К примеру, слепой азиат в фильме машет мечом и стреляет на слух, сражаясь за сторонников федерализации, что всё-таки намекает на антитрамповский подход в сценарной части. В довершение, на имперскую базу сторонники федерации высаживаются, стреляют и идут на таран в условиях радимолчания — практически как войска микадо на Перл-Харбор. Усиливает эффект общего "антиамериканизма" фильма то, что погромщики хотят стырить секрет установки повышенной мощности, способной разрушать планеты. По аналогии — зритель должен сочувствовать тем, кто крадёт секреты атомной бомбы.
Но, может быть, эти намёки — простая, как две копейки, реакция на новые экономические обстоятельства. Ведь все хотят проникнуть на азиатские рынки, поэтому мастера кунг-фу должны присутствовать и быть "за хороших". А вот то, что повстанцы крадут именно программу, практически как "русские хакеры", намекает на то, что деньги Обама перевести всё-таки забыл. Поэтому и пустыню, где размещается одна из частей "умеренной вооружённой оппозиции", Империя разносит в хлам без всякого сожаления. "Всё равно учения запланированы, бюджет не пострадает". Про то, что влюблённый перевоспитавшийся "капитан повстанческого отряда" ходит в стилизованной "аляске", даже и вспоминать незачем.
Из-за отсутствия Йоды в "Изгое" диалоги (и без того не блещущие) стали совсем эфемерными, а необходимость приспосабливаться к тому, что снято, (оставаясь в матрице снятого) — перегружает сюжет. Но зато все бегают быстрее и спецэффекты лучше. Мечом орудует один Дарт Вейдер, что тоже правильно. Вон какие небоскрёбы понастроил, какие пакости ему свои и чужие подонки строили, — имеет право немножко побуянить. И за это не то что прощается, но даже встречается аплодисментами двухсекундное появление Принцессы Леи с косой Юлии Тимошенко. Не только в Америке выборы предстоят.
Русский оптимизм
Вася Ложкин, Андрей Смирнов, Сергей Угольников
22 декабря 2016 0 откровения Васи Ложкина
27 декабря в Центральном доме художника (Крымский вал, 10, проезд — ст. м. "Октябрьская", "Парк культуры") открывается новая выставка Васи Ложкина "Живы будем — не помрём", которая продлится до 15 января.
"ЗАВТРА". Какая это по счёту выставка в ЦДХ, почему именно дом художника стал твоей излюбленной площадкой, в чём особенность новой выставки, и почему она так называется?
Вася ЛОЖКИН. Это четвёртая персональная выставка, была ещё парочка коллективных. Я бы назвал её отчётом о проделанной работе. Особенность выставки простая: другие картины будут, новые. Ну, и представлю новую книгу-каталог. Третью по счёту. Она, как и выставка, называется "Живы будем — не помрём". Мне кажется, эта поговорка — очень наша, русская. Нас не пугают трудности и опасности, хотя со всех сторон любят кричать, что скоро всё сломается, взорвётся, мы помрём от голода, или земля налетит на небесную ось. Короче говоря, такой русский оптимизм. А ЦДХ выбран потому, что сейчас это самая удобная, самая посещаемая площадка. Туда ходят люди. Выставка для людей.
"ЗАВТРА". Есть художники, для которых сама экспозиция принципиальна и концептуальна — как, что, где висит. Работает ли это в твоём случае?
Вася ЛОЖКИН. Конечно, это важно! Правильно выстроить экспозицию — очень непростая задача, но это необходимо, чтобы было гармонично, чтобы зрителю было удобно и приятно. Потом, там же представлены серии картин, перетекающие одна в другую. Нужно это, важно.
"ЗАВТРА". Ты — самый известный художник Рунета. Очень часто люди, которые выставляют свои работы через соцсети, в ответ на предложения-вопросы о выставке отвечают, что выставка здесь, в блоге, и проходит — лучше быть не может. Но ты всё-таки пошёл на этот классический вариант. Почему, особенно учитывая, что ты любишь скромничать и говорить: "Я — не художник"?
Вася ЛОЖКИН. Выставка — это возможность посмотреть на картины "живьём", они всё же отличаются от того, как выглядят на фотографиях. К тому же на выставки приходят не только пользователи соцсетей. Опять-таки книгу представить публике, ну и с людьми пообщаться
"ЗАВТРА". Находясь в пространстве современного искусства, хочешь-не хочешь, а слышишь умные слова: "нарратив", "деконструкция" или "Делёз". Научился в них разбираться или всё так же манкируешь?
