные изящным рисунком. Стол был накрыт толстой синельной скатертью, неизвестно где раздобытой, но самое удивительное, что в центре стола возвышалась старая супница, наполненная цветами и травами из сада.
Но изменилось не только убранство комнаты. Сам хозяин тоже выглядел совершенно по-другому. Солнце позолотило его худые щеки, из-за чего его глаза казались еще ярче.
Приготовив кофе, Саймон поставил кружку на столик рядом со Сью и забрал у нее Джемайму. Расположившись в соседнем кресле, он удобно устроил девочку у себя на коленях.
— Я подержу ее, пока вы будете пить кофе и рассказывать мне о своем важном деле. Со мной она ведет себя спокойно, — сказал он.
Джемайма действительно сидела спокойно, доверчиво прижавшись к нему.
Сью сделала глоток кофе, не решаясь начать разговор. Ее одолевала поразительная робость. Раньше она не испытывала ничего подобного в присутствии Саймона, наверное, потому, что у нее не было повода сомневаться в его порядочности.
— Я уже понял, что ваше дело действительно очень важное, иначе бы вы не пришли сюда в такую погоду. Если бы я не поверил вам, то не стал бы впускать вас в дом, — проговорил Саймон, сразу разрушив то впечатление, которое он произвел на Сью, когда готовил кофе и нянчил Джемайму. — Полагаю, это не просто очередной предлог для вторжения.
Сью резко выпрямилась. Вся ее робость тут же исчезла.
— Нет, это не просто предлог. Я бы не пришла к вам, если бы не решила, что вы немедленно должны узнать о случившемся. Прошлой ночью во «Фронтонах» появился постоялец. Сегодня утром он показал мне вашу фотографию и спросил, не видела ли я вас где-нибудь поблизости.
Глаза Саймона сузились, и Сью заметила, что костяшки его пальцев побелели.
— Что вы ему сказали? — вымолвил он.
— Я сказала, что никогда вас не видела. Потом он спросил, есть ли неподалеку от Сипорта загородный дом, название которого начинается с буквы «Р». Я ответила, что ничего не знаю.
— Но отчего же вы солгали? — спросил Саймон таким тоном, что Сью подумала, будто он упрекает ее в этом.
— Я… ну, вы же сказали, что мечтаете, чтобы вас оставили в покое, и я не хотела выдавать ваше местопребывание. Я постаралась выяснить, зачем он разыскивает вас, но он и сам этого не знает. Все, что ему поручили, — это найти вас и доложить о результатах в свое сыскное агентство. — Она нагнулась к Саймону и прошептала: — Вы ведь не натворили ничего плохого, не так ли?
Мгновение Саймон в замешательстве смотрел на нее. Затем его тяжелые веки опустились, и он взглянул на головку Джемаймы, машинально накручивая на палец прядь ее шелковистых волос.
— Я совершил много дурных поступков в свое время, — уклончиво ответил он.
— Я имею в виду преступления, вроде убийства или похищения детей. — Она не смогла ясно выразить свою мысль, так как все это время Саймон не сводил с нее устрашающего взгляда из-под насупленных бровей. Ей подумалось, что если он на самом деле преступник, то, вероятно, он опасен и она сделала большую ошибку, придя к нему.
— Какое вам дело, совершил ли я какое-нибудь преступление? — спросил он.
— Ну… гм… да, мне не все равно, — нервно пробормотала Сью. — Видите ли, уже после того, как мой постоялец уехал, я подумала, что, солгав ему, я, возможно… — Продолжать она не решилась.
— Вы, возможно, не дали свершиться правосудию, — закончил за нее Саймон. — Тогда вы вздохнете с облегчением, узнав, что я никогда не нарушал закон.
— Слава богу! — сказала Сью с таким облегчением, что Саймон невольно усмехнулся. — Она отставила кружку в сторону и, снова наклонившись к нему, серьезно спросила: — Вы женаты?
Он так и застыл от возмущения, и усмешка исчезла с его лица.
— Если бы я знал, что вы собираетесь расследовать мою частную жизнь, я ни за что бы не впустил вас в дом, — надменно ответил он.
— Пожалуйста, поймите меня правильно, — умоляющим тоном продолжила Сью. — Я спросила только потому, что основное занятие этого сыщика — разыскивать пропавших мужей.
— И вы опасаетесь, что способствовали моему побегу из оков брака. Так?
Сью кивнула, и он добавил все с той же усмешкой:
— Тогда можете спать спокойно. До сих пор мне удавалось избегать подобных ловушек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
