Читаем без скачивания Только не отпускай (СИ) - Резник Юлия

Я открыл дверь, вышел из ванной и наткнулся на Алю. Та скосила взгляд на зажатый в моей руке телефон.

- Ты что-то хотела?

- Умыться… А то что-то нехорошо мне.

Да уж. Это точно. Когда только успела нарезаться? Не так уж я долго в ванной прятался. Хотя… она водку пила. А от водки ей всегда хреново было. Я поэтому и не стал ей предлагать, а не потому, что мне жалко было.

Пожав плечами, отошел в сторону:

- Зови, если что.

Альбина кивнула. Я вернулся к Мишке, он смотрел футбол и, кажется, чувствовал себя вполне комфортно.

- Ты прям сросся с диваном. Может, на нем и останешься?

- Почему нет? Я вообще тут подумал, достали бабы эти… - кивнул в сторону выхода, откуда как раз стали доноситься характерные не самые приятые звуки. – Давай завтра в Малиновку рванем? Димку возьмем, я - своих пацанов, если Светка даст… Порыбачим вдали от суеты, переночуем, а к вечеру воскресенья вернемся домой.

Я почесал в затылке. Может, это именно то, что мне нужно, чтобы проветриться. И не накручивать себя.

- Можно. Давно никуда не выбирались.

- О том и речь. Слушай, что-то твоей благоверной совсем херово.

Я оглянулся. Судя по звукам, сомневаться не приходилось. Делать нечего. Я выругался и пошел в ванную. К счастью, Альбине хватило ума не закрываться. Я помог ей подняться.

- Тебе бы в душ!

- Угу…

Раздеться самой у нее не получилось. Чертыхаясь, я помог. Проклиная всех пьяных баб, сунул ее под душ. Вид ее голой впервые оставил равнодушным. А ведь раньше я на нее реагировал каждый раз. Наверное, рефлекс выработался, как у собаки Павлова.

- Хреново-то как, Федька… Трясет.

Ее и впрямь трясло, как будто отравилась. Но водка была отличной, так что не в этом дело. Я знал. Проводил в спальню. Скинул одеяло. Уложил, как ребенка, в кровать.

- Не уходи… Обними меня. Так теплее…

- Я тебя одеялом укрою.

- Это не то…

Может быть. Но мне плевать. Взрослая баба – надо было головой думать. Почему-то вспомнилось, как часто раньше я ее после таких загулов откачивал. И ведь не всегда я ее на те пафосные мероприятия сопровождал. Кто знает, чем она там без меня занималась? Я остановился, прислушиваясь к себе. Впервые ловя себя на мысли, что похер! Нет больше горечи. Ничего нет… Лишь равнодушие. Мне за одно только это стоило Марине в ножки поклониться.

Марине… Как она там? А он? Он… все еще не рядом?

Нет. Об этом лучше не думать.

Я улегся в кровать, но нормально выспаться в ту ночь не получилось. Альбина то и дело вскакивала, а я за ней. Вот оно мне надо было? Зато я вспомнил, что давно хотел сделать – забрать у нее ключи от своей квартиры. Это я и сделал первым делом утром, перед отъездом в деревню.

Альбина фыркнула, но выложила ключи из сумочки. К счастью, сил на спор у нее не было. Да и Димка рядом носился, собирал вещи в дорогу, необычно радостный и оживленный.

- Ты все ж, Федя, еще подумай… Я тебя не тороплю, - пробормотала Аля уже в дверях.

- Тут не о чем думать.

- И все же.

Я пожал плечами. Это чисто женское качество – цепляться за то, чего уже нет. Смотреть не фактам в глаза, а иллюзиям. Ну, и хрен с ним. У нас вообще мальчишник намечается. Так что к черту! Я повернулся к Димке:

- Ну, что? Готов?

15

Я несколько раз останавливалась. Несколько раз. Просто съезжала на обочину и, включив аварийку, сидела, тупо уставившись перед собой, пока в голове более-менее не прояснялось. Оно как-то волнами накатывало… Господи, что я наделала? Ужас какой… А если так, почему все внутри поет… просто поет от счастья? Разве я не должна корчиться от стыда? И посыпать голову пеплом… Разве я не должна ругать себя? Думать о том, как уволиться, чтобы никогда больше не видеть Таирова?! Но стоило представить, что его нет – и все, свет мерк. Становилось плохо на физическом уровне. Все внутри болело, будто после хорошей драки. Я до этих пор не представляла даже, как чувствуют себя наркоманы, когда у них ломка, но почему-то не сомневалась, что теперь мне это знакомо. Я не видела его каких-то двадцать минут, а уже безумно скучала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не помня себя, доехала до дома. Припарковалась. Вышла. Зашла в подъезд. Лифт не работал. Это было и к лучшему. Еще немного времени, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Я преодолела один пролет, когда он вышел из тени…

- Ну что, шкура, как дела?