Вася ЛОЖКИН. Честно сказать, я не знаю смысла ни одного из этих слов, такой я неотёсанный деревенщина. Да и нахожусь ли я в пространстве современного искусства?
"ЗАВТРА". Раньше тебя упрекали в русофобии, потом — что ты "против Путина", а в чём сейчас чаще?
Вася ЛОЖКИН. Сейчас — в основном, что "за Путина", "ватник", "колорад", "крымнашист", "продался" и всё такое. Ну, это от "небратьев" и политически озабоченных граждан. От нормальных людей — упрёки в том, что рисовать не умею. Часто справедливые. От одной женщины (разумеется, из эмигрантов) услышал упрёк, что позорю еврейский народ. Не знал, что ответить, ибо никаким боком к этому чудесному народу не отношусь.
"ЗАВТРА". Когда в мастерской слушаешь музыку, она влияет на создание картины или просто проходит ритмическим фоном?
Вася ЛОЖКИН. Когда как. Вернее так: на создание картины музыка не влияет. Просто включаю ту или иную музыку, в зависимости от того, что рисую. В основном, это Егор Летов и Леонид Фёдоров.
"ЗАВТРА". Что больше подходит к настроению картин — условно: Челябинск или Севастополь? Куда бы ты ещё поехал с выставками — и в планах, и в мечтах?
Вася ЛОЖКИН. Честно говоря, в планах и там, и там. И на Урале, и в Крыму. На Урале сделать проще. В Крыму хотели прошлым летом — не нашли подходящего выставочного зала, и много всяких технических сложностей. Но в будущем сделаем. Наверное, не в Севастополе, а в Ялте. Но сложно сказать. Желание есть. А в мечтах — я бы никуда не поехал, мне дома хорошо, зачем ехать?
"ЗАВТРА". Недавно ты совершил редкий в наши дни жест и переехал жить из Подмосковья в Ярославль. Не было ощущения, что твой сказочный Кобылозадовск привязан к Подмосковью, и что-то с переездом потеряется? Почему именно Ярославль, появились ли какие-то темы, сюжеты, связанные с городом?
Вася ЛОЖКИН. В Ярославле народ поспокойнее, это и плюс, и минус одновременно. Но жить здесь лучше. Во всяком случае, мне больше нравится. И потом, я же не в Америку уехал, не на другую планету. Тут все свои. Среда обитания та же самая. Здесь, мне кажется, красивее. Волга… Я и живу, и работаю в Заволжском районе. Для некоторых земляков это конец географии, для таких, как я, — идеальное место. Хотя центр в Ярославле очень красив, особенно летом и осенью. Тут здорово, чего уж там. Можно долго рассказывать. А сюжеты картин не связаны с местом, они внутри рождаются. Это же всё не про то, что вокруг, а про то, что в глубине, за горизонтом событий…"
].
Белый кот на воеводстве
Татьяна Воеводина
22 декабря 2016 0
В Москве, а нынче, куда ни глянь, — всё Москва, аж до Калужской области — так вот в Москве, при всей нашей продвинутости и отчасти даже гламурности, живём мы по-деревенски. Что не удивительно: из деревни мы уехали, а в головах деревня осталась. Это не в обиду: деревня ничем не хуже города, а во многом и лучше, я лично вообще при первой возможности из города уехала. Просто у городского и деревенского быта — свои законы. И смешение их приводит к большим неудобствам.
Что я имею в виду? А вот что. Мы страстно привязаны к родному… чему? Огороду? — да нет — к родной клеточке в бетонной многоэтажке. Став жителями необозримого мегаполиса, мы во многом остались селянами, может быть, хуторянами, сердцем прикипевшими к малой родине — Свиблову или Речному вокзалу.
Мы, жители мегаполиса, очень редко меняем жильё. Только по крайней необходимости или при значительном повышении социального уровня. Ну а обычный, средний человек проживает всю жизнь в одной квартире. Моя свекровь лет пятьдесят живёт в своей квартире.
Переехать поближе к работе? Очень редкое решение. Или такая конструкция: свою собственную квартиру сдать в аренду, а другое жильё, более подходящее по месту, — снять. В Италии я не раз сталкивалась с таким поведением, хотя итальянцы вообще-то весьма привязаны к своей малой родине. У них даже словцо есть — campanilismo — привязанность к родной колокольне. У нас скорее работу будут искать поближе к дому, а если работа нерядовая и ценная — ну что ж, будут ездить через весь город.
Эти ежедневные поездки вносят большой вклад в городские пробки. Я уж не говорю о страшной усталости, которую испытывает человек, проведя час-полтора в городской толчее.
