Читаем без скачивания Адепт - Роберт Финн

— Да, но, наверно, они просто не успели их забрать. Правда, Хэммонд утверждает, что, когда приехала полиция, сейф был уже открыт. Выходит, преступник предпочел взять волшебную «метку», а не деньги.

— Еще бы, она может стоить гораздо дороже, — согласилась Сьюзен. — О похожем артефакте упоминается в эпоху императора Ши-хуанди. Он предложил награду каждому, кто принесет ему этот предмет. Я не совсем уверена, но, возможно, речь идет о культурном достоянии Китая третьего века до нашей эры.

— Ши-хуанди? — переспросил Дэвид.

— Да, первый император единого Китая. Из династии Цинь. Построил Стену, — объяснила Сьюзен.

— Выходит, это что-то вроде королевской реликвии. Значит, она бесценна, — заметил Дэвид.

— Да, если это та самая вещь. Но как быть с доказательствами? Металлы не поддаются датировке, и у нас нет никаких изображений. Император говорит о драгоценном изделии, созданном из материала, более благородного, чем золото, и дарующем его хозяину бессмертие. Я нашла это упоминание, потому что специально искала драгоценные предметы с чудесными целебными свойствами. Но о том, что он обладает целебной силой, говорится только в одной рукописи, обнаруженной на старом чердаке в Брентфорде. Кроме нее, нет никаких свидетельств, связывающих украденную вещь с Ши-хуанди.

— Получается, ее нельзя продать? — спросил Дэвид.

— Почему же? В конце концов, это платина, и к тому же тонкой работы. Несколько тысяч за нее точно дадут, а если удастся доказать, что она из Китая, — еще больше. Но выдать ее за собственность императора вряд ли получится. Поэтому лучше было взять сейф с деньгами.

— Остается версия со СПИДом, — напомнил Дэвид.

— Но вы в нее не верите.

— Я этого не говорил. Просто есть и другие объяснения. Возможно, наш парень — сотрудник спецслужб, которого правительство во время «холодной войны» готовило для грязной работы, а потом оставило без дела. Нам известно, что он умеет тщательно разрабатывать операции, а потом воплощать их в действие. Что, если это бывший шпион? Разведчики часто попадают в переделки, а те пятна, которые вы видели на его теле, похожи на следы ожогов или ран. Но даже если у него и СПИД, это может быть просто совпадением. Если бы преступник не верил в мистику, — продолжал Дэвид, — то взял бы деньги, а не артефакт. Но тогда мне абсолютно непонятно, как его спецназовские навыки сочетаются с верой в детские сказки… — Он запнулся. — Я хотел сказать — в мифы и легенды. Простите.

Сьюзен жестом показала, что он может не извиняться.

— Меня это тоже удивляет. Речь идет не о простом суеверии вроде страха перед числом «тринадцать», а о настоящем культе. — Она задумалась. — Единственное, что мне приходит в голову, — это кража на заказ. Если кто-то знал, что у вашего клиента есть этот предмет, и хотел его заполучить, идентификация ему не требовалась.

Дэвида одобрительно кивнул.

— Хорошая идея. Наш парень как раз подходит для того, чтобы выполнять подобные заказы.

Он заметил ее неуверенный взгляд и добавил:

— Это лучше всего объясняет те факты, которые у нас есть. Или я что-то упустил?

— Одну вещь, — кивнула Сьюзен. — Допустим, он посредник и украл вещь для чьей-то коллекции. Но тогда зачем он явился за архивом? Это просто копии старых документов, представляющие интерес только для историков. Тот текст, который я вам показывала, был написан шариковой ручкой. Вся его ценность заключена лишь в содержании.

— Значит, преступника как раз интересовало содержание. А что конкретно там написано?…

— В рукописи приводится небольшая история о безумном монахе, создавшем эту вещь. Но в основном это примерно то же самое, что вы получаете при покупке тостера или стереосистемы.

Браун взглянул на нее с озадаченным видом.

— Вы о чем?

— О руководстве пользователя, — ответила Сьюзен. — Преступник приходил за инструкцией. Как ни крути, кто-то из них — вор или заказчик — точно верил в легенду.

Оба замолчали, обдумывая эту информацию, пока над головой не раздался голос официанта:

— Все в порядке?Дэвид кивнул:

— Превосходно. Пожалуй, я выпью еще красного вина. Он вопросительно взглянул на Сьюзен.

— А я белого. Спасибо, все очень хорошо.

Сьюзен повернулась к Дэвиду.

— Вы так и не ответили, что будете делать с адресом. Что, если преступник до сих пор не арестован? У вас есть информация, которая нужна полиции, а дело очень срочное.

