– Все в порядке, мисс Аллингем. Правда. – Он вертел в руке стебелек маленького цветка, выросшего возле ствола дерева. – Я никогда не знал своего отца. Мать служила гувернанткой в богатой титулованной семье. Она влюбилась в джентльмена, жившего в соседнем поместье. Когда она сообщила, что носит его ребенка, он отказал ей в помощи. Не имея выбора, она вернулась в родные места, где жили ее родственники.
– Они приняли ее к себе в дом? – спросила Доротея, испытав облегчение, когда услышала, что бедная женщина не была покинута всеми.
– В какой-то степени. Они предоставили ей, а затем и мне, место для сна и пищу. Родственники всегда считали мою мать позором семьи и обращались с ней соответственно. Они пытались уговорить ее отдать меня в приют, но она не сделала этого. Неудивительно, что они не любили меня. Правда, они не были настолько бессердечны, чтобы выбросить нас на улицу.
– Должно быть, вам жилось тяжело.
– Одиноко… – признался майор. – Не многие семьи в деревне отваживались водить знакомство с незаконнорожденным сыном Эмили Роллингсон.
Доротея попыталась представить его маленьким мальчиком, страдавшим от насмешек и изоляции.
– Мне так жаль.
– Не нужно меня жалеть. – Его взгляд опалил ее, и она ощутила силу обуревавших его чувств. – Это сделало меня тем, кто я есть. Сделало сильным. Достаточно сильным, чтобы пережить войну. И солдат Наполеона.
Доротея плотнее прижалась к стволу дерева, не обращая внимания на грубую кору, впивавшуюся в спину.
– Я очень рада, что вам удалось выжить.
Роллингсон склонил голову, и девушка увидела, как желваки заходили на скулах, – он старался держать себя в руках. Неожиданное прикосновение заставило Доротею посмотреть вниз. Рука майора без перчатки лежала на одеяле совсем рядом с ее рукой. Чувство глубокого сострадания переполнило ее сердце. Осторожно, как бы случайно, девушка придвинула пальцы ближе. Еще одно неспешное обдуманное движение – и руки их соприкоснутся. Она скользнула ладонью по гладкой поверхности одеяла, но тут вдруг…
– Надеюсь, у вас осталось немного еды для нас, Ролли, – раздался приятный баритон. – Я умираю от голода.
– Атвуд! Бентон! Что вы здесь делаете? – Майор отдернул руку, вскочил на ноги и направился к приближавшимся мужчинам.
Доротея в волнении повернула голову и увидела двух элегантно одетых джентльменов верхом. Боже милостивый, она расслышала правильно – один из них маркиз Атвуд. Подавляя нервную дрожь, возникшую в груди при виде маркиза, Доротея сосредоточила внимание на втором джентльмене. На том, который заговорил.
Она видела его на балу прошлой ночью, хотя не могла припомнить имени.
– Мисс Аллингем, полагаю? – Незнакомец спешился и поклонился. – Я виконт Бентон. Должен сказать, это чистейшее удовольствие встретиться наконец с женщиной, полностью завладевшей вниманием моего друга.
Доротея резко повернула голову к маркизу Атвуду: что он мог наговорить про нее? – но выражение его лица оставалось спокойным. Боже, какая же она дура! Виконт имел в виду майора Роллингсона, а не маркиза.
Страшно смутившись, Доротея старалась вернуть себе самообладание. Подняв голову, она с досадой посмотрела на маркиза Атвуда и виконта, желая, чтобы они снова сели на своих коней и отправились дальше. Девушка ощущала неловкость и тревогу. Однако майор, похоже, был очень доволен их неожиданным появлением.
Вздохнув, Дороти сказала себе, что все наладится, как только незваные гости уедут.
Она заставила себя улыбнуться виконту. Бентон был дьявольски красив, с дерзким и язвительным выражением лица. Он ответил сногсшибательной улыбкой. О господи, меньше всего Доротее нужен был сейчас еще один красивый повеса, бесстыдно заигрывавший с ней. Она нарочито опустила голову и отвернулась. Виконт, как видно, далеко не глуп. Он с легкостью поймет ее молчаливое послание.
Теперь взгляд Доротеи устремился вдаль, сосредоточившись на леди Мередит и ее девочках. Девушка с любопытством наблюдала, как ее покровительница усаживает дочерей в лодку, вытянутую на берег. С помощью гувернантки маркиза столкнула маленькое суденышко на воду и шагнула в него. Взявшись за весла, начала грести, зигзагами продвигаясь к противоположному берегу озера.
