Обороняющейся группе дали полчаса на подготовку.
— Ну что, как будем действовать? — поинтересовался Иванов, когда у нас начался внутренний инструктаж. Та неприязнь и некоторое чувство соперничества, что появились в самом начале нашего обучения, уже давно стерлись. Не было грани, вроде я прапорщик, ты сержант. Не было грани срочник — сверхсрочник. Мы одно подразделение, одно целое. Одна боеспособная единица. Нас учили быть одним целым, акцент делался на то, что внутри группы конфликтов быть не должно в принципе.
И все равно, мы были молодыми парнями, которых только направили в жесткое русло. Шести месяцев мало, нужно больше времени. Год, не меньше.
— Нужно учитывать потенциал противника, их сильные стороны! — хмыкнул Дима, глядя на строение. — Думать, как они!
Конечно же, в первую очередь опасаться стоило приемов Корнеева, который непременно попытается заминировать те места, откуда попасть в здание проще всего. Для этого будут использоваться запалы для гранат. Он же мог быть еще и снайпером, если подберут оружие, но это вряд ли. Слишком круто.
— Идти в лоб нельзя, нужно подходить к вопросу творчески! — заметил я, анализируя вводные данные. — Скорее всего, все второстепенные проходы будут заминированы, ведь не зря им дали полчаса на подготовку. Плана здания у нас нет, но зато есть хороший визуальный контакт. Погода не мешает. Ветра мало. Наверняка есть другие подходы, возможно канализация, подвал или что-то в этом роде.
Трехэтажное здание, с деревянной пристройкой на последнем этаже было хорошо укреплено. Именно наверху я видел нашего Кэпа, судя по всему, с биноклем в руках. К гадалке не ходи, он думал о том же, о чем и я — где у них уязвимая точка⁈ Задача не переть в лоб, а попытаться перехитрить условного противника.
Само здание небольшое, хоть и трехэтажное. Окна первого этажа были завалены мешками с песком, деревянная дверь открыта. На втором этаже имелись балконы, широкие проходы. Наверняка с тыльной стороны здания имелся и запасной вход, возможно, была и пожарная лестница. По условиям задания, осмотр территории мы провести не могли. Оставалось только ждать и анализировать то, что было видно с фасада.
Минут двадцать я размышлял над тем, как же нам попасть внутрь. Исходили из того, что в нашем распоряжении была только одна дымовая шашка и четыре пистолета. Для рукопашного боя использовались резиновые ножи. Вот и все.
— В общем так… Предлагаю устроить отвлекающий маневр! — произнес я, когда до конца «форы» осталось всего пять минут.
— В смысле? Как именно?
— Урду, Дима… Вы, максимально быстро, со стрельбой и дымом направитесь по левому флангу. Доберетесь до дома, попробуете устроить шум у окна. Задача простая, заставить думать остальных так, что мы пошли на штурм именно оттуда. Они будут вынуждены сменить тактику, начать перемещаться. Это понятно?
Иванов кивнул.
А Хорев спросил:
— А мне что делать?
— Пойдешь с центра, займешь позицию в нескольких метрах от входа. Там как раз есть двухместный окоп. Возьми мой бушлат и каску. Дым от шашки разнесет ветром, это даст тебе возможность разместить макет на позиции. Собьем их с толку. Сверху будет казаться, что вас там двое.
Урду усмехнулся — он уже раскусил мой план.
— А ты, получается, пойдешь с правого фланга?
— Именно так. Я заметил там канаву, по которой можно ползком пробраться почти до самого дома. Те ограждения справа, скроют меня от посторонних глаз. Главное, вам пошуметь хорошо. Как только я проникну в дом и подниму там шум, сразу же штурмуйте со всех сторон. Все понятно?
— Вполне!
Мой план был прост и гениален. Вот только были и определенные сомнения по поводу капитана Игнатьева, его таким «макаром» провести сложно. Он ведь понимает, что я не стану действовать прямолинейно. Конечно, тут можно сыграть от ворот и всем ломануться через центр, но тогда мы нарвемся на остальных, которые со всех сторон угостят нас резиновыми пулями. Нужно действовать хитро, коварно, неожиданно.
Этот момент хорошо понимал только я. И, зная нашего Кэпа, было ясно что, скорее всего, и он ждет чего-то подобного, в то время как остальные просто будут действовать так, как учили на занятиях.
