— Я не хочу войны кланов, но пусть Хосок выбирает.
Стоящие за спиной люди главы Пак также поднимают оружие. Мужчина мешкает, набирает по телефону номер, ждёт пару секунд.
— Госпожа Харин на пороге, просит увидеться с главой.
Кивает говорящему, отдаёт приказ впустить, но без сопровождения. Чимин соглашается, взглядом останавливая своих людей.
Переступив через порог дома, Харин вдыхает родной запах, оглядывается: ничего не изменилось.
— Я слушаю Вас, глава Пак.
Она вздрагивает от внезапно появившегося в дверях гостиной Хосока. Он не смотрит на неё, сосредоточен на Чимине, обращается лишь к нему.
— Твоя сестра хотела увидеть тебя.
— Увидела? Прошу покинуть мой дом. Немедленно, — холодным голосом произносит тот, продолжает пронизывать взглядом главу Пак, не скрывая раздражения и пренебрежения.
— Я оставлю вас наедине.
Чимин покидает комнату, бросив мимолетный взгляд на девушку.
Молчание, повисшее в воздухе, заставляет все нутро сжиматься от волнения. Живот скрутился в тугой узел, голос будто застрял в горле. Она чувствует, что находится в ступоре.
— Хосок, прошу… Поговори со мной.
Он продолжает молчать, направляя взгляд сквозь неё, будто ее и не существует.
— Я скучала по тебе, по дому. Прошу, прости меня. Я дорожу тобой, брат, не хочу терять тебя. И себя терять тоже не хочу.
Подходит ближе, тянет к нему руку, однако она так и зависает в воздухе. Его пальцы железными оковами сжимают ее тонкое запястье.
— У тебя нет брата, а у меня сестры.
Его горячий, полный гнева и ненависти взгляд прожигает в ней дыру. Слёзы скатываются по ее щекам, сердце бьется быстрее, дыхание сбивается.
— Хосок, прошу. Не говори так.
Он отбрасывает руку, отворачивается. Молчит, пытается не смотреть на ее слёзы, ведь это его слабое место. Каждая ее слезинка, как пуля, застрявшая в сердце, причиняет ему неимоверную боль.
Харин в панике. Эта паника заставляет совершить самый необдуманный поступок в ее жизни: одним движением выхватывает из-за пояса брата оружие.
Услышав звук спустившегося курка, Хосок в ужасе поворачивается к ней. Он замирает от удивления, от эффекта неожиданности.
— Не делай, Харин!
Чон молниеносно подбегает, пытается отобрать у неё оружие. Просит не делать глупости, просит разжать пальцы, умоляет.
Эта недолгая борьба, окончившаяся выстрелом, заставляет сердце Чимина пропустить удар.
========== Глава 18. – V ==========
Комментарий к Глава 18. – V
https://vk.com/music?z=audio_playlist645542633_18/f74eefc195bbeb5647 – плейлист к главе.
***
Song: When I smoke - BLOO
— Харин!
Пак не чувствует ног, в горле пересохло. Увидев окровавленные руки девушки, замирает в дверях.
Хрупкая Чон Харин сидит на полу, заляпанные кровью руки дрожат, но не прекращают гладить лицо лежащего у ее ног мужчины. Хосок улыбается, тянет к руку ее лицу, нежно гладит влажную от слез кожу. Замечает, как вокруг суетятся его люди, как глава Пак напряжённо на них смотрит, чувствует, как силы покидают его, но не перестаёт успокаивать сестру.
— Хосок, прости, прости…
Видя ее начинающуюся истерику, Чимин оттаскивает девушку в сторону.
— Харин, посмотри на меня! Мы отвезём его в больницу, рана не серьёзная. Прошу, не теряй рассудок! — сжимает ее лицо в ладонях, притягивает к себе, заключая в объятия, гладит волосы, просит не смотреть на кровь и на брата.
Тем временем главу Чон уносят несколько мужчин клана. Все это время он не сводит глаз с сестры, пытаясь сказать что-то, продолжает безмолвно шевелить губами.
Машины клана Чон спешно выезжают из особняка, следом за ними и машина главы Пак.
Всю дорогу Харин молчит, смотрит на уже чистые руки, слёзы перестали лить, однако в душе девушки бушуют ураганы. Она не верит тому, что произошло. Чувство, что это всего лишь сон, окутывает ее, она желает быстрее проснуться и забыть об этом кошмаре.
