маленькие кусочки металла не нанесли бы ему никакого вреда, но все равно, зверь играючи от них отклонился, пропуская мимо себя. Вот хищник уже в шаге от своей жертвы, стоит, наслаждаясь ее беспомощностью. Ну что же, пора начать утолять свой голод… Сожрать! Как и всех остальных в округе. О, вон, судя по всему, несколько человек направляются сюда. Сейчас покончу с этим, да займусь другими.
— Прощай, сын, — вдруг пробормотало это мясо, закрывая глаза и смиряясь с судьбой.
Сын? Что это значит. А, не важно. Зверь поднял руку, приготовившись оторвать голову этому человеку и… остановился. Что-то не так, он где-то в глубине себя не хотел убивать, не хотел лишать жизни этого мужчину. Это было очень странно и непонятно. Что? Почему? Это же мясо… вкусное, теплое мясо, которое так хочется сожрать. Поднял еще раз руку и снова опустил. Нет, это неправильно, совсем неправильно! Так и не поняв, что не так, зверь громко зарычал и развернулся. Ему нужно было уйти отсюда, от этого непонятно человека, от других, которые все ближе и ближе… Нельзя их жрать, нельзя, непонятно почему, но нет! Уничтожитель развернулся и было попробовал кинуться к выходу из подвала, но там уже появились люди, в том числе та девушка, что ранее убежала. Нельзя к ним приближаться! Может не выдержать и порвать кого-нибудь, чего допускать нельзя! Выход, где другой выход? Чисто интуитивно, зверь кинулся туда, где он очнулся, где осознал себя как сущность, к тому непонятному ящику. Одним прыжком оказавшись рядом, уничтожитель неосознанно провел рукой над ним, и крышка начала открываться. Секунда и путь открыт. Напоследок оглянувшись, где к тому моменту, что сидевший у стены мужчина, что вбежавшие несколько людей пялились на него, подсвечивая фонарями. Напоследок рыкнув, зверь нырнул в кокон и, повторно проведя рукой, заставив разбитую крышку закрыться.
«Выберите место выхода: Кокон № 1, Кокон № 2, Кокон № 3» — увидел перед собой сообщение уничтожитель, не понимая, что оно обозначает, но как-то внутри себя осознавая, что нельзя ему туда, где первый пункт. Что-то там такое, что не могло ему понравится. Мясо? Мясо, много мяса! Но неправильное мясо, то мясо нельзя есть оно… свое. Но как? Все равно! Пора сбежать, да осознать случившееся! Снова разум застилает красная пелена и все сильней хочется выбраться из этого тесного помещения и порвать всех снаружи. Поэтому, второй вариант! Мысленно выбрав его, уничтожитель исчез из этого кокона.
* * *
— Отец, где ты? — жалобно спросила Лена в наступившей тишине, боясь, что ответа не будет.
— Здесь, — тихо ответил Александр, убирая с себя невидимость и, взяв рядом валявшийся фонарик, посветив им себе на лицо.
— Ты жив! — радостно вскрикнула дочь и побежала к отцу. Остальные трое, кто пришел с девушкой, кинулись следом.
— Жив, жив, — кряхтя ответил он, вставая. — Даже почти цел, ребро, судя по всему, уже срослось. Какого хрена вы здесь? Что я приказал?
— Да ладно тебе, Саш, — попробовал защитить девушку Максим. — Зато видишь, ссыканул уродец, сбежал.
— Ты дурак? — вздохнув, ответил Александр. — ты уровень его видел? 57! Да он меня тут взмахом руки чуть не убил, а когда я в него стрелял, используя все ускорения и усиления, просто шутя обошел все пули!
— Экая вражина, — почесал затылок Максим. — Опасная тварюшка. С таким только Вован справился бы. Где он, кстати? Может позвать?
— Нет больше Владимира, — ответил отец, хмурясь, а дочь, не выдержав, зарыдала. — Это и был Вовка. Он заразился и превратился.
— Да в смысле? — удивился Макс. — Да быть того не может!
Все остальные также были в шоке
— Может, в группу посмотри.
И правда, в списке участников группы «Зайчики — убийцы» снова значилось лишь четыре человека, как тогда, когда погиб в прошлый раз их пятый участник, Константин.
— Как так-то, Вова… — тихо сказала Светлана и тоже заплакала.
— Чего расслабились! А если он и сидит в том ящике? — встряхнулся Александр и взял себя в руки. — Медленно подходим!
Ощетинившись оружием, они осторожно подошли к кокону и заглянули внутрь. Но нет, как и ожидалось, там никого не было.
— И куда он делся? — спросил Евгений.
— Черт… Надеюсь, ни к себе в деревню… — пробормотал Александр. — Всем ждать здесь! Я в портал! Нужно предупредить!
— Отец, если он туда переместился, то вряд ли ты уже чем-то поможешь…
— Я попробую!
— Я с тобой! — решительно сказал Максим.
— Нет, ждете здесь.
— Саша, если ты сейчас нас тут оставишь — я буду считать это предательством, и прямо сейчас покину свалю на хрен и из группы, и из замка, — прямо сказала Света, остальные ее поддержали кивком.
— Ай, черт, ладно, быстро наверх!
Быстро поднявшись, все, кроме Лены, которую все же уговорили остаться, зашли в портал, оказавшись в деревне. Но тут все было спокойно, никто не объявлялся, лишь «местные» очень удивились прибытию вооруженной команды, даже волки поначалу оскалились, готовясь защищать свой дом, но быстро признали пришедших и подбежали, виляя хвостами. Правда, узнав в процессе разговора между Александром и Петром, с чем было вызвано прибытие «Зайчиков», округу огласил горестный волчий вой, оплакивающий своего вожака.
* * *
Уничтожитель уже осознанно провел перед собой лапой, и крышка кокона открылась. Одним прыжком из положения лежа покинув ложе, зверь оказался в каком-то помещении. Огляделся. Нет, мяса поблизости не видно, лишь где-то вдалеке видны сгустки, показывающие расположение каких-то тварей, которых хоть и можно сожрать, но они не такие вкусные… Но все же, почему уничтожитель считал, что нельзя убивать тех людей? Вот именно тех, кто был недалеко от места его появления. Других можно, но только при необходимости. И как теперь быть? Нет, нужно понять, нужно вспомнить, нужно обязательно все вспомнить. А пока можно заняться тем, что ему очень хочется, до зубовного скрежета хочется, а именно — убивать всех вокруг. Тем более, против тех, хоть не таких вкусных, но тоже питательных целей он не имеет никаких предубеждений. Быстро обнаружив выход наверх, уничтожитель поднялся выше. Посмотрев в зарешеченное окно, он увидел вдали своих первых жертв и оскалился, будто улыбаясь. Хотя, почему «будто»? Разбив рукой стекло, зверь схватился за решетку и потянул на себя. Раздался скрежет и прут остался в руке. Теперь вырвать еще
