Читаем без скачивания Клуб адского огня - Питер Страуб

Персонажи с фотографии, лежащей на коленях Дэйви: его дед и великий Хьюго Драйвер, Острин Фейн и Меррик Фейвор, Крили Монк, Джорджина Везеролл, Билли Тайди и погруженная в свои мысли девушка — все они казались ему хорошо знакомыми, словно были его старые школьные товарищи. Он видел их так ясно, что не мог взять в толк, как же он раньше не разглядел на этой фотографии самого важного? Все, что видел он прежде, — это комичная свирепость на лице деда. Но ведь в глаза бросалось главное, что было на снимке, — причина общего дискомфорта.

Фотография стала вдруг словно фильмом — обрела звуковое сопровождение и способность ретроспективного показа кадров и только что не кричала Дэйви о том, что Линкольн Ченсел делал грубые попытки флиртовать с привлекательной девушкой, сидевшей у его ног, а она круто отвергла его, нанеся тем самым удар по самолюбию. Глаза девушки были словно устремлены в себя, Ченсел бесновался, а все остальные на фотографии старались делать вид, что они здесь ни при чем.

«Пэдди, — проговорил Дэйви, — а я ведь ничего о тебе не знаю. Я не знаю, где ты родилась, кто твои родители, в каком колледже ты училась, есть ли у тебя братья и сестры... Ты словно вышла из тумана. Где ты жила до того, как пришла к нам на работу?»

«Во многих местах».

«А родилась?»

«Ты действительно хочешь это знать? Ну, что ж... Родилась я в Амхерсте, штат Массачусетс. Моих родителей зовут Чарльз и Сабина Роланды. Сабина преподает немецкий в средней школе в Амхерсте, а Чарльз Роланд был профессором английского в местном колледже. Я окончила школу дизайна в Род-Айленде. Получила диплом и отправилась в Европу, путешествовала, но в основном жила в Лондоне. Рисовала, брала уроки живописи, а через пару лет вернулась в Америку и жила в Лос-Анджелесе. Там работала дизайнером — сотрудничала с парой небольших издательств и читала все, что могла раздобыть о Хьюго Драйвере. Тогда я и узнала о „Береге“. Чуть позже перебралась в Нью-Йорк и смогла получить работу в „Ченсел-Хаусе“. Я просто пришла в издательство, показала свои работы Роду Клэмпетту, и он принял меня».

«Мне следовало догадаться о твоем дипломе», — сказал Дэйви. Род Клэмпетт, художественный редактор издательства, сам закончил школу дизайна в Род-Айленде и любил брать на работу ее выпускников.

«Тебе не кажется, что все связанное с „Берегом“ словно один большой сюжет, которого никто не видит целиком?»

Дэйви рассмеялся:

«Ну что ж, если ты ищешь сюжет для „романа с негодяем“, то Линкольн Ченсел — именно тот, кто тебе нужен. Уверен, он был жутким негодяем. Это как большая тайна нашей семьи — мы никогда не говорим об этом. На своем пути наверх отец моего отца непременно поражал ударом в спину всех, кто ему встречался, он крал, загребая обеими руками, как только ему представлялась такая возможность, и рвал у судьбы удачу только с помощью насилия...»

Дэйви на мгновение замолчал, к лицу его прилепилась бессмысленная улыбка. Темнота посреди комнаты, казалось, сгущалась. Он опять взглянул на фотографию, лежащую теперь на диване. Линкольн Ченсел смотрел ему в глаза, вгоняя в его душу гнев, неистовство и разочарование.

Прохладным пальцем Пэдди провела по щеке Дэйви, затем встала и протянула ему руку, чтобы провести через комнату.

«Она оскорбила моего деда, как ты думаешь? Эта девушка, которая исчезла...»

«Или твой дед оскорбил ее».

Сделав несколько шагов назад, Пэдди подвела его к рисунку на стене, на котором Повелитель Ночи стоял на страже рядом с черным зевом пещеры, подошла к стене и, вместо того чтобы упереться в нее, прошла насквозь и исчезла в пещере. Дэйви скользнул за ней.

— И это конец истории, — сказал он.

26

— Ну, как же это может быть концом истории? — Нора едва сдерживалась, чтобы не закричать. — А дальше? Что было дальше?

— Об этом мне трудно говорить.

Конечно же, Дэйви не закончил на этом свой рассказ о Пэдди Мэнн.

— Ты помнишь, что мы видели сегодня? Куда ходили?

Нора кивнула, почти испугавшись того, что он скажет дальше.

Но Дэйви не пришел ей на помощь.

— В этом-то все и дело.

— Так ты нашел рукопись? А что случилось с девушкой? О нет! Ты ведь не хочешь сказать, что она была убита.

— Рукопись я так и не нашел. К тому же отец сказал, что решил не издавать комментированное «Ночное путешествие».

— Это наверняка расстроило Пэдди.

Дэйви вновь принялся разглаживать складки покрывала, и Нора повторила попытку разговорить мужа:

— Она была так предана этому проекту.

Дэйви кивнул, опустил глаза и вытянул губы, как делал всегда, когда не по своей воле попадал в неловкую ситуацию.

— Расскажи мне, что случилось дальше.