Но, снова закрывая и открывая глаза, она лишь вспоминает тёплую кровь брата на ладонях…
***
Song: Dynasty - Miia
Через несколько часов в опьяненном от снотворных состоянии Хосок находит в себе силы позвать сестру. Обмотанный проводами и трубками, он морщится от головной боли, трогает рану на животе, ничего не чувствует, будто эта часть тела заморожена. Вспоминает потерянные глаза сестры в тот момент, когда горячая пуля вонзилась в кожу. Хоть он и не подавал виду, что теряется в пространстве, хоть и держался за Харин, как за ниточку жизни, не смог сопротивляться темноте, которая в итоге его забрала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он бросает взгляд на вошедшую в палату девушку. Ее дрожь и шок до сих пор не прошли, он чувствует это.
— Харин, подойди ближе…
Каждое слово даётся с трудом. Видя это, она подчиняется, подходит к кровати, но не спешит прикоснуться к нему.
— Ты не виновата. Знай это.
— Ты чуть не умер из-за меня, — взгляд упал на руки, кожа на них потрескалась от количества использованного жидкого мыла. Харин все продолжала смывать с себя эту невидимую кровь.
Глава Чон вздыхает, пытается сосредоточиться на ее силуэте, голосе, лице.
— Ты часть династии Чон. Ты часть меня. Я жив, но умираю, когда страдаешь ты. Чон Харин будь сильной, будь всегда непокорным ветром, будь всегда моим солнцем. Прости, что я всегда пытался украсть твой свет, всего лишь не хотел делиться тобой. Это было безрассудно. Если счастлива ты, то жив и я. Всегда твой.
Раскрыть объятия для Хосока было большим испытанием, отозвавшимся болью во всем теле. Слёзы сестры впитались в его больничную одежду, ее тихие всхлипы оказались для него большим испытанием. Поглаживая ее спину и волосы, он продолжал шептать о том, как любит ее, как ценит, как хочет сделать счастливой. В этом и весь смысл его существования…
***
Song: All mine - PLAZA
Проспав почти весь день, Тэхен лишь под вечер смог заставить себя разлепить глаза, еле подавая признаки жизни. Вошедший в третий раз Джексон, наконец, смог обрадоваться его пробуждению.
— Ким, хватит спать. Ты жив там вообще?
Подходит ближе, откинув его одеяло, пристально смотрит. Хоть и ведёт себя непринужденно, он ждёт свойственного Тэхену взрыва после вчерашнего разговора.
— Чимин разорвал твой телефон звонками.
Кинув в него телефон, отошёл к окну. Освещённый лампочками сад приковал его взгляд. Там, завернувшись в одеяло, в беседке сидит девушка, зачарованно что-то разглядывая в руках. Волосы вьются, губы сжаты, глаза блестят в свете фонариков, длинные пальчики поглаживают коробочку. Джексон на секунду будто выпал из жизни, забыв и о проблемах, и о своём друге.
Хриплый голос Тэхена отвлёк, заставив повернуться к нему:
— Что-то с кланом?
— В главу Чон стреляли.
— Кто?
— Чон Харин.
— Какого черта?
— Так как мне плевать, я многого не знаю. Разбирайся сам. Но клан Чон без главы не остался, — направившись к двери, оглянулся, заключив напоследок, — К сожалению.
Придя в себя после душа, Тэхен, наконец, решает услышать полную версию произошедшего.
— Чимин, что за бредовую новость я только что услышал?
— Ты где был, черт тебя дери?! - разъярённый глава Пак явно не собирается сдерживать эмоции.
— Занят был. Рассказывай, — закуривает, откинувшись на спинку кресла.
— Простая случайность. Я оставил их наедине поговорить, в итоге между ними произошёл спор, что привело к выстрелу. Я испугался, что с ней что-то случилось, но пуля попала в него. Сейчас Чон в порядке. Все обошлось.
— С какого времени ты переживаешь о клане Чон?
— Харин часть этого клана. Ее благополучие и счастье — это то, чего я желаю больше всего на свете.
— Других новостей нет? — делает глубокую затяжку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Другой Чон на хвосте. Полиция многое разнюхала о кланах, теперь они нас преследуют, наступая нам на пятки. Пришлось прикрыть одно из наших мест, потому что они туда нагрянули. Я не понимаю, как и откуда к ним поступает информация, возможно, кто-то ее сливает ему.
