- необходимость разработки мер по возвращении на родину уехавших из России людей.
Таким образом, первым пунктом в формулировке национальной идеи, фактически сформулированной Д.И. Менделеевым, должен быть пункт от М.В. Ломоносова:
«Размножение и сохранение русского народа», ибо без принятия необходимых срочных мер в наше время по снижению смертности и увеличению рождаемости государство Российское останется просто «без обитателей» и станет лёгкой добычей для различного рода «друзей» по «антитеррористической» коалиции и борцов за «общечеловеческие» ценности.
Сохранившийся трактат «О размножении и сохранении российского народа» обнаруживает всю широту понимания Ломоносовым общественных вопросов. Он доказывает, что для увеличения количества рождающихся («для обильнейшего плодородия родящих») необходимо:
– устранить браки между лицами несоответствующих лет;
– отменить «насильное» супружество, брак по принуждению;
– отменить закон, запрещающий жениться более трёх раз;
– отменить пострижение молодых овдовевших священников и дьяконов в монахи;
– мирянам запретить принятие монашества: женщинам до 45, мужчинам – до 50 лет.
Для сохранения рождённых необходимо:
– учредить «богадельные домы» для приёма внебрачных детей;
– бороться с болезнями новорожденных;
– устранить вредный обычай крестить младенцев в холодной воде;
– бороться с невоздержностью русского народа и всеми мерами содействовать более разумному образу жизни, не отзывающемуся слишком вредно на человеческом здоровье;
– бороться с болезнями путем организации надлежащей медицинской помощи;
– бороться, по возможности, с причинами смерти от моровой язвы, пожара, потопления, замерзания и т.д. (И.К. Сухоплюев «Взгляды Ломоносова на политику народонаселения»).
Наконец, в психологической науке стали появляться работы, подчеркивающие его несгибаемую веру в научное знание, в важность развития культуры, его «поморская упрямка» в реализации своих планов.
Память о великом русском учёном-энциклопедисте сохранилась в виде географических названий: кратер Ломоносова на Луне, мыс Ломоносова, горный хребет, горы и ледник, плато в Гренландии, бухта в море Лаптева, подводный хребет, горный хребет в Антарктиде, течение в Атлантическом океане, село и город его имени, гавань и отмель на Балтийском море.
По всей стране сооружён целый ряд памятников великому учёному, первым из которых стал памятник Ломоносову, построенный ещё в конце XVIII века Петром Ивановичем Челищевым, совершившим путешествие на Север России в 1791 году.
Ежегодно Академия наук присуждает две Большие золотые медали имени М.В. Ломоносова – одна российскому и одна – зарубежному учёному за выдающиеся достижения в области естественных и гуманитарных наук.
Яркую характеристику личности Ломоносова дал А.С. Пушкин:
«Соединяя необыкновенную силу воли с необыкновенною силою понятия, Ломоносов обнял все отрасли просвещения. Жажда науки была сильнейшею страстию сей души, исполненной страстей. Историк, ритор, механик, химик, минералог, художник и стихотворец, он всё испытал и всё проник».
И вот наступил юбилейный год родоначальника наук русских – Михаила Васильевича Ломоносова.
С какими новыми достижениями пришла наука российская к юбилею М.В. Ломоносова?
С одной стороны, говорится о необходимости «модернизации», «инновационного» развития, с другой стороны, расходы на науку и образование в России устойчиво снижаются. Так, ассигнования на науку гражданского назначения снизятся с 0,5% ВВП в 2011 году до 0,36% ВВП в 2013 году. При этом основные конкуренты наращивают расходы на науку высокими темпами. Стоит отметить, что в СССР на науку выделялось около 3,5% ВВП, да и сам ВВП был продуктом индустриальной державы.
Понятно, что наука, не подкреплённая образованием, не имеет шансов на выживание.
Недаром телевизионный опрос по случаю «Дня науки», который уместнее назвать «Днём памяти науки», дал следующие результаты:
– наука возрождается – 341 голос;
– распродаётся – 6188 голосов;
– эмигрирует – 976 голосов.
В этом плане характерным является отношение демократических властей Санкт-Петербурга к памятному месту: потомки Шумахера, получив деньги на восстановление химической лаборатории М.В. Ломоносова, ничего не сделали для этого.
Перефразируя знаменитое выражение, можно сказать: у русской науки друзей нет. Есть два врага: партия и правительство в лице Министерства образования и науки и Президиум Российской Академии наук.
