что я не знаю этих людей, очень глупо. Нужно держать марку.
– Церковь. Там прекрасный фруктовый сад.
А пока я подумаю, как вам обеспечить уютное жильё ниже уровня земли. Знать бы, кому вы это сообщили? Если это официальные власти, то дело труба. Кто бы что не думал, но там не одни дураки и толстые тупые поедатели пончиков сидят. Хотя, последнии во многих планетарных магистратах любят. Они вкусные и сытные.
– Хорошо, – не моргнув взглядом кивнул Вальдо. – Часа через три. Да, мой спутник подошел.
Открылась дверь, впуская в помещение фигуру в плаще. Откинув капюшон на спину, молодая светловолосая девушка посмотрела в центр зеркала. Меня они конечно не видели. Я благоразумно в сторону отсел.
Кого-то она мне напоминает внешне? Но готов поспорить, что вижу её впервые в жизни.
Блондинка поклонилась, позволив плащу распахнуться и явить на свет рукоять меча и элементы лёгкой бронезащиты на груди, кожаной юбке из лент, брюках и высоких сапогах. Но больше всего меня привлёк медальон на её груди. Привязанная к столбу фигура в хламиде и сложенный в ногах горящий костёр – знак Священной Инквизиции. Хана мне.
– От лица Святой Церкви Человечества я, Ровена Агилар, паладин боевого крыла Священной Инквизиции, приветствую вас, – девушка завершила поклон и смотрела перед собой. Невольно я сместился и посмотрел ей в лицо. Не похожа она на кровожадного фанатика. Но это на первый взгляд.
И тут Ровена Агилар добила меня сильнее своего спутника:
– Мы хотим предложить вам контракт. Вы лучший. И я заверяю, что наша оплата вам будет щедрой, мастер-ассасин Сур Харслик, – произнесла девушка.
Я вздрогнул и застыл на месте. Не каждый день незнакомцы, да ещё и люди из самой отбитой организации, называют тебя полным именем. Особенно, если за эти годы ты сам его почти забыл. Да кто вы такие?
– И это плата вовсе не в том, что делу об убийстве бароном Блюмом соперника на дуэли не дадут ход. Нет, это будет награда именно вам. Поэтому до того, как мы встретимся в храме божьем, я прошу вас посетить вашего друга в нижнем квартале. Вы всё поймете на месте. Только захватите перевязочный пакет.
Ещё раз поклонившись, парочка инквизиторов покинула свою комнату. Я же дрожал, будто от холода. Давненько меня в шок не вгоняли. Вот и поговорили.
Потом я вспомнил намёк про Гулара и необходимость перевязки ран. Сердце ёкнуло, а потому я стремглав бросился из кабинета.
Если вы решили так поиграть, то молитесь своему богу, гниды. Может я и конченный гад, но друзей не предаю и не бросаю. Тут вы меня верно просчитали. Поэтому только троньте их и узнаете, что такое гребаный ад.
* * *
Меньше получаса мне потребовалось для того, чтобы из клуба добраться до западной окраины Нижнего Города. Хоть он и небольшой, но сейчас день. Прятаться тяжелее, а обитателей Подполья здесь не любят.
Наконец я добегаю до знакомой крышы, убираю панель и осторожно ныряю вниз. Первое, что бросается на глаза, так это сидящий за столом двар. Его бандана вся в крови.
Едва сдерживаюсь, чтобы не броситься сразу к другу. Вдруг та блондинистая тварь оставила здесь ловушки? Но вскоре, оглядев помещение, вижу, что всё чисто.
– Гулар, – прыгаю с потолка к другу и трогаю его за плечо. – Ты как? Что здесь произошло, старый алкаш?
Стараюсь язвить, но голос дрожит. Почти всех дорогих мне разумных я раньше уже потерял.
– Привет, Слик, – улыбается двар, а на глазах его слезы. – Да пришла какая-то белобрысая девица и вырубила меня из электропистолета. Просыпаюсь, а всё тело горит. Вколола она мне что-то. Вон шприц остался.
Палец двара указал на пустой инъектор на столе. Яд, сыворотка правды, отсроченный яд, что там? Всё это проносится в моей голове.
– Ты знаешь, что там было? Как ты себя чувствуешь, приятель?
– Ты знаешь, Слик, но чувствую я себя хорошо. Вот что было в шприце – хороший вопрос. Тебя это, как я теперь понимаю, особенно касается
– Что ты имеешь в виду, старый? И откуда кровь?
Гулар задумался, а потом подтянул к себе плату и небольшой квадрат бронестекла, которые лежали сбоку на столе.
– Хороший вопрос. Голова чешется, но в целом... Слик, а ты знал, что я был инженером с очень развитым даром? Моё кси, зрение двара, могло видеть в металле мельчайшие изъяны. Я мог за несколько сотен метров почуять жилу в глубине земли. И часто очень богатую металлом.
– Гулар, только не говори, что ты умираешь и жизнь перед глазами проносится? Говорил конечно. Да что с тобой?
– В километре от города есть богатая медная жила. Хорошие провода из неё можно сделать. Примесей там мало.А эту плату я бы ещё вчера чинил часа два. Но мне кажется, что проблема вот тут и надо просто перепаять здесь.
Ловко выхватив паяльник, Гулар не глядя ткнул его в точку на плате. Раздалось шипение. После этого двар подсоединил пару проводов от батареи, на схеме зажглись светодиоды. Не понял?
– У бронестекла может быть изъян. Точка напряжения. Если под нужным углом приложить даже небольшое усилие, то оно рассыпется в труху.
Сказав это, Гулар примерился отвёрткой и точно ударил по точке на стеклянном квадрате. Тот пошёл трещинами, а я нервно сглотнул. Догадка о том, что сейчас происходит, у меня была. Но это невозможно!
Гулар тем временем стянул бандану и посмотрел на меня. Знакомый синий свет горел в его глазах. Татуировки не было. Весь узор на макушке двара кровоточил.
И не только кровь там была. Разглядев тусклые синие разводы, разрываю пакет первой помощи и достаю бинт. Промакию им рану и показываю другу. Оба мы отчётливо видим вместе с кровью синие разводы от аксила.
– Значит я не сошёл с ума, – сказал Гулар и посмотрел на меня. – Моё зрение, способность видеть суть предметов... Всё вернулось. Спустя столько лет.
Я молчу не в силах что-то произнести. Гулар тем временем передаёт мне свёрток с надписью "Аванс".
– Мне кажется, что это для тебя.
Дрожащей рукой разрываю пакет. Даже через бумагу чувствую странный холодок. Внутри что-то вроде перчатки. По размеру как раз для ладони гоблина. Как завороженный тянусь к ней. Точнее что-то внутри меня
