перерыв на покупку рождественского подарка для Астрид. Поздновато, пожалуй, за пять дней до сочельника. Но, судя по толчее в зале, не один он такой.
С той только разницей, что остальные покупатели перемещались между полками с целеустремленностью радиоуправляемых роботов. Рубен же понятия не имел, куда идти и что делать.
Что может захотеть в подарок десятилетняя девочка? Играет ли она в игрушки?
Одежда – об этом тем более лучше забыть. Кроме того, Рубен уже купил ей костюм для восточных единоборств. Может, новые карандаши для рисования? Астрид нравится рисовать. Или лучше кисти и масляные краски, как у ее матери? Наверное, карандаши – это для совсем маленьких.
Он встречался с Астрид каждую неделю на протяжении вот уже почти шести месяцев. Но, как только увидел полки с настольными играми, конструкторами лего и куклами, понял, что ничего о ней не знает. Мягкие игрушки, правда, натолкнули его на одну мысль. Но совершенно бесполезную. Астрид нравились полицейские собаки, это Рубен знал наверняка. Она любила их навещать. Но Эллинор убьет Рубена на месте, если он притащит в ее дом живого щенка немецкой овчарки.
Вот черт.
Рубен вытер пот со лба и почти выбежал из магазина, налетев на проходившую мимо женщину в толстом пуховике.
– Ой, простите.
– Упс! – воскликнула она и рассмеялась.
– Сара?
Рубен узнал этот смех.
Сара из аналитического отдела, он не видел ее с прошлого лета, когда они вместе расследовали похищения детей. Она еще рассказывала ему, как только что рассталась с мужем. Рубен хорошо помнил Сару. Ему нравилось ее общество. Когда Сара вдруг исчезла, он подумал, что она сменила работу или вернулась к мужу в США. И вот теперь Сара стояла перед ним, со снегом в темных волосах и блеском в глазах.
– Здравствуйте, Рубен. – Она посмотрела через его плечо на магазин игрушек. – Ищете рождественские подарки для своих девушек? Я знала, что они молоды, но чтобы настолько…
Рубен уставился на нее раскрыв рот. Наверное, было бы логично разозлиться за то, что Сара так бесцеремонно растоптала главную тайну его личной жизни. Но вместо этого Рубен почувствовал, что краснеет.
– Рождественский подарок, да, – ответил он. – Но это… для моей дочери. Только вот… – он прокашлялся, – может, вы имеете хоть какое-то представление о том, какие подарки любят десятилетние девочки?
Сара молча улыбалась. В глазах стоял все тот же блеск. Рубен почувствовал неуверенность. Ему не нравилось, когда на него так пристально смотрят. Ни одна из молодых девушек, которых он приводил домой, не разглядывала его так. И это было то, что ему в них нравилось. Девушки интересовались его формой. Он мог показать им наручники, если был в настроении. Больше ничего.
– Здесь так холодно, – сказала Сара. – Угостите меня горячим шоколадом, и я расскажу, что нравится десятилетним девочкам. При условии, что зефир тоже будет.
Под объемным пуховиком Рубен видел очертания ее тела. Скорее помнил, что Сара женщина крупная. Те, кого он приводил из баров, были худышки и не решились бы даже остаться в одной комнате с зефиром, из опасения испортить фигуру. Рубену нравилось, что Саре на это наплевать.
– Прошу за мной, фрёкен, – сказал он и махнул рукой в сторону ресторанного дворика.
Ему вдруг тоже захотелось зефира. Рубен инстинктивно втянул живот, когда Сара проходила мимо него.
Им пришлось прокладывать дорогу в суматошной по-праздничному толпе. Наконец в одном из кафе обнаружилось два свободных места. Рубен взял два горячих шоколада со вкусом корицы и апельсина – Рождество, в конце концов! – и зефир.
– Давно не виделись, – сказал он, ставя дымящиеся чашки на стол и присаживаясь напротив Сары.
Она сняла пуховик, и Рубен не смог отвести глаз от декольте ее платья. Пышные формы, и все на месте.
– Как ваши дела?
Наконец он заставил себя встретиться с ней глазами.
– Столько всего произошло в последнее время, – ответила Сара, дуя на шоколад. – Если начать с главного, то у нас есть основания подозревать, что где-то готовится теракт. Несколько сельскохозяйственных компаний сообщили о хищениях аммиачной селитры.
– Аммиачной…
– Это химическое удобрение, но при желании из нее можно приготовить взрывчатку. Сейчас идет проверка, были ли еще хищения или выбросы подобных химикатов. В худшем случае кто-то работает над самодельной бомбой. Такое случается время от времени. Чаще всего у них ничего не получается. Конечно, кражи могут быть и чистым совпадением… Есть еще кое-что, но я… я знаю, что вам можно доверять.
Сара огляделась и наклонилась вперед:
– Тед Ханссон, – прошептала она.
– Лидер партии «Шведское будущее»?
Сара кивнула.
– И что с ним?
– Он замешан в очень некрасивых делах. Конечно, мы следим и за другими политиками тоже… Например, совсем недавно СЭПО попросило расследовать угрозы в адрес министра юстиции. Но если у кого полный шкаф скелетов, так это у Теда Ханссона. До конца пока ничего не ясно, но, как я сказала, их очень много.
Рубен кивнул и замолчал на несколько секунд. Потом набрался смелости и задал вопрос, крутившийся в голове последние несколько минут:
– Вы знаете о… моих девушках?
Раньше он был рад рассказать о своих любовных похождениях хоть первому встречному. Лишь бы слушали. Но потом стал ходить на терапию к Аманде и понял, что нужно меняться. Ну а потом смерть Педера все расставила по местам. Рубен взялся за старое, но старался не поднимать вокруг этого лишнего шума. Ему было стыдно, потому что Педер точно бы этого не одобрил.
И все-таки интересно, откуда она узнала?
– У моей дочери новая учительница, – ответила Сара, улыбаясь одним уголком рта. – Как только услышала, где я работаю, сразу вспомнила о Серебряном Лисе – так они с друзьями вас прозвали… Якобы постоянно сталкиваются с вами в злачных местах…
Рубен закрыл лицо руками.
– Ей около двадцати пяти лет, – пояснила Сара.
– Серебряный Лис… – простонал Рубен. – На самом деле не такой уж я старый.
– Старый? – рассмеялась Сара. – Вы так это понимаете?
Рубен посмотрел на нее. Есть вещи, о которых лучше молчать. Он не говорил такого даже Аманде, но взгляд Сары не позволял сказать ничего, кроме правды.
– Я не хочу умирать, – прошептал Рубен.
– А кто хочет? – Она перегнулась через стол и похлопала его по руке. – У вас дочь, так что в каком-то смысле вы уже продлили свою жизнь в другой… Ну что, теперь поговорим о рождественских подарках?
Рука Сары неподвижно лежала на его руке. Теплая от кружки с шоколадом. И живая.
– Она занимается восточными единоборствами, – сказал Рубен. – Поэтому запасным вариантом было купить постер с Брюсом Ли. Но их