Ус! А ведь я совершенно о нем забыла! Он был омерзительно пьян. Красные, налившиеся кровью, абсолютно дикие глаза пугали. Я попыталась обойти его, проскочить вверх по лестнице, однако не тут-то было. Он дернулся, чтобы меня схватить. Но от выпитого пошатнулся. Толкнул меня, и я со всех сил ударилась бедром о перила.

- Что вам от меня надо? – всхлипнула я.

- Что надо? А я тебе сейчас покажу! – недобро оскалился он, а потом схватил меня за волосы и потащил вниз по ступенькам.

- Никуда я не пойду! Отпустите! Не то закричу! Люди! Убивают! Помо… - рот мне закрыли ударом. Не помню, что было дальше. Только голоса... Кто-то вошел в подъезд. Соседи… И хорошо, что сразу два мужика. Страшно представить, чем могло бы закончиться дело, если бы не они. А так – Ус грязно выматерился и сбежал. Один из мужчин сунулся за ним следом, но быстро осознав, что это может быть опасно – вернулся. А я не винила его. Своя рубашка ближе к телу. Осев на ступеньки, я низко-низко опустила голову и всхлипнула.

- Ты как, Мариша?

Подняла взгляд. И узнала в одном из мужчин пожилого соседа с пятого.

- Ничего. Все нормально, дядь Саша. Просто испугалась немного.

- Может, полицию вызвать? – предложил мужчина помоложе. – Вы знаете, кто это был?

- Знаю. И вызову, - прошептала, с трудом вставая.

- Давай, Мариша… Обопрись. И вот, возьми платочек… Приложи к губе.

С трудом мы поднялись до квартиры. Руки дрожали – вряд ли бы я смогла попасть в замок. Не стала и пытаться, а просто позвонила в дверь. Открыла свекровь.

- Марина? Это что же такое?!

- Зой… Её бы уложить… Досталось девочке. – Это дядя Саша.

- Я в норме. Только полицию надо и впрямь вызвать.

- Полицию?! Да что случилось-то? Вадик! Иди сюда! Здесь… - свекровь обвела меня взглядом, видимо, не находя слов. Из комнаты в коридор выглянул муж…

- Маришка?! Какого черта? Что случилось?!

Шум в коридоре привлек внимание всех домочадцев. Из своей комнаты высунулась дочь, свекор вышел из кухни. И даже собака выскочила вслед за ним, теперь заливаясь лаем. Дурдом…

- Ну, я тогда пойду. Если надо будет дать показания, так я –  всегда пожалуйста. Где меня искать, ты, Мариша, знаешь…

Я кивнула. Еще раз поблагодарила мужчину и, закрыв за ним дверь, прижалась разгоряченным лбом к косяку.

- Мариночка, что случилось?

А вот свекру волноваться точно не стоило! Ради него я собралась с силами.

- Ничего, пап. Ты, главное, не волнуйся!

- У тебя кровь! – широко распахнула глаза Дашка. Вадик бросился за аптечкой… Мне нужно было объясниться, успокоить собравшихся, но первым делом – позвонить в полицию. Кто-то должен был меня защитить! Сама я, похоже, была не в силах…

Вызвав наряд, я рассказала родне, что случилось. Дашка побледнела. Бросилась меня обнимать…

- А я говорила не ввязываться во все это! – свекровь поставила передо мной чашку чая.

- Во что?

- Во всякие бизнесы! Это опасно. Люди чувствуют себя обманутыми. Платили деньги – а ты им какие-то ваучеры вместо них подсовываешь! Кому это понравится?!

- Зоя, да ты что?! – возмутился свекор, - это же не Марина такой порядок установила!

- Да! Не она. А вот не влезла бы она в это – и все бы хорошо было. И денежки целы. А так – сколько профукала?! Ладно, своих… но ведь еще и клиентов!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я сидела, открыв рот, и никак не могла взять в толк… она это вообще серьезно?!

- Я ничего не профукала, Зоя Кирилловна.

- Ну, это как посмотреть! За мной, вон, обманутые клиенты не бегают.

Как же она меня достала! Я вскочила, понимая, что если сейчас не уйду, выскажу все, что за столько лет внутри накипело. Все свои обиды выложу, всю свою боль! Обвела глазами кухню. Уставилась на мужа. «Ну, скажи ты хоть слово! Хоть слово ей поперек, если уж не можешь заткнуть раз и навсегда!» И Вадик, наверное, увидел это мое немое требование во взгляде. Потому что принялся бормотать что-то невнятное. Вроде как в мою защиту, но… Так неуверенно это, так жалко звучало, что уж лучше бы он молчал!