Читаем без скачивания Город падших ангелов - Кассандра Клэр

– Бедный, – ответил Джейс. – Остальные тебя жутко разочаруют.

Закатив глаза, Кайл удалился к себе спальню и хлопнул дверью.

Саймон посмотрел на Джейса:

– Ты ведь не собираешься назад в Институт?

Джейс покачал головой:

– За тобой нужен глаз да глаз. Вдруг опять совершат покушение.

– Ты от Клэри бегаешь, как от пламени адского, – вставая, заметил Саймон. – Домой вообще собираешься?

Посмотрев на него, Джейс спросил в ответ:

– А ты?

Взяв на кухне веник, Саймон собрал осколки бутылки – последней! – и выбросил их в мусорное ведро. Затем, не обращая внимания на Джейса, ушел к себе в спальню. Скинул куртку, ботинки и рухнул на матрас.

Следом вошел Джейс. Вздернув светлые брови и надев маску любопытства, он заметил:

– Клевое местечко! Сплошной минимализм, мне нравится.

Повернувшись на бок, Саймон возмущенно уставился на него:

– Только не говори, что останешься у меня в спальне!

Усевшись на подоконнике и посмотрев на Саймона сверху вниз, Джейс спросил:

– Телохранитель тебе не нужен?

– Неужто я тебе настолько нравлюсь? Или ты действуешь по принципу: друзей держи при себе, а врагов еще ближе?

– Я слышал другую версию: держи друзей при себе – они ведут машину, когда ты ночью залазишь во двор к врагу и блюешь в его почтовый ящик.

– Не мой вариант. Твои попытки защитить меня больше пугают, чем трогают. Я в порядке. Ты же сам видел, что случается с теми, кто пытается мне навредить.

– Видел. В конце концов враг узнает о Каиновой печати. Ему останется либо сдаться, либо найти обходной путь. – Джейс прислонился к оконной раме. – Я здесь на случай, если осуществится второй возможный сценарий.

Как ни злился Саймон, брешей в аргументах Джейса найти он не смог. По крайней мере больших и основательных. Вампир лег на живот, зарылся лицом в руки и через несколько минут заснул.

Он шел по пустыне, через горячие пески, устланные крошащимися костями. Еще никогда ему не хотелось пить так сильно. Сглотнув, он ощутил, будто в рот набился песок, а в горле сечет лезвиями.

Завибрировал телефон, и Саймон пробудился. Сонно схватил куртку, но к тому времени, как он извлек телефон из кармана, звонить уже перестали.

Саймон просмотрел список непринятых: Люк.

Вот гадство. По ходу, мама потеряла Саймона и звонила домой Клэри.

Саймон сел. Спросонья он не сразу вспомнил, что, засыпая, был в комнате не один.

Джейс так и сидел на окне: уснув, он привалился головой к стеклу. В бледно-розовом свете зари он выглядел совсем юным, без своей извечной саркастической ухмылки на губах. Саймон почти сумел разглядеть в нем то, что, наверное, видела Клэри.

Н-да, телохранитель из Джейса не ахти какой. Впрочем, это-то Саймон понял сразу.

Не первый раз он задумался: что же такое творится в отношениях между Клэри и Джейсом?!

Снова зазвонил телефон, и Саймон метнулся в гостиную, чтобы ответить, пока Люка не перебросило на автоответчик.

– Люк?

– Прости, что разбудил, Саймон. – Люк, как всегда, вежливый и учтивый.

– Да я уже проснулся, – соврал Саймон.

– Через полчаса ты нужен мне в Вашингтон-сквер-парк. Встретимся у фонтана.

– Что-нибудь случилось? – насторожился Саймон. – С Клэри все хорошо?

– Хорошо, хорошо, дело не в ней. – В трубке послышалось механическое рычание. Должно быть, Люк завел мотор. – Встречаемся в парке, понял? Только ты и я, наедине.

Он отключился.

Услышав, как пикап Люка выруливает на подъездную дорожку, Клэри проснулась. Сев на кровати, она поморщилась: оказывается, ночью цепочка запуталась в волосах. Сняв ее через голову, Клэри принялась вытягивать серебряные звенья из спутанных локонов.

Закончив, она уронила кольцо на ладонь. Украшенное оттиском в виде звезд, оно игриво посверкивало. Клэри вспомнила, как Джейс оставил ей это кольцо: вложил в записку перед тем, как отправиться в погоню за Джонатаном. В письме говорилось:

Как бы дорого ни было для меня это кольцо, я могу его бросить. Не могу я бросить тебя, однако выбирать не мне. Перстень же от сердца отрываю сам.

С той ночи не прошло и двух месяцев. Клэри была настолько уверена в любви Джейса, что даже королева Благословенного двора не сумела ее смутить – не нашла соблазна. У Клэри есть Джейс – так чего еще желать?

А может, у тебя никого никогда и не было? Неважно, как сильно ты кого-то любила, он ускользал от тебя, как вода сквозь пальцы? Теперь понятно, откуда образ разбитого сердца. Собственное сердце Клэри напоминало мешочек осколков, каждый из которых больно впивается в грудь.

