ей, как только приедет домой. Борис легко согласился.
Через двадцать минут он отзвонился, заверив, что уже дома. Удостоверившись, что все в порядке, Ася снова вернулась к шитью. Заметно приунывший Пушок лег посреди ковра и оставшиеся полтора часа не сводил с нее взгляда, чем немного нервировала и отвлекал.
Во время составления важного письма очередному партнеру у Аси зазвонил телефон. Девушка мельком глянула и не собиралась отвлекаться, но, увидев, имя ответила.
— Добрый день, Борис, что-то случилось?
— Добрый день, Ася, — голос мужчины снова звучал растерянно и как будто смущенно. — Я тут услышал странную новость…
— Какую?
— Понимаете…
— Борис, простите, я немного занята, если это что-то важное, давайте обсудим сейчас, если не очень, то можно отложить на обед?
— Вы содержанка?
— Вам тоже нужно создать видимость наличия дорогой любовницы? Тогда, конечно, смело можете на меня рассчитывать, но давайте без слов о содержанках, просто дорогая любовница. Давайте в обед или вечером обсудим, какую роль и когда мне нужно будет исполнить. Надеюсь это не сегодня? Мне требуется время на подготовку…
— Нет, нет, не в этом…
— Не сегодня — это хорошо, тогда, если вы не против, обсудим в обеденное время?
— Лучше вечером.
— Договорились, тогда до вечера.
— До вечера.
Ася отложила телефон и с головой нырнула в канцеляризм. Порой это самое лучшее направление в лингвистики, казенные фразы — наше все!
К вечеру этот разговор несколько вылетел у Аси из головы, поэтому первая фраза Бориса прямо у дверей поначалу поставила в тупик:
— Ася, относительно нашего сегодняшнего разговора, я просто хотел внести ясность.
— А каком разговоре речь? А, о том предположении, о содержанке? Когда нужен образ и куда пойдем? И опять таки без подобных громких слов, хорошо? Мои родители этого никак не поймут.
— Нет, нет, я вовсе не об этом, хотя немного не понял ситуацию, — чуть растерянно сказал он.
— Только между нами, хорошо? Помните, мы вчера у подъезда встретили парня? Это он, Роман, я некоторое время назад шила ему гардероб и потом он попросил об одолжении сыграть роль дорогой любовницы перед родителями. Там внутрисемейные разборки, — Ася махнула рукой. — Видимо с этого и пошло. Но если вам тоже нужно, мне не сложно.
— Понимаю, но я хотел уточнить несколько иное, — Борис нервно провел рукой по волосам, потом снова разлохматил прическу и, наконец, сказал. — Ася, а вы не согласитесь стать настоящей содержанкой?
Впервые за долгое время девушка не знала что сказать, она пару раз открыла и закрыла рот, и только после этого нашла слова:
— Вы умудряетесь ставить меня в тупик, Борис. Я даже не знаю, что сказать, а это для меня редкость. Можно узнать, почему вы вообще решили сделать такое предложение? Почему бы не начать встречаться как обычные люди. Хотя, конечно, со мной это не вариант, я не связываюсь с женатыми мужчинами, но тем не менее?
— Ася, вы не так поняли, — Борис снова взлохматил прическу.
Потом видимо, взяв себя в руки, стал серьезным и собранным.
— В каком плане не поняла? Я все прекрасно поняла…
— Да, да, дело в том, что я не женат, а печатка, как мне сказали, совершенно не похожа на обручальное кольцо, она закрывает татуировку.
Он легко снял печатку и показал надпись. Ася не была знатоком латыни, но эту узнала легко:
— Помни о смерти? — удивилась она. — На безымянном пальце? Интересно.
— Глупость в юности, но удалить ее полностью практически не возможно, да и не в этом дело.
Борис нервно переплел пальцы, а потом стал гладить так вовремя подошедшего Пушка.
— Я просто… полагаю, так просто будет удобнее нам обоим!
— Вносить в отношения финансовую сторону? Сильно в этом сомневаюсь, — не удержалась Ася от замечания.
— Да, я понимаю, просто, на мой взгляд, это… проще и надежней… конечно, подобное не обязательства или гарантии, просто… простите, я несу вздор, — резко отрезал он, распрямляясь и снова надевая маску.
— Не скажу, что вздор. Просто очень неожиданно и малопонятно для меня лично, как вы себе это представляете? Деньги за секс? В моем восприятии это скорее проституция…
— Подарки, — прервал ее Борис. — Которые вы просто берете без раздумий и стенаний о стоимости. Знаете, уговорить, чтобы взяли подаренное тобой, порой сложно и вызывает столько нервных минут, что вариация общения на коммерческой основе проще.
— Да, но с моральной стороны это все равно аспект проституции.
— Почему так категорично? — возмутился Борис негромко, но тут же сник. — Это как раз личное восприятие мира, поэтому, когда мне сказали, что вы содержанка…
Он не договорил, Ася тоже растерянно взглянула на собеседника. Вот как на все это реагировать?
— Но если все-таки… — начала девушка и замолчала. — Так никак не содержанка, это раз.
— Я уже понял. Ася, если мы попробуем? А там будет видно, что получится?
— Ладно, но… у меня куча вопросов. Так, сначала выгуливаем Пушка, и попробуем сразу разобраться, вы не против?
— Ничуть.
— Хорошо, значит будите делиться опытом, что нужно делать, я в таких отношения еще не состояла.
— Э…
Привычное красноречие — и снова вернулось волнение, хотя еще пару минут назад Борис полностью владел собой. Любопытный человек.
Выйдя на улицу, Ася обхватила Бориса за локоть, теперь имела полное право, и, прижавшись, сказала, понизив голос:
— Признавайтесь, что делать надо?
— Э… вы о чем?
— Как о чем? О специфике отношение с учетом материальной стороны.
— Ася!
— Что Ася? Должна же я в общих чертах понимать, во что ввязалась?
Борис неожиданно остановился и рассмеялся:
— Ася, вы неподражаемы.
— Кто — я? Ничуть. Вот смотрите, меня интересует несколько конкретных вопросов. Как оно все выглядит? Приходите вы с подарком, и я с маньячным блеском в глазах кидаюсь на вас с неприличными намерениями? Как…
— Ася, — перебил Борис с усмешкой. — Вы уже так реагируете, причем без всяких подарков.
— Кто, я? Когда? — поразилась девушка.
— Каждый раз, когда я прихожу к вам, у вас просто необъяснимое желание раздеть меня и походить рядом с острыми булавками, не замечали?
— Хм… ладно, что-то подобное было, но не в такой степени, как вы говорите. Основной вопрос — как выглядит переход в сексуальные отношения? Формы? Вариации? Активность? Роли? Нетрадиционные виды?
— Ася, вы меня пугаете, — снова засмеялся он.
— Допустим, я утрирую, но суть-то не меняется. Как оно вообще выглядит?
— Обыкновенно, как всегда и у всех… — в голосе Бориса явственно проступал смех.
— Нет, нет, давайте без общих фраз, — продолжала настаивать Ася, тоже улыбаясь.
Как-то необычно легко и весело было обсуждать с ним эту «деликатную» тему.
— Давайте, без общих фраз, — легко согласился
