Нэш с раздражением посмотрел на нее. Видеть своего ребенка раз в несколько месяцев? Нет!
– Хорошо… – Он потер глаза, все его мечты разрушились. – Я остаюсь.
Мэгги энергично покачала головой.
– Нет! – категорично заявила она. – Я не хочу, чтобы ты потом обвинял меня или ребенка в том, что твои мечты не сбылись.
Нэш потянулся через стол и взял Мэгги за руки.
– Тогда поехали со мной. Посмотрим, к чему это приведет.
Мэгги боролась с притяжением, которое чувствовала к нему на первобытном уровне в каждом ударе пульса, каждой клеткой. Но Нэш не любит ее и вообще никогда не полюбит. Это било словно ножом по сердцу. Она отняла руки:
– Нет.
Нэш поднял на ее решительный взгляд:
– И что теперь?
Она придвинула к нему коробочку одним пальцем, словно в ней был ядовитый паук. Она не хотела кольцо из чувства долга.
– Иди домой и поспи. Мы поговорим в другой раз.
Нэш кивнул. Он взял коробочку, положил в карман и встал.
– Хорошо. Но разговор не закончен, Мэгги Мэй. – Он подошел к ней, опустился на корточки и взял ее за руки. – Не окончен. Отнюдь.
А затем он встал и ушел. Одно он знал точно: хоть все и было испорчено, но она вынашивает ребенка, его ребенка, и он о нем позаботится.
Глава 7
Вставать в три часа ночи вообще трудно, а когда ты устала и накатывает утренняя тошнота, намного тяжелее. Но Мэгги срочно вызвали – четырехлетнему ребенку в Рокхемптоне, больному эпиглоттитом, требовалась интенсивная терапия.
Поэтому она вскочила с постели, плеснула водой в лицо, почистила зубы, натянула джинсы и футболку, провела расческой по волосам и поехала в больницу.
– Выглядишь ужасно! – воскликнула Линда, когда Мэгги вошла в отделение.
– Три часа ночи, – проворчала та.
Линда посмотрела на нее, взглядом говоря:
«Это моя третья ночь, у меня шестеро детей, и я на десять лет старше тебя», но мудро не отреагировала на утреннюю грубость Мэгги.
– Нэш уже здесь, – объявила она.
О боже, только не Нэш!
– Великолепно, – чуть слышно пробормотала она, направляясь в подсобку, где было собрано все оборудование.
Нэш уже начал складывать все необходимое на большую каталку, которую они возьмут с собой в аэропорт. Он стоял к Мэгги спиной, и ее взгляд автоматически прилип к его футболке, обтягивающей его широкие плечи.
В груди заплескался прилив любви, подстегивая ее тошноту, и она сделала долгий вдох.
– Привет.
Нэш обернулся на звук ее голоса. Нейтральное приветствие, которое он репетировал, узнав, что они будут работать этой ночью вместе, замерло на его губах. Он не видел Мэгги четыре дня, и она выглядела ужасно. Он шагнул к ней:
– С тобой все в порядке?
Мэгги раздраженно посмотрела на него.
– Сейчас три часа ночи, – сказала она, жалея, что у нее не было времени на макияж.
Сердце Нэша тяжело билось в груди. Он видел Мэгги рано утром за работой и не только и знал, что дело не в этом.
– С ребенком… все в порядке?
Мэгги в ярости посмотрела на него, оглянувшись, чтобы проверить, не слышит ли кто.
– С ребенком все просто замечательно, – сухо ответила она.
А с ней, наоборот, нет. На нее накатила очередная волна тошноты, и Мэгги молилась о спокойном полете.
– Может, Линде вызвать кого-то другого? – предложил Нэш.
– Больше никого нет, – раздраженно ответила она.
– Ты что-нибудь ела? – спросил Нэш.
Мэгги закрыла руками рот, ее желудок содрогнулся. Внезапно ей стало смешно, что не имело к нему никакого отношения.
– Прямо сейчас? Плохая идея.
– Может помочь.
Она покачала головой. Казалось, ничего не поможет. Сон был единственным облегчением.
– Давай лучше приступим к делу. – Затем она сможет забыться во сне без тошноты. – Ты справишься с этим, пока я переоденусь? – спросила она.
Нэш поднял темно-синюю упаковку.
– Конечно. Я почти закончил.
Они сели в такси десятью минутами позже. К счастью, в этот ранний час машин почти не было, и они были в аэропорту через пятнадцать минут. Еще через пятнадцать минут они уже садились в самолет.
Из-за шума в маленьком самолете общаться было невозможно, но Мэгги была этому рада. Находиться радом с Нэшем в узком пространстве было плохо. Она закрыла глаза, пытаясь отключиться на то время, которое им потребуется, чтобы долететь до места.
Нэш посмотрел на Мэгги. Она выглядела изможденной, ее скулы выступали немного больше, чем обычно. Беременность отрицательно сказывалась на ней.
– Вот возьми, – повысил голос Нэш, чтобы перекрыть звук мотора, похлопав Мэгги по руке.
Она нехотя открыла глаза и обнаружила, что Нэш протягивает ей жвачку. Еще до того, как осознала, что делает, она потянулась за ней.
Спасательное средство!
– Спасибо, – сказала она, сорвав обертку и положив пластинку в рот перед тем, как закрыть глаза.
Нэш мысленно велел себе всегда иметь пачку с собой, но затем он загрустил, вспомнив, что он пробудет здесь всего несколько недель.
Он много думал в последние дни и не пришел ни к какому решению. Они должны вместе обсудить это. У них ведь есть час.
Он приблизился к ее уху.
– Мы поговорим или просто будем игнорировать друг друга? – спросил он.
Мэгги открыла глаза и повернулась к нему. Его рот был волнующе близок. Жвачка оказывала чудесный эффект на ее состояние, но со всем этим отвлекающим шумом она не хотела ничего обсуждать.
– Игнорировать друг друга, – подтвердила она, вернув голову в прежнее положение и закрыв глаза.
Нэш улыбнулся помимо воли. Хорошо. Она права. Сейчас не время и не место. Но они поговорят об этом. Сегодня же поговорят.
Они приземлились в Рокхемптоне и доехали на такси до больницы. Благодаря действиям местного анестезиолога, который предположил хирургическое вмешательство и сделал трахеостомию, ребенка оставалось лишь транспортировать в центр медицинской помощи, где его будут лечить дальше. Они пробыли в больнице всего около получаса.
Было семь утра, когда они прошли через вращающиеся двери детской реанимации. Еще час, и пациент был пристроен, записи сделаны, оборудование собрано, и они были готовы уезжать.
– Подожди, – сказал Нэш, задержав Мэгги, когда она собиралась сесть в машину. – Я куплю тебе завтрак.
Мэгги вздохнула:
– Нэш, не надо. Я и правда устала.
– Надо, – настаивал он.
– Я ничего не могу есть эти дни.
Нэш пожал плечами:
– Тогда есть буду я, а ты – смотреть. – Он порылся в кармане джинсов. – У меня есть еще жвачка.
Мэгги собиралась отказаться, сесть в машину и уехать, но Нэш посмотрел на нее и умоляюще сказал:
– Пожалуйста, Мэгги.
– Хорошо, – раздраженно сказала она, последовала за ним в ближайшее кафе и потягивала воду, пока он уничтожал полный английский завтрак. Мэгги смотрела, как он с аппетитом ест. Там, куда он едет, будет много таких завтраков.
