— Я вижу парочку, но явно не особо хороших, — прокомментировала я. — Например, мы можем использовать Селки или Горных Эльфов.
— Мы таким образом нарушим условие неразглашения, — уточнил Беннисток.
— Почему это? Эклавистини, вон, меня наняла, ничего не разгласив и ни словом не соврав.
— Горные далеко, — буркнул Бран. — Конечно, можно провести перехват на севере на дороге, но… Там же лес, гор почти нет. И дьявол. Нет, Горные только понесут потери, но справиться не смогут.
— Но дракон…
— Дракон принадлежит нашему замку, и попадает под проклятье. Как и Карнэсард. Есть еще найм наемников в торговом посту. Эклавистини с удовольствием отпустит хоть всю свою охрану, — возразила Сабвиллайл.
— Ну, хоть что-то. Оставим этот вариант, как резервный. Демоны все равно появятся на дороге не раньше, чем через пару дней. Мне больше нравится вариант с Селки. Конечно, если у них найдутся для этого силы. Подождем Алнесавина и выслушаем, что он скажет. Минайриль, а что скажешь ты?
— Тонкие нити. Плохо, — равнодушным тоном произнесла наша аутистка, не открыв ничего нового. Хотя…
— Есть лучше? — уточнила я.
— Не определено, — последовал ответ. — Решите. Действуйте. Увижу.
— Так или иначе, а нам придется выдумывать что-то еще прежде, чем получим хоть какой-то ответ. Кстати, а что насчет бунта рабов?
— Примечание номер пять, — ответил мне Беннисток. — Тоже не в наших интересах. Если мы каким-то образом его организуем, то проклятье активируется. Единичные побеги организовывать можно, но массовый наверняка будет классифицироваться, как бунт со всеми последствиями. Да и в случае единичных побегов, которые произойдут на нашей территории будут разбирательства. Задерживаться Вурдигал не будет, не в его это интересах. Но натравить на нас гильдейцев он сможет запросто. А это тоже нам не слишком-то выгодно. Не думаю, правда, что в гильдии очень рады прикрывать подобный караван. Скорее всего, тоже посажены на какое-нибудь проклятье.
— Ясно. Бринден, ты уже отправил кого-нибудь строить временный лагерь для переговоров? Тогда пошли кого-нибудь вдогонку, и передай, чтобы начали стройку на противоположном берегу реки возле моста. Острова — контролируемая нами территория. Да и побег оттуда более вероятен. Противоположный же берег пока есть территория нейтральная. Мы ее не контролируем полностью, хотя и прикрываем. Может быть, нам и понадобится организовывать кому-нибудь побег, так лучше пусть это случится у нейтралов.
— А если Вурдигал заартачится? — уточнил Бринден.
— Пусть гремлины изобразят какую-нибудь опасную деятельность со взрывчаткой возле башни на ближайшем острове. Можно даже со взрывами. Второй остров, по сути, полуразмытая рекой отмель, так что там демоны не остановятся. А на нашем берегу приставать до моста не слишком-то удобно.
— Враг, — вдруг сказала Минайриль. — Помощь. Лучше. Интересно.
Я задумалась над ее словами, сидевшие за столом молча переглядывались. Мне вообще ничего не приходило в голову ни с врагами, ни без. Именно в этот момент мои размышления прервала Искра.
“Алнесавин идет. И викинги с Джандиирой. И Тарук. И гремлин. И еще кто-то чужой. Я его не знаю. Викинги очень сердиты. Тарук тоже недоволен.”
Тарук… Первая ласточка понижения морали в замке. Наверняка будут претензии. А кто там чужой? Я посмотрела глазами драконы, но таинственная фигура в черном плаще более узнаваемой от этого не стала. Разве что впечатление от данного посетителя сложилось не самое приятное.
До прибытия данной делегации мы так ничего нового и не придумали. Так что, когда в залу, на ходу ругаясь с кем-то позади себя, ворвался Эйнар, и тут же следом, пригнувшись, вошел Тарук и следом Алнесавин, мы просто ожидали развития событий. И все больше убеждались, что нам придется атаковать демонов и уничтожать караван. Никакого другого выхода не оставалось.
