Читаем без скачивания Я ненавижу магические академии - Бронислава Вонсович

Особенно когда в руке синглет, и мне показали, где лежит король. Король бесславно пал под козырем, я вынесла с руки мешающую мне масть, собрала козыри, а потом взаимными перебитками довела до победного конца.

– Я уже думал, что мы сидим, – облегченно выдохнул Алонсо, – когда ты вдруг импасировать не стала короля.

– Ты о чем? – недоуменно спросила я.

Ответить мой партнер не успел, Фабиан побагровел и заорал на сестру:

– Дура! Я тебе своей контрой о чем сказал? Куда нужно было выходить?

– А зачем ты вообще их контрил? – огрызнулась та, не желая признавать свою вину.

Что ж, скандалы между партнерами в такой ситуации – дело обычное. Видела их много и разных. Я немного понаслаждалась эпитетами, которыми они друг друга награждали, и спросила:

– Фьорд Чиллаг, когда мы сможем получить свой выигрыш?

Спать я ложилась в новом комплектике, том самом, что Фабиан предлагал оплатить. Не иначе, в нем дар предвиденья в тот момент прорезался. Правда, частичный – увидеть меня в обновке ему не суждено.

Проснулась я в великолепнейшем настроении, даже немного в кровати поваляться пыталась, но Фиффи недовольно зашелестел, что так и завтрак пропустить можно. От трепки, устроенной мандрагорами, полностью он так и не оправился. Передвигался он рывками, да и зелень была не такая яркая. Но надлом на веточке начал затягиваться, так что было очень похоже, что скоро мой питомец будет в порядке. В столовую он отправился со мной, где ему сердобольная раздатчица, украдкой подсунула отбивную. Я горячо поблагодарила добрую фьорду и подумала, не попросить ли у них пищевых отходов для моего любимца. Другого источника для его подкармливания я пока не видела. Но выпрашивать объедки – это так унизительно, что я отложила этот вопрос на будущее и просто поделилась с Фиффи кашей. Впрочем, особого интереса он к ней не проявил, так как старательно разделывал доставшееся ему мясо.

После завтрака я вернулась в свою комнату и задумалась, чем бы заняться. Можно было бы, конечно, пойти в библиотеку и написать доклад по Истории Магии, тему для которого мне блондинистая подружка Кудзимоси уже выделила, что не увеличило моей любви к этой особе. С другой стороны, до моего выступления осталось почти две недели, так что торопиться некуда. Я уже почти было решила добрать так не хватающего мне в последнее время сна, как в дверь раздался громкий уверенный стук.

– Дорогая, я тебя ждал почти два часа, а ты так и не пришла! – Антер начал возмущаться сразу, не дожидаясь, пока я захлопну дверь.

Впрочем, это у меня и не получилось бы, так как он сразу влез перед дверью, а силы у нас были явно неравные.

– Антер, ты же не рассчитывал всерьез, что я приду? – кисло улыбнулась я в ответ, посчитав, что если уж он обошелся без приветствия, то и мне желать ему доброго утра совсем не обязательно, да и не хочется.

– Почему? – удивился он. – Я был уверен, что мое письмо поможет разрешить это маленькое недоразумение, что между нами возникло. Я тебя люблю, ты меня любишь, значит, мы непременно должны быть вместе. Думаю, наша любовь позволит нам преодолеть все трудности и взаимное непонимание.

От его наглости у меня перехватило горло, и я не сразу нашла, что сказать. Антер решил, что я признаю его правоту, довольно ухмыльнулся и полез ко мне обниматься с недвусмысленными взглядами. Я его оттолкнула и выпалила:

– Когда любят, хотят жениться, а не предлагают оскорбительные вещи для девушки моего воспитания!

– Лисси, ты что? – выпучил он глаза. – Ты не поняла еще? Кто же теперь на тебе женится? Ни денег, ни связей – кому ты нужна? Тебя все равно отчислят, а лучше меня ты никого не найдешь!

– Мне уже предложили законный брак, – гордо ответила я. – Но я пока не тороплюсь давать согласие.

Антер помрачнел. Смотрел он на меня испытующе, видно, размышлял, не вру ли я ему. Но у нас в семье открыто врать не принято – можно недоговорить или высказаться в таких выражениях, что собеседник поймет прямо противоположное тому, что говорилось. И мой бывший жених прекрасно знал, что если я сказала прямо – значит, так оно и есть.

– Нищий студент, наверно, – наконец процедил он. – Лисси – бедность не для тебя, ты это скоро поймешь.

– Преподаватель, – гордо ответила я, победно улыбаясь. – Молодой, красивый, нежный и заботливый.

