скрывать!
Я привыкла не разделять нас. К тому, что мы одно целое. Так быстро привыкла!
Теперь же чувство одиночества накатывает с невероятной силой.
Мне придется учиться жить заново. Без него. А это до ужаса непросто!
Ну, по крайней мере, я чувствую себя выспавшейся и полной сил. Быстро поднимаюсь с постели. Шторы решаю не трогать.
У меня неплохо получается ориентироваться в квартире Филатова. Ванную комнату я нахожу практически с первой попытки.
Умываюсь, привожу себя в порядок. Радуюсь даже такой мелочи, как запакованная зубная щетка, которую обнаруживаю в стаканчике над умывальником.
Рассматриваю себя в зеркале.
Что ж. Если прикинуть все возможные варианты, все не так уж и плохо на самом деле.
Разве я не боец? Отец всегда учил быть сильной. Иначе как бы я смогла бы вытянуть собственный бизнес? Значит, должна.
А сейчас я оправлюсь к Руслану и выскажу ему все, что я думаю о его ночном визите в спальню. Нужно четко очертить границы. И нашего взаимодействия с ним тоже. Пусть не думает, что ему все можно!
Набираю в легкие побольше воздуха, прежде, чем толкнуть чуть приоткрытую дверь его кабинета, и…
Останавливаюсь, глотая все, что собиралась высказать.
— Розанова?
Руслан, чуть откинувшись в кресле, сидит за своим столом. Постукивает пальцами по столу, разговаривая с кем-то по телефону.
— Сергей Станиславович, а почему вы решили, что я могу быть с ней как-то связан?
Филатов хмурится, выслушивая ответ. Замечает меня и прикладывает палец к губам, а после машет рукой, указывая на кресло.
— Даже не знал, что вы так замечательно изучили мою биографию. Даже я сам не помню всех своих бывших женщин. Но рад, что они есть где-то у кого-то в списках.
Он явно ерничает. А вот мне становится очень не по себе. И это мало сказано.
Филатов опускает телефон на стол. Переключает на громкую связь. И я вздрагиваю, узнавая голос. Хотя, конечно, догадалась еще когда имя услышала.
— Руслан. Почти как сыну тебе советую. Не лезь ты в это дело. Не связывайся. Зачем тебе ненужные проблемы?
— Проблемы моя стихия, как вы могли забыть.
Рус усмехается одними губами. Но складка на его лбу не разглаживается.
— Чужие проблемы совсем другое, — слышу из трубки долгий вздох. — Я не думаю, конечно, что она к тебе бы обратилась, но имей в виду. Там дело семейное. Сами пусть разбираются. Не лезь ты в чужие дела. Я тебя предупредил.
— Благодарю за заботу, господин Степанов. Хорошего вам дня. Кофе?
Последний вопрос обращен уже ко мне.
Руслан отключает звонок и поворачивается ко мне, до этого сидел вполоборота. Быстро окидывает меня пристальным взглядом и кивает каким-то своим мыслям.
— Это был заместитель губернатора?
Зачем-то спрашиваю, хоть и сама все прекрасно слышала.
— Как видишь, ты важная персона, Мила.
— Или, вернее, Егор вдруг каким-то образом стал слишком важным.
Только вот не пойму, как и когда? Если из-за, по сути, семейной ссоры, сам зам губернатора обзванивает кого-то!
— Давай выпьем кофе. И я заказал обед. Это же не повлияет на твой аппетит? Сырный крем-суп с грибами и лосось на гриле, мммм?
— Руслан.
Желудок сжимается, когда он говорит о еде. То, что уже обеденное время, меня даже не удивляет. Я ведь легла только под утро.
Но сейчас важнее прояснить главное.
— Ты теперь откажешься помогать мне, да?
Ну, ради чего ему идти против таких людей? Все верно. Проблем себе наживать никто не хочет.
— Не знаю.
Руслан хмурится. Пожимает плечами. Снова начинает барабанить пальцами по столу.
— С утра еще миллион новых сообщений от твоего мужа прилетело. Все в одном духе. «Люблю жить без тебя не могу, это была нелепая ошибка». Умоляет тебя вернуться. Мать тоже. Вон, всех кого сумел, на ноги твой муженек поднял. Старается, чтобы тебя вернуть.
Я только обхватываю плечи и сжимаю губы в тонкую нитку.
— Значит, не станешь помогать.
— Я должен понимать, чего ты хочешь, Мила. И насколько ты уверена во всем. Измена…
Он вдруг начинает рассматривать свои отполированные ногти.
— Хм… Ну, случай, конечно, нетривиальный, но… Жены часто в итоге все прощают и предпочитают забыть обо всем. Жить дальше.
— Это не мой случай!
Я даже подскакиваю на ноги от возмущения.
— Я не прощаю предательства! И того, что мне воткнули нож в спину! Я хочу развод! И докопаться до правды! Отобрать у них все то, что по праву принадлежит мне!
Руслан долго, изучающе смотрит на меня. Наверняка пытается понять, это я говорю на эмоциях или серьезно.
— Я абсолютно всерьез, Рус.
Подчеркиваю свои намерения спокойным ровным голосом.
Нас прерывает звонок его телефона.
Рус выслушивает что-то, а после отключается. Чертыхается сквозь сжатые зубы и нажимает на пульт.
Мы оба разворачиваемся к вспыхнувшей на боковой стене огромной плазме.
И я сжимаю кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони.
Потому что… На экране я.
Промокшая. В этом потрепанном платье прямо под дождем. Босиком. Растрепанная.
Всего минута, может две.
Закусываю губу. Это, скорее всего, запись с внешней камеры отеля, в который я тогда отправилась.
— Семейная ссора или проблемы с психикой у наследницы одного из самых крупных бизнесов столицы? Быть может, именно из-за этого дочь известного бизнесмена Розанова не появляется на людях уже более полугода? По слухам, она долгое время находилась в закрытой клинике…
Звучит голос журналиста.
— А твой муж действует очень радикально.
Цедит Руслан сквозь сжатые зубы.
Мы оба понимаем, что это даже не предупреждение. Угроза. Адресованная лично мне.
Тем более, после такого никто уж точно не стал бы со мной связываться.
Ну, а в том, что это дело рук моего мужа, мы оба ни
