Читаем без скачивания Сокровища старого Яна - Роджер Пилкингтон

— Нет, причина тут другая, — сказал он. — Мы решили, что если вы ничего не будете знать, то поведете себя с ними нормально и просто.

Керол с минуту размышляла.

— Об этом я не подумала, — призналась она. — Ну и как, мы вели себя с ними вполне естественно?

— Конечно! Именно ты и Джил вселили в них уверенность, что мы их ни в чем не подозревали.

— Я рада, что вы не посчитали нас за трусих. Мне бы это было очень неприятно.

Питер помолчал.

— Знаешь, — произнес он наконец. — Я скажу тебе кое-что, только обещай ничего не говорить остальным.

— Конечно, Питер.

— Честно говоря, я сам очень боялся Била и Джо. Майкл-то, конечно, и не думал ни о какой опасности, он просто принял все это за интересную игру в ковбоев и индейцев. Но пока мы от них не отделались, я чувствовал себя очень неважно. Кажется, в первый раз в жизни я так испугался. Керол взглянула на него и засмеялась.

— Не верю, чтоб ты струсил!

— Но это абсолютная правда, — сказал Питер. — Понимаешь, я отвечаю не только за себя, но и за безопасность Джилл, и за Майкла, и особенно за твою безопасность.

— За меня, Питер, тебе совсем не нужно беспокоиться.

— Да? А я вот беспокоюсь, даже если это, по-твоему, и напрасно. Мы уговорили тебя отправиться с нами, и это наша вина, что тебе приходится столько испытывать.

— Значит, ты жалеешь, что я с вами? — грустно спросила Керол.

— Совсем нет! — запротестовал Питер. — Без тебя все было бы не так интересно. И у меня есть какое-то странное чувство — вот только я никак не могу объяснить его, — что ты сделаешь что-то важное для успеха дела. Я уверен: мы найдем сокровища Яна только с твоей помощью. Не спрашивай, почему я так думаю, — я и сам не знаю.

Следующей была очередь Керол, но Питер просидел с ней всю вахту. Потом они разошлись отдыхать, а на вахту заступила Джилл, которую сменил Майкл. Ему поручили разбудить Питера, как только начнет светать. Майкл так и сделал. Питер сразу же просунулся, сел на койке и увидел, что Майкл чем-то размахивает- перед его носом. Он протянул руку, но тут же отдернул ее, ощутив нечто клейкое, холодное и противное.

— Камбала! — провозгласил Майкл, страшно довольный собой. — Я добыл пять штук.

Питер соскочил с койки и зажег лампу. Майкл не бахвалился, — он действительно держал за хвосты пять чудесных дуврских косоротов {5}.

— И ты хочешь сказать, что поймал их сам, своей удочкой?

— Ну… не совсем так, — смутился Майкл, переминаясь с ноги на ногу.

— Что значит "не совсем так"? — недоумевающе спросил Питер.

— Я… я выменял их, — сознался Майкл.

— Выменял?

— Только не сердись, Питер. Когда вы все спали, я спустил ялик и отправился на рыбацкую пристань — она недалеко отсюда. Рыбаки как раз разгружали рыбу — целые тонны рыбы! Я разговаривал с одним рыбаком…

— Ты разговаривал с рыбаком? Это как же?

— По-французски, конечно, — с гордостью ответил Майкл. — Я сказал: "Avez-vous de poisson avendre?" {6}, а он ответил: "Oui, oui" {7}. Тогда я заявил ему: "Je suis anglais, je n-ai pas d-argent" {8}. Думаю, что я верно сказал, во всяком случае, он меня понял и спросил: "Sur un petit bateau?" {9}, а я ответил «Oui». Он в ответ: "Du lait peut-etre" {10}. Я вернулся на катер, взял банку сгущенного молока и одал ему, а он взамен дал мне пять этих огромных рыб. Ну, разве это не выгодная сделка?

Питеру очень хотелось дать своему помощнику хороший нагоняй за нарушение своего долга, за уход с поста, но у него не повернулся язык.

— Да, — согласился он, — ты заключил неплохую сделку. А сейчас пойди вниз и разбуди девочек, мы отправляемся в путь. Твою рыбу мы попробуем за завтраком.

Примерно в половине четвертого «Нырок» прошел между волнорезами.

Питер был в отличном настроении. Он не ожидал, что море окажется таким спокойным; лишь еле заметная рябь пробегала по его поверхности, а на постепенно светлевшем небе не видно было ни одного облачка. В рубку, где он стоял у штурвала вместе с Майклом, начал проникать из камбуза аппетитный запах жарившейся рыбы.

"…Через каждые десять миль порты: Кале, Гревелинс и другие, повторил Питер про себя. — Идите примерно в миле от берега. Побережье там очень хорошее". Но больше всего, пожалуй, его радовало то, что до сих пор они успешно избегали преследования шайки.