«Ты не представляла себе жизни без Джейса?» – спрашивала королева.

Тут зазвонил домашний телефон. Слава богу, хоть что-то отвлекло от жалости к себе. Наверное, это Джейс – не может дозвониться на сотовый. Отложив кольцо на ночной столик, Клэри сняла трубку с базы и уже хотела поздороваться, как вдруг услышала голос Джослин.

– Алло? – произнесла мать, слишком бодро и напряженно для столь раннего часа.

Голос собеседника звучал незнакомо, с акцентом.

– Это Катарина из больницы «Бет-Израиль». Мне бы Джослин.

Клэри замерла. Из больницы? Что-то случилось? С Люком? Он уезжал так быстро…

– Это я, Джослин, – ответила мать без испуга. Видимо, ждала звонка. – Спасибо, что так скоро перезвонили.

– Не стоит. Я только рада была узнать, что вы очнулись. Не часто люди отходят от заклятия Забвения столь быстро. – Все верно, Джослин в коматозном состоянии поступила в больницу «Бет-Израиль», когда, не желая помогать Валентину, приняла колдовское зелье. – К тому же друг Магнуса Бейна – мой друг.

– У вас нет вопросов? – напряженно спросила Джослин. – Понятно, насчет чего я звонила?

– Вы хотели узнать о ребенке, – ответила женщина на том конце провода. Надо бы положить трубку, но Клэри не смогла себя пересилить. Что за ребенок? В чем дело? – О сироте.

– Д-да, – чуть запинаясь, подтвердила Джослин. – Я подумала…

– Мне жаль, но ребенок умер. Прошлой ночью.

Какое-то время Джослин молчала. Клэри даже отсюда ощутила потрясение матери.

– Умер? Как?!

– Я сама поразилась. Пришел священник крестить дитя, и…

– Господи, – дрожащим голосом перебила ее Джослин. – Можно… прийти и взглянуть на тело?

Выдержав долгую паузу, медсестра наконец сказала:

– Не уверена. Тело в морге, ожидает перевозки в офис коронера.

– Катарина, по-моему, я знаю, что стало с ребенком, – едва слышно произнесла Джослин. – Если догадка подтвердится, мы сумеем предотвратить подобное в будущем.

– Джослин…

– Я еду, – сказала мать и повесила трубку.

Сама Клэри еще некоторое время тупо смотрела на трубку у себя в руке. Поставила ее на базу и выбралась из кровати. Причесалась, влезла в джинсы и как раз успела выйти из спальни, чтобы застать Джослин в гостиной. Оторвавшись от написания записки, мама виновато взглянула на дочь:

– Мне по делам надо. В последний момент всплыли кое-какие дела насчет свадьбы…

– Вот только не надо врать, – в лоб заявила Клэри. – Я слышала разговор по телефону и знаю, куда ты намылилась.

Побледнев, Джослин медленно отложила ручку:

– Клэри…

– Хватит меня опекать. Люк тоже не в курсе, что ты звонила в больницу?

Джослин нервно откинула со лба волосы:

– Не хотела его зря беспокоить. И без того свадебных хлопот выше крыши…

– Про свадьбу ты верно заметила. Про вашу свадьбу. Вы женитесь! Пора бы довериться Люку полностью. И мне тоже.

– Тебе я доверяю, – тихо произнесла Джослин.

– То есть ты не против, если я вместе с тобой отправлюсь в больницу?

– Клэри, по-моему…

– Знаю я, что там по-твоему. Боишься, будто с тем ребенком случилось то же, что и с Себастьяном… Джонатаном. Кто-то ставит на детях те же опыты, что и на моем брате?

– Валентин мертв, – чуть дрогнувшим голосом напомнила Джослин. – Правда, есть другие члены Круга, которых так и не призвали к ответу.

Да и тело Себастьяна не нашли. Клэри очень не любила напоминать себе об этом. К тому же Изабель точно видела, как Джейс вонзил кинжал в спину Джонатану и тот совершенно определенно умер от раны. Изабель даже вошла в воду и проверила пульс: сердце Джонатана не билось.

– Мам, он был моим братом. Я имею право поехать с тобой.

Джослин очень медленно кивнула:

– Хорошо, я согласна. – Потянувшись за висящей у двери сумкой, она предупредила: – Только надень куртку. В прогнозе обещали дождь.

В столь ранний час народу в парке было немного. Прозрачный холодный воздух, листья плотным лоскутным ковром устилают мостовую: красные, золотые, темно-зеленые… Саймон пинал их, проходя под каменной аркой в северной оконечности сквера.

Несколько бомжей спали на скамейках, завернувшись в спальные мешки или протертые пледы, уборщики в зеленой форме опустошали мусорные корзины, продавец выпечки шел через парк, толкая перед собой тележку с пончиками, нарезанными багелями и кофе. Люк – в зеленой ветровке на «молнии» – ждал у круглой чаши каменного фонтана. Увидев Саймона, он помахал рукой.