class="p1">- Понимаю, - ответила я неловко, пристыжённая его словами, хотя вряд ли герцог собирался меня стыдить.
- Только захватите портрет, пожалуйста, - попросил он
- Да, конечно, - я взяла портрет и пошла следом за де Морвилем по вымощенной дорожке, с двух сторон заросшей пышными зарослями лопухов.
Герцог отпер дверь, зашёл в дом первым, зажёг фонарь и обошёл все комнаты. Дом был совсем небольшой – всего два этажа и пять комнат. На мебели лежал слой пыли, но в целом было чисто, и даже уютно.
- Пусто, - объявил де Морвиль, вернувшись с чердака. – Как видите, никто не прячется в темноте.
- И это удивительно, - отозвалась я.
- Не бойтесь, Сесилия. Мы в королевском квартале. Он охраняется лучше, чем государственная граница. Ваша комната будет вот здесь, - он проводил меня к двери и поставил мой чемоданчик на пол, показывая, что входить вместе со мной не собирается. – Она лучшая в доме. А вот ванна, к сожалению, только одна. Сейчас я затоплю котёл и согрею воды.
- Нам определённо нужен кто-то третий, - сказала я глубокомысленно, и герцог посмотрел на меня, приподняв брови. – В смысле, нам нужен хотя бы один слуга, - сказала я, пытаясь побороть смущение от того, что нахожусь в пустом доме, ночью, наедине с мужчиной, который безумно нравится и с которым мы чуть-чуть не дошли до любовного греха. – Чтобы вашей светлости не приходилось собственноручно топить печи.
- Думаете, не справлюсь? – поинтересовался герцог.
Он держал фонарь, и его свет придавал особый блеск глазам, а белые волосы превратил в золотисто-рыжие.
- Не сомневаюсь в ваших талантах, - ответила я, забрав чемоданчик. – Я наблюдала за вами во время ремонта в Эпплби. Вы многое умеете, но ваш титул к этому не обязывает.
- Я воевал, - ответил он, - в походах всему учишься очень быстро. В том числе, обходиться без слуг. Но нам, действительно, кто-то нужен. Хотя бы для того, чтобы не пошли слухи, что мы живём вдвоём. Королева этого не потерпит.
- И я даже знаю, кто нам нужен, - быстро сказала я. – Эбенезер. Я беспокоюсь о нём. Не представляю, что он чувствует после казни дяди и моего исчезновения. В его возрасте такие потрясения опасны.
- Он ни в чем не нуждается, - заверил меня герцог.
- Уверена, что вы всё сделали лучшим образом, милорд. Но ещё уверена, что Эбенезеру будет лучше рядом со мной. У него нет никого из родных, а оказаться на старости лет в чужом доме, среди чужих людей… Никакие деньги тут не помогут.
- Завтра же пошлю за ним, - заверил меня де Морвиль.
- Благодарю, - сказала я очень искренне. – Только ничего не говорите ему, пока мы с ним не увидимся. И про дядю не говорите. Эбенезер замечательный, но уже старик. Ему не надо знать опасных тайн.
- Вы правы, - согласился герцог. – Не волнуйтесь ни о чём. А теперь вам нужна горячая вода, и я немедленно отправляюсь за дровами.
Когда он ушёл, я открыла дверь в комнату и сразу поняла, что это - комната герцога. Поставив чемоданчик и картину возле порога, я огляделась. Здесь герцог жил дольше, чем в Эпплби, и мне было интересно узнать этого человека чуть больше – по обстановке, к которой он привык, которой окружил себя.
Простая добротная мебель, никаких ковров, шкаф с книгами, дорогой письменный прибор, пресс-папье в форме спящего льва – вещей было немного, но все отменного качества, призванные служить долго, а не быть замененными в следующем году, когда мода на милые безделушки поменяется. На секретере стояла церковная свеча в медном подсвечнике, она уже горела, и я подошла помолиться, чтобы попросить небеса о помощи.
Но молитвы не получилось, потому что на секретере я заметила кое-что, что не принадлежало герцогу де Морвилю – мою маскарадную маску, в которой я была на празднике в королевском дворце.
Набожные мысли тут же разлетелись в разные стороны.
Королева сказала, что герцог влюблён в преступницу Сесилию… Случайно или умышленно он положил мою маску рядом с освящённой свечой?..
Волнение и нежность охватили меня с особенной силой, и я почувствовала, что мне просто необходимо сделать что-то хорошее для человека, который берёг меня даже в тайне от меня самой.
Он пошёл топить печь и котёл, а я… Я тоже вполне могу сделать что-то по дому. Например, накрыть на стол, чтобы устроить поздний ужин. И хоть немного привести в жилой вид этот одинокий дом. Неужели герцог жил здесь совсем один?.. В то время, как я веселилась в компании Винни, объедалась вкусностями и увлеченно слушала медицинские споры дяди и его учеников, герцог жил здесь, совсем рядом… наедине со своими обязанностями и болезнью… и я ничего не знала о нём…
Но теперь-то знаю. Засучив рукава, я первым делом утащила в столовую корзинку с провизией, с третьей попытки разожгла огонь в камине. В доме герцога был самый настоящий водопровод – роскошь, от которой я отвыкла и Эпплби, там воду приходилось таскать из колодца. Я тут же наполнила чайник и поставила его над огнём, смахнула пыль со стола и стульев и ополоснула тарелки, а потом отправила их на каминную решётку, чтобы согреть. На тёплых тарелках еда остывает не так быстро, а горячая еда, как любил повторять мой дядя – залог здоровья. Вспомнив о дяде, я ощутила смутное беспокойство. Как он там уживётся с леди д`Абето? Она – дама с непростым характером. Но и дядя терпеть не может, когда ему указывают, что делать. Надо было попросить герцога де Морвиля, чтобы он на всякий случай спрятал ружьё…
- Сесилия! – позвал меня из коридора герцог, и я поторопилась выйти.
Де Морвиль стоял возле дверей, отряхивая руки от угольной пыли, и на щеке и подбородке у него тоже красовались угольные пятна. Я поднесла руку к лицу, пряча невольную улыбку, но герцог не заметил и простодушно сказал:
- Печь затоплена, вода скоро закипит, а я отведу лошадей.
- Хорошо, - коротко ответила я.
- Отдохните после дороги и поешьте, - продолжал он, - только не принимайте ванну без меня.
- Хорошо, - ответила я так же коротко, но не удержалась и прыснула.
- Не подумайте ничего плохого, - по-своему понял мой смех де Морвиль. – Я не об этом. Просто