Дэвиду снова пришлось оправдываться:

— Не могу же я напрямую обратиться к Хэммонду. Он и так точит на меня зуб за то, что я нашел третьего. И вы сами говорили, что я скорее мешаю, чем помогаю следствию.

Сьюзен возразила:

— Но инспектор — человек дела, разве нет?

Дэвид пожал плечами.

— Проблема стара как мир. Как вести себя с властями, когда они дают тебе пинка под зад, — просто отряхнуться и сказать «спасибо» или снова предложить свои услуги?

— Вы точно знаете, что без вашей помощи они бы завалили дело? — нахмурилась Сьюзен.

— В том, что касается третьего преступника — на сто процентов. Полиция не собиралась проверять стоянку той же ночью. А наутро там были бы уже тысячи автомобилей.

Американка подумала и вздохнула.

— Ладно. Может, мы и не согласны насчет уровня тестостерона в вашей крови, зато твердо знаем, что не мое дело читать вам нотации. Но, если честно, я считаю, что, продолжая играть роль героя-одиночки, вы создаете себе серьезные проблемы. Больше того — подвергаете себя опасности. Говорю это как ваш друг.

Дэвид, до сих молча разглядывавший свою тарелку, поднял на нее глаза. Она быстро отвела взгляд и добавила:

— Или как наемный работник, если угодно.

Браун рассмеялся.

— Что ж, в таком случае…

Сьюзен предложила:

— Почему бы вам не позвонить в полицию, скажем, под видом анонимного доброжелателя?

Дэвид с сомнением поднял брови.

— Вряд ли. Полиция может крепко задуматься, кто этот безымянный информатор. Не успеем мы оглянуться, как они нас вычислят. С другой стороны, я не уверен, что Хэммонд станет реагировать на анонимный звонок.

Сьюзен задумчиво приложила к губам палец.

— Тогда есть вариант, который вы уже использовали раньше. Можно просто сообщить полиции, что у вас есть важная информация. Позвоните Хэммонду и скажите, что вы не хотите раскрывать свои источники, но ему стоит проверить такой-то адрес.

Дэвид прикинул, что из этого получится.

— Да, пожалуй, так будет лучше. Хэммонд не придет в восторг, но и не станет рисковать своей работой, отмахиваясь от моего сигнала.

— Вот и отлично! — воскликнула Сьюзен. — Тогда вам надо поторопиться, верно? Полиции нужен этот адрес.

— Черт возьми, хорошо, что вы напомнили — я забыл позвонить своей мамочке, — язвительно усмехнулся Дэвид.

Американка скорчила гримасу.

— Не хватало нам еще проблем с вашей мамой, — пробормотала она, снимая жакет.

Сьюзен повернулась, чтобы повесить его на спинку стула, и полы ее блузки распахнулись, обнажив крепкую талию и плоский живот. Дэвид скользнул по ним быстрым взглядом.

— С этим проблем не будет, — пообещал он.

Официант принес вино.

Дэвид торжественно поднял высокий бокал и провозгласил тост:

— За нашу маленькую команду!

— За Рэмбо и его мамочку, — отозвалась Сьюзен, чокаясь с ним.

Покончив с делами, они перешли на личные темы. Сьюзен подробно рассказала о том, чем занимается, а Дэвид посвятил ее в тонкости своей работы. Оба говорили легким шутливым тоном и часто подсмеивались над собой и своей работой.

Вместо десерта решили заказать кофе по-ирландски.

Отпив пару глотков, Дэвид испачкал нос взбитыми сливками. Они расхохотались, и Браун вытер нос салфеткой.

— Ничего смешного, — сказал он. — Мы пьяны.

— Я, возможно, и пьяна, — возразила Сьюзен, — но вы в два раза крупнее меня. Не могли же вы напиться с трех бокалов.

Дэвид поднял перед собой четыре пальца, потом сдвинул брови и согнул один.

— Не с трех, а с трех с половиной, и притом больших. — Он покачал головой. — Скажите, вы когда-нибудь заполняли эти дурацкие анкеты из журналов, где надо определить, сколько единиц спиртного вы выпиваете в неделю?

— Бывало, — весело ответила Сьюзен.

— Я все рассчитываю элементарно — две единицы в неделю, каждая за полпинты пива с моим другом Банджо. И не капли больше. Я много занимаюсь спортом, а тренироваться по утрам с похмелья — настоящая пытка.

— Знаю.

Сьюзен показала ему свои ладони, чтобы напомнить, что она тоже тренируется.

— Значит, вам это хорошо знакомо, — заключил Дэвид.

— А вот и нет. — Американка помахала в воздухе пальцем. — Мои родители были из строгой методистской семьи. В церковь я, положим, не хожу, но от дьявольского зелья бегу как от огня.