Наступила пауза. Джо видела, как трудно было Дэвиду остаться спокойным.
– Прекрасно. Если ты так хочешь, – процедил он сквозь зубы. Потом сказал уже деловым тоном: – Я возвращаюсь в Монреаль сегодня днем. Перед тем хотел поставить тебя в известность о моих планах относительно коттеджа. Выяснилось, что это памятник архитектуры – редкий пример местного зодчества или чего-то в этом роде. Специалисты посоветовали отремонтировать его. Говорят, это дешевле, чем ввязаться в процесс по получению разрешения на снос. При таком повороте событий во избежание вандализма предпочтительней, чтобы строение было обитаемо. Так что можешь жить в нем сколько угодно. Плата остается той же самой, естественно.
Джо выслушала этот «отчет», и первой ее мыслью было отказаться от коттеджа, сказать, что она уезжает из деревни, и вообще из Новой Шотландии. Но зачем? Ведь она не увидит Дэвида еще долго. Вернется он не раньше следующего лета, а она тогда сама, возможно, уедет.
– Хорошо, – кивнула она. – Спасибо.
И протянула ему руку – надо же было попрощаться по-дружески. Однако она тут же пожалела об этом, потому что, как только Дэвид взял ее руку в свои ладони, ее словно током ударило.
– Решено, значит, – проговорил он, и в его голосе прозвучали грустные нотки, а в глазах появилось странное выражение.
Дэвид поднес ее руку к губам, поцеловал пальцы, потом ладонь. Так обращаются с возлюбленными…
– До свидания, Джо Мартин.
– Д-до свидания…
Она быстро убрала руку, все еще чувствуя обжигающее прикосновение его губ. Ей бы сейчас же уйти, но ноги словно приросли к полу. Да и взгляд отвести невозможно… Но тут раздался какой-то щелчок – это лифт вызвали снизу. Она стремительно рванулась вперед и вскочила в кабину, прежде чем двери закрылись.
Очень разумно поступила, похвалила она себя без особого, впрочем, энтузиазма. Больше никаких поцелуев, какими бы они ни были сладкими, никаких объятий, какое бы наслаждение они ни дарили. От всего этого только проблемы. Нужно быть разумной…
Откуда же тогда взялась эта боль внутри?
6
Дэвид стоял на каменистом утесе и, глядя на катящиеся к берегу сизые волны, думал, что сейчас, в декабре, океан выглядит суровым и мрачным. Горизонта не видно, он скрыт густой серой дымкой, ледяной ветер рвет в клочья пенистые гребни волн и бросает ревущие валы на скалы. Угрюмая картина, вздохнул Дэвид. Не то что в июле…
Слева от утеса среди деревьев виднелась черепичная, отремонтированная крыша старого коттеджа. Насколько можно было судить по документам, Джо все еще там жила – во всяком случае, плата за аренду исправно поступала.
Когда она удрала от него, тогда, в июле, фактически отказала ему, он ужасно разозлился. Его поразила глупейшая аргументация этого отказа – разница в материальном положении, что, по его разумению, любая другая на ее месте сочла бы только за благо. Но если честно, то эта Джо Мартин здорово задела его самолюбие. Он не ожидал подобного отпора от девчонки, которая, казалось, всерьез увлеклась им. Поэтому Дэвид и не стал настаивать на продолжении знакомства. Просто уехал и заставил себя забыть ее.
Но вот теперь, перед Рождеством, неожиданно решил наведаться в эти края. Обычно в это время года он отправлялся в какое-нибудь экзотическое место, подальше от холодной Канады, на острова или на Восток. Но его вдруг потянуло в Новую Шотландию: надо же проверить, как идут дела в отеле во время рождественских праздников.
Дэвид снова посмотрел в сторону коттеджа. Из трубы поднимался дымок – значит, она дома. Ну что ж, можно пойти проведать мисс Мартин. Ничего в этом такого нет… Надолго он там не задержится, так как его ждут срочные дела. Бизнес есть бизнес, даже в канун Рождества.
Дэвид поежился, неожиданно почувствовав, что замерз на холодном ветру. Он застегнул молнию теплой куртки повыше, засунул руки в карманы и зашагал вниз по тропе. Подойдя к коттеджу, он услышал звуки музыки и голос Джо, подпевавшей популярной мелодии. Дэвид остановился в нерешительности: может, не стоит нарушать покой хозяйки? Ну нет, глупо сомневаться. Он постучал в дверь.
– Входите! Открыто!
Комната была такой же, как он помнил, – чистой, уютной, разве что привычного оборудования не хватало. На стенах, на балках потолка висели самодельные рождественские украшения. Топился камин, поэтому в помещении было даже жарко.
Джо сидела за столом, перед ней лежали какие-то металлические пластинки, в руках она держала крошечный паяльник.
Дэвиду казалось, что он хорошо помнит ее – хорошенькая девушка с темными волосами, большими глазами, тонкими чертами лица. Такая сразу привлекает к себе внимание. Сейчас, вроде, все было то же самое, однако… Может быть, память его подводит? Могла ли она за эти несколько месяцев превратиться в настоящую красавицу?
Но тут Джо встала из-за стола, и Дэвид так и обмер – вместо прелестной точеной фигурки, которой он восхищался, располневшее тело, округлый живот.
Его взгляд сказал Джо все. Она знала, что, если он когда-нибудь появится здесь, ей будет трудно скрыть свое положение, но она никак не ждала такой реакции. Это было не просто удивление, даже не шок. В его черных глазах появилось злое, прямо-таки свирепое выражение.
Джо, несмотря на замешательство, решила вести себя так, словно его появление ровно ничего для нее не значило.
– Доброе утро, – сказала она вежливо. – Вот так сюрприз!
Неужели это ее голос? Она слышала себя будто со стороны…
– Для меня тоже, – сухо заметил он, оглядев ее с ног до головы. – Можно тебя поздравить с замужеством? Только я не вижу на пальце обручального кольца. Или ты придерживаешься моды и не носишь его?
Джо вскинула голову:
– Нет. Я не замужем.
На губах Дэвида появилась мерзкая ухмылка:
– Так от кого же этот ребенок? Неужели от того типа, что работает в кухне? Ну, белобрысого такого?
– Ты о Гарри? – переспросила удивленная его наблюдательностью Джо. – Нет, конечно.
Дэвид рассмеялся, правда, как-то деланно:
– Хорошо, что не от него. Меня он всегда раздражал, скользкий тип, и тебе не подходит. Так кто же счастливый отец? Какой-нибудь загорелый красавец, чемпион по серфингу, с которым ты познакомилась на пляже?
– Собственно говоря, Дэвид, это не твое дело, – сдержанно ответила Джо.
Он вдруг кивнул:
– Вот это точно. Слава Богу, не мое. Хорошо, если тебе самой известно, кто отец ребенка.
Джо даже задохнулась от негодования:
– Что ты имеешь в виду?
– Да ты ведь не единственная женщина, которая, оказавшись беременной, не знает, чье имя поставить в графе «отец», – пояснил он, криво усмехаясь. – Думаю, мне просто повезло, что у нас с тобой летом ничего не было, не то тебе пришло бы в голову навязать мне отцовство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
