Около четырех Линда задремала. Чарли осторожно вытащил у нее из пальцев наполовину докуренную сигарету и загасил в пепельнице, прибавив к внушительной горе окурков. Сняв с себя одеяло, он подложил его сестре под голову. Она слабо пошевелилась, но не проснулась. «Хорошо, – подумал Чарли. – Пару-тройку часов она не будет ни о чем думать… Погано! Как же все погано!» Линда уже потеряла жениха в этом проклятом месте. Пусть это было давно, но она до сих пор не приняла, не смирилась с этим. Время немного приглушило боль, но не смогло стереть до конца. Чарли каждую минуту чувствовал это. Видел воспоминания о Бенни в глазах сестры, в каждом жесте; слышал в каждом слове. А теперь и Майкл. Чарли не понимал почему, но тот был утешением для Линды: Майкл в норме, и она в порядке. Он не стал заменой Бену – здесь было что-то другое, что-то выше понимания. И вот теперь он исчез, сгинул, так же, как полтора года назад Хорек. В том, что он не вернется, Чарли не сомневался.
Он включил рацию и снова стал вызывать «сабурбан».
Линда проснулась без десяти семь утра. Она медленно подняла голову и неуверенно осмотрелась вокруг, как будто не понимая, где находится. Отпечаток одеяла на ее щеке горел, словно след от пощечины. Ее глаза встретились с глазами брата. Линда резко выпрямилась, поморщившись от боли в затекшем теле.
– Я заснула, – сказала она.
– Да.
– Почему не разбудил?
– Тебе надо было отдохнуть. С рацией я и сам справлюсь.
– Все равно, ты…
Она провела рукой по волосам.
– Ничего?
– Ничего.
– Сколько времени?
– Почти семь.
– Надо ехать к Краучерам.
– Не хочешь сначала позавтракать?
– Нет!
Утренний Санта-Розита был пуст и молчалив. За всю дорогу они не встретили ни одной машины. Даже военных не было видно.
Линда, бледная и решительная, сидела рядом с братом, но мысли ее носились очень далеко. Она знала, что шанс встретить Майкла в Пустоши практически равен нулю. Надежды не было. И все-таки она надеялась. Непонятно на что – на что-то. Пусть не вернуть, пусть не найти, тогда просто броситься вслед и бежать по той же дороге, пока…
Не важно.
Гораций Краучер, младший из братьев, возился на небольшой делянке у дома. Рожденные в фермерской семье, братья не смогли преодолеть в себе тягу к земле. За обширным гаражом они устроили целое поле, где выращивали всего понемногу: лук, чили, картошку. Выращивали в основном для себя, но иногда их можно было увидеть на местном рынке, когда год выдавался хорошим и урожай был обильным.
Гораций работал один. Завидев машину, подъехавшую к гаражу, он отложил лопату и, прикрыв рукой глаза от солнца, стал рассматривать пришельцев.
– Привет, Гор! – крикнула Линда и помахала ему рукой.
Гораций поднял руку в ответном приветствии. Ему нравилась Линда. Она была хорошей, симпатичной девочкой. Он воспринимал ее, как и все райдеры, как боевую подругу, всегда готовую помочь и поддержать. Хотя Линда годилась ему в дочери, Гораций часто ловил себя на мыслях – вполне определенных мыслях. Но дальше мыслей дело никогда не заходило. Да и зачем? У каждого мужчины есть мысли, но не каждая женщина из этих мыслей может принадлежать мужчине. Так устроен мир. И это не самый хреновый мир из множества возможных.
– Заходите! – крикнул он. – Калитка не заперта!
Линда и Чарли вошли. Гораций поздоровался с ними, и они уселись в тени дома на расшатанных деревянных стульях. Он закурил и подвинул на середину старую жестянку из-под бобов, которую использовал как пепельницу. Линда тоже закурила, делая частые короткие затяжки.
– В этом году плохой урожай, – пожаловался Гораций, оглядывая огород. – Совсем не было дождей. Земля твердая, как камень. В девяносто восьмом было такое же лето, почти все посохло.
– Гораций, – сказала Линда, – случилась беда.
Он вздохнул и сбросил длинный столбик пепла в жестянку. Потом посмотрел на Линду.
– Майкл?
Она кивнула.
– Он осторожный парень. Зачем ему понадобилось ехать ночью?
– Военный заказ. Но это не все. – Линда решила, что будет говорить откровенно. – С ним ехал пассажир.
Густые брови Горация приподнялись.
– Пассажир?
– Да.
– Интересно.
– У нее в Кубе сестра. Она специально приехала сюда из Вермонта, чтобы разыскать ее.
– Вермонт? Далековато. Да… Люди волнуются за своих родных. Сколько народу пропало в этой хренотени. И наш Майки согласился ее доставить?
– Да.
Гораций кивнул.
– Глупо.
– Знаю. Нам нужна ваша помощь!
– Вы хотите поехать за ним?
– Да.
– Линда. Я люблю тебя – как дочь родную люблю, но ты же знаешь, что у них нет ни шанса. Сколько раз такое случалось. Это просто… Такая жизнь.
– Да, я знаю. Я все понимаю. Но я не хочу… Понимаешь, я не могу просто взять и смириться. Мы должны хотя бы попытаться! Он ваш друг, он такой, как вы. Нельзя его бросать!
– Когда пропал Майкл?
– Двенадцать часов назад.
Гораций замолчал и довольно долго сидел, глядя в стену гаража. Потом поднял жестянку и старательно загасил сигарету.
– Пойдемте в дом, ребята. Я свяжусь с братом. Он у Рози. Нам надо вместе это обмозговать.
Пока Гораций говорил с братом, Линда мерила шагами маленькую кухню. Несмотря на то, что она почти не спала ночью и валилась с ног от напряжения, девушка не могла сидеть. Ожидание было невыносимым, казалось, что с каждой минутой и без того ничтожная вероятность найти Майкла становится все меньше.
Через пять минут Гораций вернулся.
– Гомер будет здесь через четверть часа, – он посмотрел на Линду. – Я так понимаю, что вы еще не завтракали?
– Вы поможете? – спросила она.
– Думаю, да. Люди должны помогать друг другу. Особенно в таких местах, как это. Сдается мне, что и брат со мной согласится.
– Спасибо!
– А ты, Чарли, что скажешь? Что-то ты все молчишь.
Чарли поднял голову. Он так устал, что с трудом мог соображать.
– Я? Не знаю. Наверное. Наверное, стоит попытаться. Хотя бы для того, чтобы можно было спать спокойно.
– Да уж… В любом случае, спокойно поспать тебе удастся не скоро. Нехорошие игры вы затеяли, ребята. С пассажирами. Надеюсь, больше вам не захочется этого делать.
Чарли покачал головой.
– Лично мне нет.
Линда промолчала.
Гораций включил чайник и сел за стол.
– Пустошь меняется, – сказал он, глядя в окно на синюю полоску неба. – Она становится другой. Совсем не такой, как год назад. Там что-то происходит. Думаю, нам всем пора с ней завязывать, пока мы еще живы.
– Что ты имеешь в виду?
Гораций пожал плечами.
– Она меняется, – повторил он. – Сдается мне, скоро все эти хитрости, что придумали Бен и Майкл, перестанут действовать. Я так думаю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