— Мы провели вместе ту ночь в четверг, когда я привез ей фотографию. В понедельник нам встретиться не удалось, даже в офисе. Я вернулся домой и, нанюхавшись кокаину, проспал два дня подряд. Просто вырубился. А когда очнулся, мне едва хватило времени на то, чтобы принять душ, одеться и примчаться на работу.

— И там Элден сообщил тебе, что не собирается издавать книгу с комментариями. И тебе надо было сообщить эту новость Пэдди.

— Она болталась в коридоре, когда я поднялся на пятнадцатый этаж, словно кто-то сказал ей, что должно случиться. У нас не было времени поговорить, прежде чем я вошел в кабинет отца, и она быстро сказала что-то вроде: «Семь тридцать?». Я кивнул и вошел к папе. Когда вышел, Пэдди по-прежнему стояла под дверью, и я ее «обрадовал» этой новостью. Она не произнесла ни слова. Просто повернулась и ушла. И вот в семь тридцать я пришел к ней домой. Когда я поднялся в квартиру, ее там не было, и я побродил немного один. Я подумал, что она могла заснуть в ванной или что-нибудь в этом роде. Тогда я стал рассматривать ее книги. Представляешь, на полках не было ничего, кроме романов Драйвера. В мягких обложках, в твердых переплетах, на иностранных языках, иллюстрированные издания.

— Что ж в этом странного?

— Погоди. Потом я, конечно, подошел к нарисованному входу в пещеру и заглянул в единственную комнату в квартире Пэдди, где успел побывать. Итак, я вошел в пещеру. И глаза мои вылезли из орбит, а душа ушла в пятки. Прошло, казалось, не меньше ста лет, когда я наконец пришел в себя и понял, что несмотря ни на что не собираюсь падать в обморок. — Он посмотрел на Нору, а Нора на него. Уж очень все это было похоже на обычные фантазии Дэйви. — Картина напоминала бойню. Всюду кровь. Это было так страшно! Я знал наверняка, что невозможно потерять столько крови и остаться в живых, и, стиснув зубы, принялся искать ее тело. Я подошел к другому краю кровати, где широченный кровавый мазок тянулся по полу и поднимался на стену. Меня чуть не вырвало, потому что я был уверен, что вот сейчас увижу ее там. Я даже заглянул под кровать.

— Почему ты не позвонил в полицию? — «И почему я должна верить этому всему? Ведь он описывает комнату Натали».

— Да не знал я, где телефон! Я даже не знал, есть ли там вообще телефон! — Дэйви затравленно оглядел спальню, открывая и закрывая рот, словно пытаясь проглотить последние слова.

— А ты не боялся, что тот, кто это сделал, все еще в квартире?

— Нора, если бы я только подумал об этом, у меня тут же случился бы инфаркт.

— И где ты нашел ее тело?

— Не нашел я его.

— Куда же оно делось? Ведь оно должно было где-то быть.

— Об этом я и говорю, Нора. Никто так и не нашел его. Его там не было.

— Кто-то забрал его?

— Не знаю! — заорал Дэйви. Он прижал ладони к лицу, потом уронил руки.

— Боже мой! Ты хочешь сказать, что все было как с Натали... И точно так же исчезло тело.

Он кивнул.

— Как с Натали...

Нора с усилием пыталась обрести контроль над собой, вернуться в мир, где существует здравый смысл.

— Но ведь между этими событиями не может быть никакой связи, не так ли?

— Думаешь, я знаю?

— Не думаю, что Натали Вейл цитировала тебе Хьюго Драйвера и заставляла искать старые рукописи... — Нора осеклась, вспомнив книги на полке Натали.

— Я тоже не думаю, — произнес Дэйви, по-прежнему не поднимая глаз.

Момент молчания, показавшегося Норе невероятно плотным.

— И что ты сделал, когда понял, что ее нет в комнате?

Дэйви с шумом втянул воздух и посмотрел через плечо.

— Я был слишком напуган, чтобы идти домой, поэтому я побрел в центр города и под вымышленным именем снял номер в отеле. На следующий день ближе к полудню я позвонил Роду Клэмпетту и спросил, не пришла ли Пэдди. Род сказал, что не видел ее весь день и что попросит ее перезвонить мне, как только она появится. Разумеется, она так и не появилась.

— Само собой, в открытую разыскивать ее ты не мог, — сказала Нора. — Прости, Дэйви, но скажи мне ради бога, какой во всем этом смысл?

— Чувствую, мне надо встать и походить немного. Ты не могла бы сварить кофе или что-нибудь в этом роде?

— Я сделаю кофе, только без кофеина, другого нет, — сказала Нора, посмотрев на электронные часы, светившиеся на радио возле кровати. Два часа ночи. Она взяла с банкетки бледно-желтый халатик, накинула его и завязала пояс. Дэйви сидел на кровати, глядя в никуда. На секунду Норе показалось, что она впервые видит этого человека, этого беспомощного, слабого мужчину, для которого жизнь всегда была и будет загадкой. Но вот он поднял на нее глаза, и Нора снова увидела своего мужа, Дэйви Ченсела, который пытался казаться менее расстроенным, чем был на самом деле.