Возможно, на утреннем пароходе моряки прибудут в Кале, но увидят, что «Нырка» там нет. Если даже допустить, что бандиты и догадаются, что катер держит путь в Голландию, то обнаружить его будет не так-то легко.

Ни разу за все свое путешествие ребята не получали такого вкусного завтрака, и Майкл необычайно гордился, что он раздобыл рыбу. Убрав со стола, девочки пришли в рулевую рубку и запели: «Рио-Гранде», а затем песенку "Что нам делать с пьяным моряком", видоизменив ее в духе приключений вчерашнего дня.

— Что нам делать с фальшивым моряком? — под смех остальных запела Джилл.

— Рано утром ударим его по голове игрушечным компасом, — поддержала Керол.

— Отправим его на пирс со швартовами…

— Бросим в море смыть с себя грязь…

— Пошлем вымыть грязь за ящиками… Так сочиняли они песенку, строфу за строфой, пока справа не показался какой-то новый порт.

— Гревелинс, — сказал Дитер, взглянув на карту. — Все в порядке.

— Все было бы в порядке, если бы знали, куда мы идем, — засмеялась Джилл.

— Пожалуй, правильно, — согласился Питер.

— Давайте еще раз попробуем разобрать записи о сокровищах, предложила Керол. — В них, по-моему, довольно ясно сказано, что мы должны искать какой-то залив. Может быть, он расположен где-нибудь тут?

— Сомневаюсь, — ответил Питер. — Вся эта часть страны находилась в руках у немцев, они ее сильно укрепили и, конечно, особенно охраняли побережье, — опасались, что именно здесь начнется вторжение. Я думаю, правильнее всего будет добраться до Дордрехта, обследовать оттуда все пути, какими мог отправиться Ян, и попытаться найти нужный нам залив.

— Очень уж неопределенно все это, — откликнулась Джилл. — Но больше ничего не остается делать.

— Конечно, — поддержал Майкл, — если только мы не расшифруем записи о дьяволе и о Филиппе и еще эти непонятные места с буквой "К".

— Я по-всякому пыталась их расшифровать, — пожаловалась Джилл, — но все равно получается бессмыслица.

— Как бы то ни было, а мы идем в Дордрехт, — объявил шкипер. — Как только попадем туда, мы можем снова заняться записями. Кстати, мы можем обдумывать их и в пути.

— А как мы доберемся до Дордрехта? — спросила Керол.

— Пойдем вдоль берега до Флиссингена, а потом, пожалуй, придется расспрашивать дорогу.

Флиссинген был последним пунктом, обозначенным на карте Питера.

Путешествие проходило успешно. По-прежнему перед ними расстилалось безмятежное море, и когда взошло солнце, поверхность воды засверкала бесчисленными искорками. Все на катере наслаждались поездкой.

— Дюнкерк, — объявил Питер, когда вдали показался тонкий, высокий маяк, установленный на конце волнореза", а за ним открылся большой порт. — Сейчас нет еще и семи часов, а мы уже прошли четверть пути до Флиссингена. Часам к четырем мы будем там. Пожалуй, даже значительно раньше.

Следующей гаванью был Ньивпорт, и, приближаясь к нему, Питер сообщил, что они уже вышли из французских вод и сейчас находятся в бельгийских.

— Вот это здорово! — одобрительно отозвался Майкл, — Мы пройдем три страны за один день. Совсем неплохо… Ого! Это еще что такое?

Он показал рукой налево на среднего размера быстроходное судно, которое находилось примерно на расстоянии мили от них. В тот момент, когда Майкл заметил его, судно развернулось и направилось к "Нырку".

— Корабль направляется прямо к нам, — встревожился Питер. — И к тому же он жмет вовсю. Это торпедный катер или что-то вроде того.

— Очень интересно! — воскликнул Майкл. — Кто скажет, что тут происходит?

— Надеюсь, это не связано с тем, что случилось в Рамсгете, заметила Джилл. — Нам нужно во что бы то ни стало избежать любой неприятности.

Майкл вел «Нырок» параллельно берегу, но военный корабль шел прямо на них, вздымая носом высокие волны и оставляя за собой пенистую струю бурлящей воды. Всего только в три минуты он развернулся, захватывая «Нырок» в широкое кольцо.

— Эй вы, болваны! Осторожнее! — завопил Майкл, когда высокие волны, поднятые военным судном, докатились до катера и начали швырять его, как пробку. — Отправляйтесь забавляться в другое место!

— Они подняли сигнальные флаги, — сказала Керол. — Кто умеет читать сигналы?

— Из нас никто, — ответил Питер, продолжая наблюдать за маневрами торпедного катера.

— Я знаю нельсоновский сигнал, который поднимается на здании Адмиралтейства в день победы при Трафальгаре, — заявил Майкл. — Нас заставляли заучивать его в школе. Ну, вы ведь знаете: "Родина ожидает, что каждый выполнит свой долг".