Читаем без скачивания Зверь 3 - Алексей Калинин

— Кого тебе нужно добыть из реального мира? — спросил Локи.

— Одну суккубку, — ответил я. — Уж если кто и сумеет отвлечь двух богов, то только она.

Действительно, если Марина Селезнева в прошлом с легкостью могла охмурять защищенных родовой магией сыновей аристократов, то уж с богами-то справится и подавно. А нам только и нужно, что…

— Мне нужна таверна неподалеку вот отсюда, — ткнул я пальцем на карту. — И чтобы там были официантки погрудастее. А также чтобы постоянно присутствовали те, у кого кулаки постоянно чешутся. В общем, пародию на Вальгаллу, но только лучше и с размахом. Локи, думаю, что у тебя это получится.

— Да и у меня это выйдет, — хмыкнул Тьяцци. — Среди моих слуг найдется немало таких, кто захочет посмотреть на цвет божеской крови.

— Тогда сотворите мне таверну. Как быстро сможете сделать?

— А когда нужно будет поставить? — спросил Локи.

— Вчера! — ответил я привычной отговоркой чиновников среднего звена из моего мира.

— Будет сделано! — ответил Локи. — Есть в моих землях нужная таверна, её раскатаем по бревнышку, да завтра и поставим. Сейчас же отдам приказ.

— Отлично! А мне тогда нужно будет смотаться в реальный мир. Локи, за тобой таверна, Тьяцци, за тобой те, кто охоч до драки. Чопля, ты со мной.

— А куда же ты без меня, — хмыкнула служанка. — Если что, так сразу Чопля. А как деньги делить, так…

— По жопе получишь!

— Вот это и слышу в ответ! — закончила со смешком служанка.

— Локи, покажи, как портал в мой мир сделать, — попросил я.

— Впервые не я проворачиваю аферу, а участвую в ней как сообщник, — подмигнул Локи. — Но мне пока эта роль нравится…

— Да я даже отдам тебе все лавры — поделите их с Тьяцци пополам. Мне же нужен только мир во всех мирах и Елена Прекрасная в придачу. Разве я многого прошу?

Чопля захихикала. Я кинул на неё сердитый взгляд и хихиканье пропало втуне. Я подошел к столику, где лежала золотая виноградная кисть. Она использовалась для красоты, а мне как раз нужно было золото.

— Скажи, тебе сильно нужна эта ветвь? Можешь пожертвовать её на благо и дело становления мира?

— Ну, если только для этого, — пожал плечами Локи. — Бери, гномы ещё сделают. Может быть даже лучше и красивее.

Я взвесил на руке — ого, не меньше полкилограмма будет. Солидный вес. Впрочем, и её может не хватить. Накинув теплые вещи, я кивнул Локи, что готов отправляться. Чопля тоже оделась потеплее.

— Готов? Тогда смотри, — ответил Локи, вытащив из карманов два камня, красный и синий. — Вот этот синий камень зажимаешь и попадаешь в свой мир. Только представь себе получше то место, куда отправляешься. А этот камень зажмешь перед тем, как переместиться сюда. Повторить?

— Я не такой дурак, как выгляжу, — буркнул я в ответ, забирая камни.

— Значит, ты очень сильно стараешься так выглядеть, — хохотнул Локи в ответ.

Вот и как с ним спорить? Смотрит на меня и ждет ответной подколки. Я сейчас отвечу, он парирует и выдаст в ответ. И наша перепалка займет час, а то и больше. А время-то уходит. Боги уже в пути, так что нужно поторапливаться.

— Чопля, отправляемся! — поджал я губы.

— Молодец, только выдержка отличает настоящего мужчину! — подмигнула Чопля. — А женщины всё больше пытаются показать своё преимущество над другими! Всегда стараются померяться своими титьками!

После этой речи она порхнула и уселась мне на плечо. Показала язык удивленно распахнувшему глаза Локи. Я представил деревеньку суккубки Марины Селезневой и зажал синий камень.

— Чего-о-о-о? — донесся до нас возмущенный рев Локи сквозь шум охватившего нас синего пламени.

* * *

Когда я открыл глаза, то понял, что стою по пояс в снежном сугробе. Как будто выпрыгнул из окошка кабинета Локи…

Впрочем, это ощущение продлилось недолго. Оглядевшись по сторонам, увидел, что неподалеку возвышаются двухэтажные домики с дощатыми заборами. Впрочем, двухэтажными были не все дома. Были и такие, что могли похвастаться третьим этажом, а также и такие, что обходились одним этажом.

— Ух, а тут холодно, — поежилась Чопля на плече.