Доротея видела, как девочки хихикают над неуклюжими действиями матери. Та тоже улыбалась. Похоже, они прекрасно проводили время.
– Я вижу, леди Мередит отправилась с дочерьми кататься. Может, мы последуем их примеру, майор Роллингсон? – спросила Доротея, решив, что, раз уж виконт с маркизом не собираются уходить, ей самой придется найти способ сбежать от них. В лодке найдется место только для нее и майора.
– Что? – Майор резко повернул голову в сторону озера, и глаза его широко раскрылись.
– Я слышал, что жена лорда Дарлингтона очень решительная и смелая женщина, – с восхищением сказал Атвуд. – Уверен, она знает что делает.
Едва маркиз успел произнести эти слова, со стороны озера донесся резкий треск ломающегося дерева, и сразу же послышались женские крики и громкие всплески воды.
– О господи, они все упали в озеро! – вскрикнула Доротея.
Все трое мужчин мгновенно бросились вниз по склону холма, на бегу сбрасывая сюртуки. Доротея поспешно ухватила поводья коней маркиза Атвуда и виконта Бентона, чтобы животные не убежали. Ведя лошадей в поводу, она тоже побежала к воде. Лошади послушно следовали за ней.
Атвуд первым бросился на помощь, майор – несколькими секундами позже. Посреди озера было так много всплесков, что Доротее едва удавалось различить крупную фигуру леди Мередит, которая удерживала одну, а может, двух дочерей, изо всех сил стараясь оставаться на плаву. Не было видно никаких обломков лодки. Должно быть, она пошла на дно, набрав слишком много воды.
– Скорее, скорее! – в отчаянии шептала Доротея.
Быстро выяснилось, что Атвуд самый лучший пловец. Он достиг середины озера гораздо раньше майора и виконта. В этот момент Дороти ясно различила две женских головы, мелькавших на поверхности, – леди Мередит и Стефани, ее старшей дочери. Две младшие девочки исчезли.
Не колеблясь, маркиз нырнул в глубину и быстро выплыл с ребенком на руках. Передав девочку виконту Бентону, он снова ушел под воду. На этот раз он вынырнул один.
Доротея замерла в ожидании, сердце ее больно сжалось от страха. Губы двигались в безмолвной молитве: «О, прошу тебя, милостивый Господь, сделай так, чтобы девочка нашлась». Маркиз нырнул в третий раз. Все затаили дыхание, ожидая его появления. И вот наконец он показался из воды.
Послышались звуки откашливания, фырканье, а потом громкий вопль – ребенок, которого он держал на руках, начал кричать. Доротея вместе со слугами, а также зеваки, собравшиеся на берегу, приветствовали их радостными возгласами. Все находившиеся в озере медленно поплыли к берегу. Мужчины помогали детям и леди Мередит.
На берегу Доротея и слуги встретили вымокшую группу слезами облегчения и радости. Доротея принесла одеяло, которое они с майором стелили на землю для пикника, и накинула на плечи леди Мередит, крепко обняв ее при этом. После этого она обняла каждую из девочек, тесно прильнувших к матери, и тоже укутала их одеялом.
– Боже мой, нам ведь придется всю эту историю рассказать отцу, верно, девочки? – Леди Мередит улыбнулась дрожащими губами своим дочкам, серьезно смотревшим на нее.
– Я думаю, он очень рассердится на нас, – сказала Стефани, стуча зубами.
– Возможно, – согласилась леди Мередит, энергично растирая руку старшей дочери. – Поэтому мы должны улыбаться и смеяться, когда станем рассказывать ему о нашем приключении, чтобы он понял, что мы ничуть не испугались. Хорошо, девочки?
Три мокрые головки дружно кивнули. Доротея отвела взгляд от леди Мередит, чтобы взглянуть на мужчин, без колебаний рискнувших своими жизнями, чтобы спасти этих крошек, оказавшихся в беде.
Джентльмены были такими же мокрыми, хотя это, похоже, их не беспокоило. Вода струйками стекала с их волос и одежды. Они смеялись и шутили – характерная особенность, по наблюдениям Доротеи, присущая мужчинам, счастливо избежавшим опасности.
