— Так люди зарабатывают деньги и оплачивают свое проживание.
— Сколько людей живет в замке?
— Более двухсот. Люди, которые работают на рынке и аэродроме, приходят из деревни за замком, там больше тысячи человек.
Охренеть.
— Как все это проскользнуло мимо совета?
Учитывая, что стражи совета никогда не слышали об этом месте, можно предположить, что оно скрыто. Советники не любили, когда собирались большие группы смешанных видов, потому что их невозможно было контролировать, а совет стремился к контролю. Жить нужно только по их правилам. Если этого не происходило, то посылали нас разбираться.
— Наши колдуны и маги нас скрывают. Других отгоняют из района, если они не ищут убежища и не поклялись в верности королеве, — объяснил он и добавил: — Старой королеве.
— Бред. В совете есть сильные маги и ведьмы. Они уловили бы всплески магии. Постоянный скачок энергии вызвал бы тревогу. Они бы послали команду, проверить.
Торн улыбнулся. — Старая королева знала, что это произойдет. Она позаботилась, чтобы наши люди, спроектировавшие барьер, вложили свою работу в сделанные ею устройства, которые можно включать и выключать тогда, когда нам нужно скрыть место, чтобы впустить людей. Устройства электрические и разработаны в другом месте. Совет, — он усмехнулся, и этот жест уколол меня, — не видит ничего, поскольку барьер также содержит всю магию внутри.
Я не хотел думать, что такое место существует и как оно скрывается от совета, который всегда справедливо управлял своим народом. Насколько я и мои братья знали, он был справедлив. Я не понимал, почему старая королева упырей скрывалась от них. Мы всегда следовали совету — их правилам и всему, что с ними связано. Мы слепо следовали им, и мне вбили в голову, что нужно сообщать сильным мира сего о таком месте.
Но я не мог.
Торн провел нас в каменный замок. В нем было тепло. Идеальная температура. Впереди виднелась парадная лестница; Торн поднялся по ней, а я шел за ним, оглядываясь по сторонам и замечая людей. Принюхавшись, я различил несколько перевертышей, парочку людей и несколько магов. Кто-то смотрел в мою сторону, но все они выказывали Торну уважение, склоняя голову или отдавая честь. Женщины жеманно ему улыбались.
Он пользовался популярностью среди них. Будет трудно убрать его, если он станет представлять угрозу для Пейдж.
Проклятье, опять я за свое. Хотел ее защитить.
Местечко просто огромное, легко заблудиться. Слава богу, у меня был нюх. Я легко почувствовал сладкий запах Пейдж по коридору, по которому мы шли. Она находилась в комнате с Ашером, Алексом, ее семьей и еще двумя незнакомыми мне людьми. Один человек, другой — вампир.
Я уловил звук чьих-то шагов.
Торн открыл перед нами дверь. Она вела в большой зал для приема гостей. Бросив быстрый взгляд, увидел, что адской гончей рядом нет. Сестра Пейдж и ее муж сидели без детей, и их не было в комнате, но это все, что я успел увидеть, пока ладонь не коснулась моего лица.
С рычанием я схватил ее за запястье и притянул к себе. Пейдж посмотрела на меня.
— Ты был там целую вечность. Я думала, они пригласили тебя на ужин. Почему так долго?
Я потрясенно отпрянул. Она беспокоилась обо мне.
Обо мне.
Какого хрена?
Ашер прочистил горло, и я поднял взгляд на него, его губы дрогнули. — Мы вошли в замок, а потом, когда я запретил ей вернуться, как она выразилась, «надрать задницу», если они попытаются тебя обмануть, Пейдж начала волноваться.
Я открыл рот, но тут же закрыл. Не знал, что сказать. Никто не беспокоился обо мне десятилетиями. Я не самый приятный парень, с которым можно найти общий язык, поэтому и предпочитал интрижки на одну ночь. И определенно вел себя с Пейдж, как придурок, но она беспокоилась за меня.
Сердце ёкнуло. Словно ему понравилась мысль, что Пейдж обо мне заботится.
Но разум победил. Я стряхнул ее руку со своей и прошел мимо нее. — Я могу о себе позаботиться, — отрезал я. Алекс вздрогнул, а Ашер покачал головой. Семья Пейдж уставилась на меня, а Торн фыркнул. Я проигнорировал их всех.
Незнакомые мне вампир и человек стояли в стороне, возле подноса с едой и напитками.
— Засранец, — услышала я слова сквозь кашель Пейдж.
Не обращая внимания, подошел к столу с едой, взял небольшой нарезанный сэндвич и засунул его в рот. Жуя, налил в бокал то, что выглядело как красное вино.
Отпив глоток, увидел, что женщина-вамп с длинными рыжими волосами и хитрыми глазами мне улыбается. По телу разлилось тепло. Пейдж обхватила меня за талию и указала на женщину.
— Не смей примерять свои штучки и на нем. Ты строила глазки всем мужчинам в комнате. Даже моему шурину. С меня хватит. Ни один из них не заинтересуется.
Женщина ухмыльнулась. — Ну что ж, посмотрим?
С рычанием Пейдж попыталась отпихнуть меня с дороги, чтобы добраться до дразнящей сучки. Любой мог видеть, что Пейдж на взводе, но, конечно, вампирша нажала на ее кнопки. Я обхватил ее за талию, донес до Алекса, который сидел в кресле, и посадил ее на его колени.
Алекс хмыкнул, но обнял ее.
Наклонившись, я рявкнул ей в лицо: — Успокойся, черт возьми.
— Сам успокойся, — огрызнулась она в ответ, как ребенок.
Женщина-вампир хихикнула. Пейдж попыталась вырваться из объятий Алекса, но тот крепко ее держал.
— Патрис, Месилла, на выход, — приказал Торн.
Я выпрямился, встал рядом с креслом и скрестил руки на груди. Человеческая женщина быстро вышла. Ашер тихо последовал за ней; видимо, ему нужно покормиться.
Глупая женщина-вамп медленно покачивала бедрами по комнате с довольной улыбкой на красных губах. — До встречи, господа. Она подмигнула. Пейдж показала ей средний палец, прежде чем женщина закрыла дверь.
Пейдж тут же снова прижалась к Алексу, как будто это для нее привычное дело, а лицо Алекса покраснело. Черт возьми, забавно видеть, как он нервничает. Я не понимал его. Пусть Пейдж была сногсшибательна, но ему нужно научиться контролировать свои выражения. Судя по
