ткань, которая тут же впитали кровь, поменяв цвет. Достала флакон с аконитом, поднесла к носу девушки. Та закашлялась, но пришла в себя.
— Слушай меня, мне нужна твоя помощь. В тебе еще есть силы, ты сможешь родить, а после выпьешь настойку, которая поможет восстановится.
— А почему… — ее голос хрипел, губы еле шевелились.
— Потому что эта скажется на ребенке.
— Он?
— Здоров. Пока. Но тебе нужно контролировать процесс. Дыши. И тужься, когда я скажу. Поняла?
Она не ответила. Кивнула.
— Умница, девочка, — кивнула в ответ. — Ланс, возьми ее за руку. Ей нужна поддержка.
Друг сделал, как велела. И только он протянул ладонь, как девушка мертвой хваткой вцепилась в него. Лицо офицера светлой стражи исказила гримаса боли, но он мужественно промолчал. Хороший мальчик.
Обработала руки настойкой из водорослей. После чего нырнула под юбку (в прямом смысле). Проверила раскрытие шейки матки. Четыре сантиметра. Значит она в таком состоянии уже шесть часов. Много. Слишком много для той, кто истекает кровью.
— Держись, девочка, — успокаивающе погладила драконессу по бедру. — Дыши, — тут же напомнила. — Дыши. Сейчас тебе нужно дышать. Я попытаюсь залечить разорвавшиеся сосуды, не задев малыша. Твоя задача не спать, — выползая из-под юбки, посмотрела в красные от слез глаза. — И дыши, девочка, дыши. Ланс, — перевела взгляд на друга. — Дыши вместе с ней. Вдох-выдох, — показала в каком темпе следует делать дыхательное упражнение, после чего погрузилась в тщательное изучение организма роженицы.
Сердце сильное, эти роды оно выдержит. Живот тверд, как и должен быть у дракона. А вот плод. Он не в яйце, а как и у смертных людей плавает в утробе. Такого не могло быть. Не… Погодите. Не могло быть такого, чтоб у дракона ребенок родился в человеческой ипостаси, если… Если только один из родителей не был либо человеком, либо полукровкой. Но сейчас это лишь догадки.
Раны от острого дождя затягивались медленно, но их было немного. Прибегая к магии, заставила тело драконессы заживлять кожные повреждения. Это было просто. Сложнее было остановить кровь, которая текла из влагалища. Ибо это было естественное физиологическое кровотечение, которое остановится само после того, как девушка родит плаценту. Но я никогда не видела, чтоб беременные во время родов теряли такое количество крови. Да что там говорить. Жена Дазара была первой, чьи роды я принимала.
— Несса? — Ланс позвал меня, не прекращая дышать.
Прошло два часа. Шейка раскрылась еще на сантиметр (даже полтора).
— Дыши, Ланс, дыши, — проговорила я, меняя окровавленную ткань на чистую. — До восхода все равно не родим, — ответила на его немой вопрос.
Пока друг держал девушку, которая время от времени вскрикивала от боли, думала, в какое лечебное место ее отнести, после того как она разродится. В том, что ей нужна будет помощь мастер своего дела, я не сомневалась. Вот только у меня было не так много знакомых лекарей, которые принимали роды у драконов. Был один. Надеюсь, он не переехал, как планировал. Сменив в очередной раз кусок ткани, проверила раскрытие шейки. Восемь сантиметров. Здорово. Осталось немного. Каких-то четыре часа. А после начнется веселье под названием «потуги». Время, когда девушка своими силами помогает малышу родится на свет.
— Она ведь человек, — подал голос Ланс, потный и усталый от дыхательных упражнений. — Почему она так долго раскрывается?
— Полукровка, — подтвердила его и свои догадки. Это у смертных девушек шейка матки раскрывается за восемь-десять часов. У драконов на это могут уйти все двенадцать, а то и пятнадцать часов. И это учитывая, что драконесса не рожает ребенка, а высиживает яйцо в обличье своего зверя. А как дела обстоят с полукровками… Мне сказать трудно. Помимо племянницы и этой девушки, видела еще двоих полукровок. Про роды, конечно же, их не спрашивала — как-то не до этого было.
— Разлом роди меня обратно, — выругался офицер. И в этот момент началось.
— Помнишь, что я тебе говорила в самом начале? — крайний раз посмотрела на девушку. Она кивнула. — Дыши, моя милая, и тужься, — она послушалась и, если бы не заклятие, скрывающее шум под куполом, девичий крик оглушил окрестность вокруг.
— Давай, милая, давай. Дыши, — я принялась дышать вместе с ней, помогая попасть в нужный ритм.
— А-а-а, — рвала горло молодая мамочка, но дышать не забывала.
— Тужься, родная, тужься. И дыши.
Как там проживал друг я не знала. Все мое внимание было сконцентрировано на девушке и малыше, чья голова уже появилась на свет.
— Милая моя, давай, не останавливайся.
Очередной крик оглушил меня. Звон в ушах стоял громкий. Но как только на руках моих оказался ребенок, все звуки стихли. Шлепнув младенца по кровавой попке, затаила дыхание. И кажется не я одна.
И вот раздался долгожданный плач младенца.
Выдохнула с облегчением. Услышала, как расслабился Ланс и молодая мама. Улыбнулась.
— У тебя мальчик, моя милая, поздравляю.
Отрезав пуповину, укутала младенца в чистую ткань и передала очнувшемуся от криков жены Дазару.
Еще через какое-то время девушка повторно родила плаценту, после чего я вновь осмотрела ее на наличие внутренних разрывов, которые, к несчастью, были, но опасности для мамочки не представляли. Зашив все раны, как и обещала дала выпить девушке энергетическую настройку. После чего девушка моментально уснула, так и не подержав на руках своего малыша. Но это не страшно. У нее потом много времени будет, чтоб налюбоваться своим сыночком.
— Куда мы теперь? — Ланс был не в силах стоять, про переброс и говорить нечего.
— Навестим старого друга, — ответила, нажав на браслет, что напрямую соединял меня с братом.
* * *
Солнце было в зените, когда Вар перенес нас к лечебнице одного дракона, чью жизнь когда-то спас брат. Противный старый мужик, который никогда не любил оставаться у кого в долгу и уже тем более не любил маленьких детей и молодых мам. Но он был единственным, кто мог нам помочь.
— Мистер Гран? — постучалась в дверь.
Не прошло и минуты, как дверь распахнулась, являя нам высокого, но уже полностью седого мужчину. Его густые снежные брови при виде нас покрытых кровью сдвинулись на нос. А когда его затуманенный взгляд приметил ребенка он попытался закрыть дверь. Вот только я была настолько уставшей, что до любезностей мне не было дела.
— Долг, — напомнила я ему. — Приютив молодую семью и поставив девушку на ноги, вы вернете моему брату долг, — я говорила серьезно, голосом, не терпящим возражения.
— Когда? — спросил знахарь.
— Полчаса назад, — поняла его.
— Проходите, — нехотя, мужчина пропустил нас в дом. Вар занес девушку первым и уложил на кровать, куда указал мастер