— Сибирь как-никак, — ответил я. — Ладно, будем выбираться, а то и в самом деле замерзнем тут до суровой весны.

— Ага, если она только наступит, — сказала Чопля. — Ведь если мы не успеем, тогда и весны никакой не будет.

Я не стал спорить. Вместо этого захрустел снегом в сторону пролегающей неподалеку дороги.

Мы находились на окраине деревни, куда в своё время отправилась Марина Селезнева. Та самая суккубка, которая охмурила Савелия Александровича Говардского, сына боярина Говардского. Я проследил, чтобы эта полусуккубка забрала свою дочь и отправилась в дом отца. Пусть это было сделано незримо, но в наш век интернета и информационной обнаженки вряд ли кто может скрыться от чужих настойчивых глаз. Марина благополучно добралась до деревни. Сейчас бы она зажила спокойной жизнью, растя дочь, но…

Я больше не знал никого, кто так лихо может управляться с мужиками. Её помощь могла стать неоценимой подоплекой в нашем деле.

Выбравшись на дорогу, я бодро зашлепал по направлению к тому дому, где жил отец Марины Селезневой. Спиной я чувствовал взгляды из окон, которыми меня провожали живущие тут люди. Как не крути, а посторонний человек в деревне всегда вызывает в первую очередь интерес — не опасен ли он? С чем пришел? К кому пришел?

Впрочем, никто знакомиться не лез. Ни мужчины, ковыряющиеся возле трактора, ни женщины, о чем-то разговаривающие возле колодца. Я знал, что в каждом доме был водопровод, но колодец в виде журавля с оледеневшей бадьей как будто из сказки являлся местом сборища и обсуждения последних новостей. Могу поклясться, что увидев меня, у трех женщин появился новый повод обсуждения.

Я только кивал направо и налево. Улыбался, стараясь показать, что у меня нет ничего плохого за душой. Не знаю, насколько мне поверили, но не приставали с расспросами, кивали в ответ и не перегораживали дорогу. А это уже немало, поверьте мне, старому циничному ведьмаку в теле молодого парня.

Возле дома отца Марины Селезневой я остановился. На меня тут же начал брехать кудлатый пес, черно-белый, как будто испачканный в муке. Я подергал калитку, и пес залаял ещё громче. Его лай подхватили остальные собаки в деревне. Через несколько секунд о моём прибытии знал каждый, кто мог разговаривать на собачьем языке.

В окно выглянуло хмурое мужское лицо. Я приветливо помахал рукой. Лицо отреагировало исчезновением. Черех пару секунд его место заняло лицо Марины. Она сначала было улыбнулась, явно узнав меня, а потом озабоченно нахмурилось.

Я развел руками и пожал плечами. После этого жеста Марина исчезла из поля зрения, чтобы появиться на пороге. За её спиной появился крепкий мужчина с сединой на висках и топором в правой руке. Седина на мой взгляд выглядела безопаснее топора.

— Господин Южский? Чем обязана? — озадаченно произнесла Марина. — И как вы меня отыскали?

— Марина, мы можем поговорить в доме? — спросил я. — У меня есть для тебя работа, которую я не хотел бы обсуждать на улице.

Вот так вот прямо и без обиняков. Нужно сразу показать, что у меня серьезные намерения, а не просто баловство какое-то. Она оглянулась на отца, тот хмуро смотрел на неё.

Понятно, что сейчас в голове отца крутились разные мысли, начиная от того, чтобы послать незваных гостей куда подальше, заканчивая тем, чтобы тюкнуть гостя обушком топорика по макушечке…

— Мы замерзли и не отказались бы от чашечки горячего какао, — жалобно пропищала Чопля. — С зефирками, если можно.

— Ну, у нас как раз картошка поспела, — пробасил отец Марины. — Приглашай, дочка, гостей за стол.

Марина чуть помедлила. Чувствовалось, что сейчас у неё было желание послать нас подальше и надолго. Однако, она не смогла переступить через чувство благодарности. Она чуть поклонилась и показала на дверь:

— Милости прошу, гости дорогие…

Ни меня, ни Чоплю не пришлось просить дважды. Мы прошли в добротный теплый дом, где в печке весело покряхтывали дрова. Пахло пирогами и вареной картошкой. Мебель была крепкой, не новой, модерновой, а такой, что простоит века и не рассохнется.

Когда мы с Чоплей помыли руки, то нас усадили за стол. Возле тарелок легли деревянные ложки. Я усмехнулся — заговоренные ложки, если у гостей что худое на уме, то заноз нахватаются, а если с добром пришли, то даже вкус пищи