покрывал уже крупный булыжник того же качества и цвета. Делалось это на века. Даже наши танки не наносят никакого ущерба этим мостовым. Это тебе не асфальт, который не выдерживает и одного проезда тяжёлой бронетехники.
Вид этой мостовой, тротуара и аккуратных немецких домиков, с обязательным малюсеньким палисадником, который мог себе позволить немец на окраине города, вызывал в памяти события моего времени. Сколько интересного я увидел за годы службы в Германии, сколько интересных мест посетил, сколько всего пережил и понял и, самое главное - нашёл свою любовь. Любовь на всю жизнь, как мне представлялось. Разве мог я подумать тогда, 20 летний пацан, что ждёт меня впереди? Что нас всех ждёт? Через какие тяжёлые, а иногда и страшные события мы пройдем. И чем закончим...
Так, погрузившись в воспоминия я быстро шел по тротуару. Встретить немца вечером в обычный день практически невозможно. У них не принято болтаться без дела. Только в выходные дни они позволяют себе слегка расслабиться.
Далеко впереди, из боковой улицы выехал грузовик и стал поворачивать в мою сторону.
Береженого бог бережёт! Я успел переступить через низенькую оградку палисадника и спрятаться за кустом чего- то пахучего. Через несколько минут мимо меня прогремел военный Урал с кузовом покрытым тентом и красной звездой на двери.
Вовремя я среагировал! Кто знает, что мог подумать старший в машине увидев на пустой улице стриженного "немца" в спортивном костюме? Подождав ещё с пол-минуты, я выбрался и продолжил путь.
Вот и Вокзальная. Теперь нужно свернуть направо и уже по знакомой улице - в центр. По дороге к дому Габи, я только дважды встречал припозднившихся немцев, которые не обратили никакого внимания на экстравагантно приодетого "немца". Мало ли какие странности встречаются у нынешней молодежи! Я забыл, где именно нужно свернуть с Банхофштрассе на боковую улицу, но за пару кварталов увидел шпиль католической церкви, куда ходила Габи почти каждый день, будучи убежденной католичкой. Однажды она даже меня уговорила зайти туда, в специальный зал, где собиралась только молодежь и молодой же пастор беседовал с ними " за жизнь" изредка прерывая свою речь пением псалмов под крутой электроорган. Я был в восторге! От органа.
Свернув к собору, я уже через пару минут был у дома Габриэль на Хохштрассе, 8. Этот адрес я помнил всю жизнь. Почему - то...
Огромный кирпичный, ещё имперской постройки, дом с одним подъездом. В прошлые времена здесь явно сидел привратник, теперь же ограничились домофоном со списком всех жильцов и кнопками напротив. Кстати, это чудо, домофон, я тоже впервые увидел в Германии. Раньше я даже не подозревал об их существовании.
Да, вот и нужная фамилия - Хеттвер. "А если бы в этой реальности семьи Хеттвер не существовало, что бы я стал делать?" - внезапно возникла мысль. Нет, пока изменения до таких радикальных отличий не дошли, я же пока ничего особого не сделал. Ну, подумаешь дал в морду сержанту, что ещё? Стибрил песню у Модерн Токинг. Даже не украл, а просто мы её начнём играть раньше их, но кто её услышит? Пусть и они потом поют, жалко что ли?
Господи, о чём я думаю?! Постарался унять взявшуюся вдруг откуда-то нервную дрожь.
Собравшись с духом, я легонько нажал на кнопку. Только бы подошла Габи, а то объяснятся с родителями, да ещё по домофону, я не очень готов.
- Ja? - услышал я нежный голосок. Она! Оказывается за все эти годы я не забыл её голос...
- Здравствуй, Габи... - тихо сказал я.
В динамике повисла тишина.
-Wer ist das?- после некоторого молчания спросила Габриэль.
- Пожалуйста , спустись вниз. - продолжил я так же в полголоса. - Меня зовут Александр, но ты меня не знаешь. Пока... - я запнулся. Ага, скажи, что мы были знакомы, когда она была на два года старше.
- Пожалуйста, - повторил я. - Не бойся, я ничего тебе не сделаю!
Боже, что я несу?!
Оказалось, что и с Габриэль я не совсем готов общаться.
Я как-то забыл подготовить нужные слова, запамятав, что только для меня эта одна из десятков встреч с ней, хоть и в далёком прошлом, а для неё совершенно невероятная ситуация: в обычный декабрьский вечер, вдруг звонит домофон и оттуда какой-то русский предлагает ей выйти в подъезд, да ещё и не бояться!
Прекрасное начало!
- Габи, пожалуйста, мне очень нужно с тобой поговорить. - продолжил я . - Это очень важно для... - я запнулся - для всех нас: для тебя, для твоих родителей, для...
- Хорошо, - вдруг перебила она меня на русском, - я сейчас выходить. Выйду...
Акцент у неё сильнее, чем был. Ну да, сейчас она только в десятом классе или одиннадцатом? А расстались мы с ней, когда она уже закончила 12-й и поступила в академию. Какую именно, я уже и не помнил...
Фу, не бросила трубку домофона или не начала истерить - уже хорошо!
Хотя, она всегда отличалась спокойствием и рассудительностью. Я вдруг только сейчас осознал, что ни разу не видел её расстроенной, обиженной или тем более раздражённой. Как это тогда прошло мимо меня? Наверное в молодом возрасте мы многое не замечаем, обращая внимание совсем на другое. Отсюда и все эти многочисленные "ошибки молодости".
На лестнице послышались тихие голоса и за стеклянной дверью я увидел спускающуюся Габриэль. Следом за ней шёл её младший брат. Молодец, подстраховалась!
Щёлкнул замок и Габи открыла дверь подъезда, придержав её рукой. Моё сердце споткнулась и сбилось с ритма. Боже, как она хороша! Почему я не помню, чтобы она произвела тогда на меня такое впечатление? Неужели у неё была не совсем такая внешность? Да нет, с чего вдруг? Все кого я знал тогда и сейчас абсолютно такие же. Или глаза двадцатилетнего видят по-другому?
Я вспомнил, как она всегда при встречи обнимала меня за шею прижимаясь всем телом и невольно улыбнулся.
- Привет, Тоби! - поздоровался я с братом.
- Откуда ты знаешь как зовут моего брата? - её тонкие брови удивлённо поднялись.
Каждое её слово, каждый жест и мимика вызывали во мне слишком сильные, неадекватные эмоции. Я их практически не контролирую. Что со мной происходит? Это так влияет молодое тело на зрелый мозг? Или наоборот ? И как с этим справиться? Даже прилипшую к губам улыбку не могу согнать.
