внизу послышался шорох: в купе ворвались Гару и завязалась драка.
— Бежим, Энжи! — закричал Дайя и, схватив меня за руку, потащил в сторону конца поезда.
— Но там Акид! — запротестовала я. — Мы не можем его бросить!
— А меня и не надо бросать, — услышали мы озорной голос. — Я сам на кого хочешь наброшусь.
Акид взобрался на крышу вагона со стороны сцепления вагонов.
— Вы готовы? — спросил он, догнав нас.
— К чему? — на автомате спросили мы.
— К адреналину! — закричал он и достал что-то похожее на гранату. — На счет «три», прыгайте! Дайя, уверен, ты подстрахуешь Ангелину. Ну, поехали! Раз… — начал отсчет новый знакомый.
— Стойте! Вы хотите взорвать поезд?! — ужаснулась я поведению этого ненормального. — Что вы делаете?!
— Два! — Акид сорвал чеку.
— Эй, вы с ума сошли?! — практически в истерике я взглянула на Дайя, который ничуть не реагировал на тот факт, что этот мужчина собирается убить сотни невинных пассажиров. — Дайя, останови его!
— Три! — прокричал Акид и первым спрыгнул с поезда, при этом он с силой метнул гранату внутрь вагона.
~*~
— Три! — радостно хохоча Яна сделала изящный кувырок и спрыгнула с поезда. До Акида теперь доносился лишь ее игривый крик: — Прыгай, Акид! Не боись!
Кондуктор уже ворвался в вагон и чуть было не схватил молодого человека, но тот уже ласточкой выпрыгнул из состава. Акид перекатился по траве и распластался на поляне. Он лежал и пялился в небо, чтобы прийти в себя, как солнце закрыло улыбающееся лицо любимой девушки. Она страстно поцеловала его и, резко отстранившись, потянула его за руку:
— Все, вставай, чего разлегся! У нас еще куча дел!
Не сумев вернуть любимого в вертикальное положение, девушка надула губы и бросилась бежать по поляне. Акид смеясь уже присел сам и с умилением наблюдал за этим странным существом: Яна будто парила. Ему казалось, что сейчас у нее вырастут крылья и девушка вознесется в небеса подобно пушинке. Ветер развевал ее черные локоны, а солнечные лучи делали легкое летнее платье практически прозрачным, и он мог лицезреть изгибы ее гибкого и такого умопомрачительного тела.
— Ну, давай! Догоняй меня! — Яна развернулась и шутливо крикнула ему.
Акид сорвался с места и бросился за любимой. Увидев надвигающегося мужчину, она радостно визгнула и ускорила бег, но куда там сравниться с Акидом! Немного напрягшись, он схватил любимую и закружил ее.
— Акид, гаденыш! Отпусти меня! — капризно потребовала Яна, пытаясь лягнуть его.
— Ах, так я еще и гаденыш?
— Ты самый ужасный, самый противный, самый страшный! Я тебя жутко боюсь, — засмеялась девушка, целуя его в нос.
— Это я тебя боюсь, — Акид прижал любимую к себе и вдохнул аромат ее волос.
Он реально первое время ее боялся. Нет, не боялся, он был просто шокирован… или поражен. Он шел по переулку в одинокий осенний вечер, как внезапно из-за угла выскочила девушка. Увидев его, она сдернула с его шеи шарф, набросив на себя, и впилась губами в его губы, опьяняя сладостным поцелуем.
Акид не был человеком, целующимся на каждом углу с незнакомками, но эта девушка просто отрезала любые пути к отступлению… Она просто отключила его мозг, не дав даже попытки здраво мыслить. Акид находился в такой прострации, что не заметил, как мимо них пронеслись двое мужчин в форме охранников, кого-то выискивающих.
Когда эти двое удалились, незнакомка отстранилась, лукаво улыбнулась, достала из кармана кольцо и победно надела себе на палец.
— Спасибо, зай, — прошептала она и подарила ему еще один легкий поцелуй. — Ну, я пошла.
Развернувшись, она летящей походкой стала удаляться в сторону проспекта. Акид еще некоторое время завороженно наблюдал за ней, пока не понял, что совершает глупейшую ошибку. Догнав ее, молодой человек вдруг остановился, не зная, что сказать.
— Что, за шарфиком? — девушка повернулась к нему и опять улыбнулась.
— Да, — выпалил он.
— Бяка, — незнакомка смешно сморщилась и сняла шарфик. — Держи, жадина.
— Нет! Оставь себе! — воскликнул Акид. — Я…
— А давай поужинаем вместе? — внезапно предложила она. — В благодарность, так скажем.
— Да, конечно!
С этого дня его мир перевернулся. Яна оказалась самой странной девушкой, которую он встречал. Точнее, которую он мог бы вообще вообразить. Все правила, которые он успел установить за свои двадцать три года, превратились в список стереотипов, которые Яна поставила целью обязательно нарушить.
Она оказалась авантюристкой и аферисткой. И затянула его.
~*~
— Не-е-ет!
Я уже не слышала свой крик, так как в следующую секунду все вокруг померкло. Голова раскалывалась от боли и готова была просто взорваться. Только жуткая резь в животе помогла прийти в себя. Такое ощущение, что внутри что-то оборвалось…
— Энжи, что с тобой? — испуганный голос Дайя. Его нежные руки приподняли меня и отряхивали лицо от песка.
Дикая боль в животе заставила скорчиться и застонать от страданий. По внутренней стороне бедер стекало что-то липкое и горячее.
— Откуда кровь… Нет, не может быть… — шепот Дайя удалялся.
Чьи-то незнакомые голоса… Бессвязное бормотание…
Я сморщилась и приоткрыла глаза. Слабость во всем теле. Незнакомый белый больничный халат. С трудом я улавливала слова…
… один месяц… не уследили… нужен отдых… вы муж… ребенок…
«Ребенок!» — вспыхнуло в голове, и это слово резко вернуло меня в реальность.
Я повернулась набок и впилась зубами в подушку, чтобы не зареветь в голос.
У нас с Дайя был малыш.
Наш крошечный малыш… плод нашего любви, которого мы не уберегли… не спасли… не защитили…
К моим содрогающимся от всхлипываний плечам прикоснулись знакомые теплые пальцы. Я медленно присела и обняла Дайя.
— Боже, Дайя… за что… за что наш малыш… — мне было трудно дышать. — Это я виновата… Я убила нашего ребенка.
— Ты… ты не виновата… — голос Дайя дрожал. Он гладил меня по спутавшимся волосам и целовал в лоб. — Ты не виновата. Это все граната. Она издает высокочастотные звуки, которые должны были на время оглушить Гару. А наш малыш… никто не виноват… Акид не знал…
— Акид! — прорычала я, оттолкнув Дайя и срываясь с кровати. — Где он?! Я убью его! Убью!
— Успокойся, кис, — взмолился муж, стараясь усадить меня обратно на кровать. Но я металась, кричала, пыталась оттолкнуть его. — Тише, а то сюда сбегутся врачи! Акид действительно не виноват. Он спас нас от Гару, отвез тебя в больницу.
— Он спас нас, но убил ребенка! — всхлипнула я, обняв себя за живот. Странно, но я ощущала опустошенность, хотя до этого даже не знала, что несу в себе новую жизнь. — Прости, малыш… я… плохая, ужасная мать… Я даже не знала о твоем