И только чрезвычайные меры могли бы превратить празднование 300-летнего юбилея первого великого русского учёного Михаила Васильевича Ломоносова не в год памяти русской науки, а в год начала её возрождения.
И только тогда сбудутся пожелания и надежды универсального русского гения:
...О вы, которых ожидает
Отечество от недр своих
И видеть таковых желает,
Каких зовет от стран чужих.
О, ваши дни благословенны!
Дерзайте ныне ободренны
Раченьем вашим показать,
Что может собственных Платонов
И быстрых разумом Невтонов
Российская земля рождать.
В.И. БОЯРИНЦЕВ, доктор физико-математических наук, профессор, член Союза писателей России
P.S. Подробнее о жизни и деятельности великого русского учёного-энциклопедиста и о современном состоянии разгромленных демократическим режимом образовании и науки можно прочитать в работах автора: «Великий М.В. Ломоносов: так начиналась русская наука» («Псковское возрождение», 2011); «Михайло Ломоносов» («Книжный мир», М., 2011).
КУЛЬТУРА И КУЛЬТПАСКУДСТВО
УШЁЛ… НО ОСТАЛСЯ
Ушёл из жизни несокрушимый патриот нашего Отечества, отменный знаток истории, писатель Сергей Николаевич Семанов.
А накануне мы с ним разговаривали по телефону… Так сказать, пытались осмыслить очередные новости с кремлёвского Олимпа. Нет, не жаловался на здоровье. Только о событиях текущих дней.
Он — ленинградец. В своё время закончил Ленинградский университет и уже в Москве аспирантуру Института истории Академии наук. Возглавлял знаменитую серию «ЖЗЛ» в издательстве «Молодая гвардия». В 1976 году – знаменитый, тиражом в 6 миллионов журнал «Человек и закон», где на высоте была русская публицистика.
Моя встреча с ним лично состоялась в 1983 году при весьма любопытных обстоятельствах. Меня и генерала-фронтовика Б. Никольского партийная организация секции прозы объединила в так называемую «общественную комиссию по делу С. Семанова». Как себя вести в сложившейся ситуации, было ясно с первых же до истерики яростных нападок на Сергея Николаевича. В бой пошли одни «богоизбранники» вроде А. Борщаговского. Мол, нам, истинным коммунистам, позорно сидеть в одном зале с этим отщепенцем, никакого ему прощения быть не может, гнать его из партии немедленно!
Что же такого преступного натворил С. Семанов? Он покупал нелегально издававшийся православный журнал «Вече».
Вышла говорить. О чём? О том, что зачем же тратить столько ярости? Так ведь он, Семанов, давно раскаялся. Что, его теперь четвертовать? Он же не бросил свой партбилет и не уехал за границу, как бывает… И мы же, вроде, гуманисты. А он почти три года не имеет работы, а у него трое детей.
На меня набросились. Эти же, «борщаговские», и что особо удручило — зло, не выбирая выражений, известный лётчик-фронтовик. Мол, тоже ещё нашёлся адвокат-защитник! Мол, нас жалкими словами не проймёшь!
Но тут взял слово секретарь Союза Феликс Кузнецов и сказал:
— Не «нашёлся». Не надо оскорблять. Лилия Ивановна — представитель общественной комиссии.
А следом вышел Борис Сергеевич Никольский, бывший начальник политотдела, комиссар, за боевые отличия при форсировании Днепра и участие в схватке с фашистами на плацдарме удостоен звания Героя Советского Союза. После войны он окончил Ленинградский университет и Академию Генерального штаба. Не надо растолковывать, как он защищал «отверженного» С.Н. Семанова и почему.
Одним словом, мы «вырвали из рук» осатаневших как бы экстракоммунистов замордованного человека. И хотя в райкоме, как выяснилось, нашему парторгу А. Жукову был дан приказ: «Из партии исключить!» — этого не произошло. Не «ультракоммунисты» победили, подняв руки за «просто выговор».
А в конце восьмидесятых выявилось, что все эти пенившиеся от ненависти «борщаговские» — обыкновенные лицемеры-прохвосты. Они-то и принялись охаивать и партию, и Советскую власть, а потом, собрав манатки, умчались кто в США, кто в Израиль… Сам «несгибаемый ленинец» А. Борщаговский упокоился в американской земле. Да будет она ему пухом…