Время подготовки прошло. Я намеренно показался во весь рост слева, а затем скрылся, и так, чтобы меня не видели из дома, быстро скинул бушлат и шлем, передал их Хореву. Затем, пригнувшись, бегом устремился к правому флангу. Одновременно, Самарин и Иванов сместились на левый фланг, но также старались сильно не высовываться. За нами, конечно же, наблюдали.
Добравшись до правого фланга, я скрытно занял наблюдательную позицию. Увидел, что кто-то из команды противника был на крыше. Скорее всего, это и был Шут. А может и нет, на таком расстоянии сложно понять. Само собой, у них оружие было точно таким же, никаких снайперских винтовок или автоматов. Только пистолеты с резиновыми пулями. Еще одного противника я заметил в окнах второго этажа. Где были двое других, оставалось только догадываться.
Дом не сильно большой, квадратов на двести пятьдесят, может чуть больше.
Когда взлетела сигнальная ракета, операция началась. Димка и Кирилл швырнули в центр участка дымовую шашку, а как только дым заполонил часть участка перед домом, шустро рванули вперед, стреляя прямо на ходу по окнам второго этажа. Следом по центру бросился медик, таща свернутый валиком бушлат и замотанную в него каску. Из дома тоже открыли огонь, но исключительно по первой группе.
А я, максимально вжавшись в землю, пополз по канаве.
Конец февраля, на улице еще достаточно холодно. В районе плюс семи-восьми градусов. Сезон дождей почти закончился, несмотря на то, что влаги последнее время было немного. И все равно, без грязи никак.
Что происходило перед домом, я не видел. Гремела одиночная стрельба. У каждого было по два магазина на восемь патронов. Один в самом пистолете, второй запасной. До меня донесся характерный запах дыма — его ни с чем не спутаешь.
Я полз и полз, одновременно анализируя обстановку — в этой части видимого противника я не видел. Добрался до стен дома минуты за две с половиной. Весь перемазался в грязи, но тут уж ничего не поделаешь. С правого фланга ни дверей, ни окон не было. Был только пролом в кирпичной стене, но туда я даже соваться не стал — все было очевидно. Пол завален досками — встань на одну из них, сработает взрыватель. Легкого хлопка будет достаточно для того, чтобы я понял — подорвался на самодельном взрывном устройстве. Притаился у дыры, прислушался — внутри тишина. Прошмыгнул мимо, обошел дом с тыльной стороны. Сразу же увидел пожарную лестницу, ведущую на второй этаж. Там было тихо, но я был абсолютно уверен, что именно там меня и ждут.
Двинулся дальше, наткнулся на вход в подвал. Двери из досок с широкими щелями прикрыты, но с той стороны на ручках что-то висело — скорее всего, Шут постарался. Коварный, гад. Но ни он, ни Кэп, не могли предусмотреть всего и вся. Это факт, человеческий фактор.
Я вернулся обратно, вновь прошмыгнул мимо пролома — с той стороны послышался звук торопливых шагов. Кто-то бросился вверх по лестнице. Я двинулся к лицевой стороне дома, откуда шел штурм. Увидел, что Хорева уже условно ликвидировали. Самарина тоже. Лишь Урду окопался где-то в окопе между строительных материалов.
Я ухватился за мешок с песком, что лежал в ближайшем окне, стащил его. Ловко перевалился через подоконник. Тут же определил, что в комнате противника нет.
Стараясь не шуметь, я стащил с себя ботинки. Оставшись в одних носках, двинулся вперед. Едва пересек тамбур, как увидел спину Смирнова в крайней комнате. Тот резко обернулся, словно почувствовал чужой взгляд на спине. Но мой пистолет уже был наведен на цель. Один выстрел — готов! Я успел увидеть сморщенное от боли лицо Женьки — пуля попала точно в грудь. Тот поднял обе руки вверх и просто опустился на бетонный пол.
Я снова осмотрелся, прислушался.
Быстро пзабежал на лестницу второго этажа, выглянул на площадку верхнего пролета — внезапно оттуда с грохотом и лязганьем покатилась пустая железная бочка. Ага, догадались, что я проник в дом и нахожусь на первом этаже.