А также нудный и любящий философские диспуты. Но об этом я говорить не стала. А то вряд ли бы наблюдала на лице Антера такое забавное выражение недоуменной ярости.

– Ты хочешь сказать, что ты меня бросаешь? – трагическим голосом сказал он. – После всего, что между нами было?

Разговор меня начал утомлять. Дверь я так и не могла закрыть – мешал бывший жених, так что я вышла в коридор. Но тут Антер испуганно захлопнул дверь сам, так как увидел выползающего Фиффи, который хищно щелкал листочками, намекая, что одной маленькой отбивной такому большому и красивому ему совсем мало. Я немного подумала и направилась вниз, где должна была находиться дежурная. Антер шел за мной и постоянно возмущался тем, что я не желаю оценить усилия, которые он прикладывает для нашего общего счастья. Внизу за столом дежурной сегодня находилась лично комендантша, фьордина Гримз, которая посмотрела на меня неодобрительно. Еще бы, она же предупреждала не водить мужчин.

– Доброго вам утра, фьордина Гримз, – почти пропела я. – Я хотела узнать, почему во вверенном вам общежитии ходят совершенно посторонние фьорды, которые не являются студентами данного учебного заведения?

– В самом деле, фьордина Гримз, – раздался за моей спиной голос Кудзимоси, – наше общежитие не должно быть проходным двором. Посторонним здесь не место.

– Доброе утро, фьорд Кудзимоси, – счастливо улыбнулась я ему.

– Да я отошла всего на пару минут, – обиженно сказала Грымза. – Видно и проскочил в это время.

– Если бы только один проскочил, – заметила я. – А то целая толпа посторонних по общежитию ходит.

Можно подумать, что Антер и его мама караулили за дверями в надежде сюда попасть. Налицо преступный сговор с целью моего устранения!

– Я не посторонний, – запротестовал Антер. – Я – твой жених.

– Бывший жених, – напомнила я.

– Я подумаю, что здесь можно сделать, – внезапно сказал он.

– Подумай, – согласилась я. – Дело это крайне полезное, оказывается.

– И ты тоже подумай, – зло сказал он мне. – Не знаю, насколько правда то, что ты мне сказала о преподавателе, который на тебе жениться собрался, но долго ты тут не проучишься, а я могу обидеться и взять свое предложение назад. И что ты тогда будешь делать?

Я развернулась и пошла к себе. Вариантов, что я тогда буду делать, у меня уже было несколько – выйти замуж за Хайдеггера, стать преподавательницей этикета, да и карьера профессионального игрока в бонт тоже неплохо – уж намного лучше, чем стать содержанкой бывшего жениха, пусть у него даже такие замечательные плечи и хвоста нет.

Долго подумать мне не дали – опять постучали в дверь. Фиффи оживленно начал к ней придвигаться в надежде, что все-таки доберется до Антера. Видно, от последней встречи у него остались самые приятные воспоминания. Но когда я открыла дверь, питомец мой от нее шарахнулся, испуганно перебирая корешками, зарылся в свою кучку и притворился самым обычным комнатным растением. Ибо за дверью стоял декан собственной персоной.

– Фьорда Берлисенсис, о какой толпе посторонних вы говорили? – холодно спросил он. – Пока, кроме вашего бывшего жениха, никого обнаружить не удалось.

Надо же, неужели он лично занимался обыском общежития? Впрочем, запустил, наверно, магический поиск, и все.

– Ко мне еще фьордина Нильте позавчера приходила, – неохотно ответила я. – Мне кажется, ее тоже пропускать не должны были.

– И все? – уточнил он.

– Я не слежу за тем, кто к кому ходит.

Он помолчал немного, испытующе на меня глядя, а потом сказал:

– В нашей Академии существуют определенные правила, касающиеся взаимоотношений со студентами, так что у преподавателя, что собрался на вас жениться, могут быть неприятности.

– Он не с этого факультета. Да и потом, как женится, я сразу же отчислюсь, – честно ответила я и, не удержавшись, ехидно добавила: – А у преподавателей, которые с аспирантами встречаются, неприятностей не бывает?

– Не бывает, – усмехнулся он. – Да и во всяком правиле есть исключения. Для ректора, к примеру.

Бедный ректор, он еще не знает, что скоро лично его ждет еще одно исключение – Элена была твердо намерена заполучить себе именно его.

За его спиной неожиданно появился Кихано, выглядевший несколько смущенным. Не знаю, что он от меня хотел, но мне было что ему сказать.

– Доброе утро, фьорд Кихано, вы что-то хотели?

– Да уж, фьорда Берлисенсис, – заметил Кудзимоси, – вам скоро на дверь табличку вешать надо будет с указанием приемных часов. Надеюсь, этот здесь на законных основаниях?