Уланфу смутился.
— Не совсем, — сказал он с явной неохотой. — Обратите внимание, справа от нас новейшее предприятие по производству роботов. Здесь нет ни одного человека, они сами выполняют всю работу — от конструирования до упаковки продукции. Единственное, что им требуется, — заказ с указанием назначения и основных параметров будущего изделия.
— Любопытно, — отозвался Тропинин, кидая взгляд на элегантное сооружение из стекла и бетона.
— А слева можно видеть пригородный парк.
Тропинин не позволил себя отвлечь.
— Скажите, Уланфу, что вы подразумевали, сказав «не совсем»?
— Ну, к сожалению, и у нас существует проблема перевода.
— Вот как? А я простодушно полагал, что вы сконструировали этот замечательный прибор, — он указал на переносной ап, врученный ему сразу по выходе из космолета, — специально для контактов с пришельцами вроде меня.
— Видите ли, синьор, вы затронули вопрос, касающийся принципов нашего общественного устройства, и вам лучше получить информацию на этот счет от более компетентных лиц.
— Вас что-то смущает? — спросил Тропинин, кивая на водителя, не проронившего за всю дорогу ни слова.
— О, ни в коей мере! Чтобы у вас не сложилось ложного впечатления, я могу в общих чертах познакомить вас с устройством гермеситского общества. Но учтите — это будут объяснения дилетанта.
— Неважно, иногда дилетанты предпочтительнее профессионалов. У нас, на Земле, есть даже поговорка: специалист подобен флюсу.
У гермесита округлились глаза.
— Не понимаю.
Тропинин взглянул на него с интересом и пояснил:
— Ну, когда человек углубляется в детали, он порой теряет общую перспективу.
— Ах, так… — протянул Уланфу. — Это, конечно, шутка.
— Да, шутка, но в каждой шутке есть доля правды. Итак?
— Вы сейчас поймете, почему меня поразил ваш скепсис в отношении специалистов. Дело в том, что профессионализм — высший принцип гермеситского общества. — Уланфу посмотрел на Тропинина так, словно тот должен был рухнуть от этого сообщения.
— Доскональное знание своего предмета повсюду в почете, — вежливо возразил Тропинин.
— Не сочтите за похвальбу, но мы сумели достичь совершенства на этом пути.
— Поздравляю, однако и у нас на Земле весьма ценится профессионализм.
— На Гермесе все до единого профессионалы, — торжественно объявил Уланфу.
— В какой-то мере то же самое можно сказать обо всех обществах, достигших высокого уровня развития, — отпарировал Тропинин. Его забавляло это соревнование, а, кроме того, подзуживая собеседника, он надеялся вытянуть из него как можно больше полезных для себя сведений.
— Я вам еще не сообщил самого важного, — сказал Уланфу с видом человека, наносящего сопернику решающий удар. — Специализация у нас достигла столь высокого уровня, что произошло обособление профессиональных языков. Конечно, это породило некоторые неудобства — как я уже сказал, и нам приходится использовать переводные устройства. Но они с лихвой возмещаются грандиозным прогрессом в развитии производительных сил. Впрочем, у вас будет возможность убедиться в этом лично.
Тропинин не смог скрыть своего удивления.
— То есть как, вы хотите сказать, что люди разных профессий вообще перестали понимать друг друга?
— Ну почему же, мы отлично взаимодействуем при помощи автоматического переводчика. Причем если вас снабдили переносной моделью, то каждому гермеситу миниатюрный ап вшивается в годовалом возрасте под ключицу, и мы можем включать и выключать его соответствующим мозговым импульсом. Так что хлопот с ним никаких, мы просто забываем о его существовании. Что касается вашего апа, то в него введена дополнительная программа, рассчитанная на перевод с любого земного языка.
Тропинин хотел было продолжить свои расспросы, но передумал. В таких ситуациях не следовало проявлять поспешности и настораживать хозяев. Нет сомнений, что Уланфу скрупулезно доложит все, что им говорилось, да и в экомобиле, как ему назвали их экипаж, наверняка имеется записывающее устройство. Поразительно: профессиональные языки! Конечно, у специалистов повсюду своя терминология, свой жаргон, понятный только посвященным. Но ведь, кроме производственных интересов, есть сфера быта, личной и общественной жизни, просто человеческих коммуникаций, символика которой едина для всех. Наконец, должно же у них быть искусство, или и его ухитрились разобрать по профессиям: математики слушают алгебраические фуги, биологи читают генетические романы, а химики смотрят на театре периодическую систему Менделеева.
Тропинин улыбнулся. Искоса наблюдавший за ним Уланфу принял это на свой счет.
— Вы не верите, что гермеситы легко общаются между собой? Уверяю вас, между кланами нет никаких перегородок и они прекрасно сотрудничают.
— Какими кланами? — спросил Тропинин. Еще новость! Поистине на Гермесе скучать ему не придется.
— Разумеется, профессиональными.
— Так у вас есть еще и кланы?
— Это логический результат доведенной до совершенства специализации. Знаете, логика, особенно математическая, жесткая вещь. Если вы довели значения левой части уравнения до бесконечности, то вам по неизбежности приходится искать аналогичное выражение для правой.
— Иначе говоря, абсолютный профессионализм в труде и культуре равняется кланам в социальном устройстве?
— Вот именно! — сказал Уланфу с энтузиазмом.
— Интересно, очень интересно. — Тропинин решил сменить тактику: комплименты развязывают языки не хуже, чем скепсис. — И какие же у вас сложились кланы?
— Их насчитывается девять: маты, физы, химы, билы, филы, исты, агры, техн.
— Вы назвали восемь, — сказал Тропинин, загибавший пальцы.
— Разве? Что же я упустил… исты были?
— Были.
Уланфу начал пересчитывать заново, бормоча названия себе под нос.
— Ах да, я забыл юров.
— Это, очевидно, юридический клан?
Уланфу кивнул.
— А билы, несомненно, биологи?
— Да, как видите, названия легко расшифровываются.
— Но, честно говоря, я не нахожу в вашем перечне некоторых важных родов деятельности.
— Пусть это вас не смущает, синьор. Речь ведь идет об основных кланах, в их составе немало различных подкланов, объединяющих специалистов в отдельных сферах.
— И у них также свои языки?
— Этого нельзя сказать, скорее диалекты, нечто вроде местных наречий, не мешающих им общаться без помощи апов… Специализация не зашла настолько далеко, — добавил Уланфу, как показалось Тропинину, с известным сожалением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