— КАКОГО ДЬЯВОЛА!!! — проревел викинг, ворвавшись в помещение. Тарук же статуей застыл у дверей. Только хвост слегка подергивался. Не знаю, означало ли это у драконидов раздражение, но запомним, на всякий случай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вы договорились с демонами о проходе их каравана?!!! Это при том, что там, у них, мои люди, которых необходимо освободить?! — рявкнул Эйнар. — Ну уж нет, мы так не договаривались! Если вы их не освободите, то наше с вами соглашение будет немедленно разорвано.
— Одну минуту, — прервала я викинга. — Алнесавин, я не могу вам приказывать, но умоляю сейчас покинуть зал совещаний. В данный момент, у меня есть очень веские причины утаить от вас то, что мы сейчас будем обсуждать. Повторюсь: в данный момент. Ситуация слишком сложная, я лишь прошу мне поверить.
Мало ли, что именно из сказанного может активировать проклятье, ведь Алнесавин не мой подданный, он просто представитель племени, с которым у меня добрососедские отношения.
— Мне все известно, Леди, причем не от вас, — возразил Селки. — Проклятье не должно активироваться в данном случае. Правда, правило неразглашения в таком случае ляжет и на меня, так как я поговорил с вами сейчас и наверняка услышу подробности вскоре. Отказываться уже поздно.
— Ну, если ты так уверен, тогда присоединяйся, — пригласила я селки, на мгновение подумав о том, кто же еще знает о моей ситуации. Но времени обдумать этот вопрос не было, надо было успокаивать Эйнара.
— Это не договор, — обратилась я к викингу. — Это проклятье, в которое я попалась. И мы сейчас решаем, что делать дальше. Скорее всего, пренебрежем проблемами, которые нам принесет активация проклятья, и нападем. Но даже как-то странно. Неужели вы, викинги, настолько ненавидите демонов?
— Да с ними даже приверженцы Локи дел иметь не станут. А если и станут, то только совсем уж отщепенцы. Таким нормальную ватагу набрать не будет, люди к ним просто не пойдут. Проклятье, да тот же Ормстюр, чтоб он сам к демонам отправился — и тот так поступать не станет!
— Однако, крысолюдам он вас заложил. Продал, по сути. Чем же это лучше якшаний с демонами?
— Хмм… — Эйнар, присел на свободный стул. Тут же откуда-то появился халфлинг, и подсунул викингу кружку с пивом. Я только улыбнулась: бытовые службы в моем замке становились просто элитными. Как и служба безопасности, так как я припоминала, что уже видела этого конкретного халфлинга-подростка, докладывавшего что-то Шайнтлайну. Отпив, Эйнар продолжил уже спокойнее.
— С Ормстюром у меня вражда давняя, и то, что он заложил меня крысолюдам, ее лишь усиливает. Но это наше с ним личное дело. В остальном, Ормстюр выкупал своих пленных. Да даже заложи он нас демонам, все равно он был в своем праве. Я на него зол, но мы с ним враждуем, а с врагами можно делать что пожелаешь. Другие мои соплеменники, которые мне не присягнули, его только похвалят за то, что заботится о своих людях. И если, например, кто-то из людей Ормстюра потребует отпустить его, освободить от клятвы, то… Есть там некоторые, которых я убью на месте, но есть и те, клятву на мече которых я приму без раздумий. И то, что он за наш счет спасал своих, я повторю, это личное дело между Ормстюром и мною. Своих людей надо спасать любой ценой. Потом уже будем разбираться и расплачиваться.
— И ты бы поступил так же?
— На его месте? Ну… Подумал бы для начала как следует. Все же, кто знает, какими путями поведет тебя Отец Битв? Сегодня он твой враг, а завтра вы стоите спина к спине. И такое бывает. Но выкупить своих людей я обязан любой ценою. Так что Ормстюр был не так уж и не прав. Но при чем тут это? Одно дело выкупать своих людей и совсем другое просто пропустить демонов лишь потому, что они вам что-то пообещали.
Я хитро улыбнулась. Только что Эйнар намекнул мне на очень интересный козырь в переговорах с Вурдигалом. Надо только уточнить кое-что.
— А вот скажи мне, Эйнар, твои люди… Они тебе присягнули. Но дальше вы попали в плен, вас разделили… Они не знали, что с тобой, а ты присягнул мне от своего имени. И поклялся в этом на мече. Скажи мне, присяга твоих людей остается в силе?
