- Я - воин, - усмехнулся Хси. - Я не вмешиваюсь в ссоры женщин.
- Ох! - сердито крикнула Блокету.
Я улыбнулся сам себе. Похоже, что Хси отлично справился с этим спором. Конечно, для него было бы ниже его достоинства, вмешаться в подобное дело. У него, как у Солдата Слина в данный момент исполнявшего обязанности по поддержанию порядка, в день охоты, хватало забот, намного более важных, чем отвлекаться на успокоение оскорбленного тщеславия какой-то женщины.
- Стадо слишком близко, - напомнил Хси. - Вы - все, должны покинуть это место.
Мы приготовились уходить.
- Отдельно, - приказал Хси.
От его команды, у меня волосы встали дыбом.
- Там, - указал Хси на юго-запад, - лежит туша убитого быка с расколотыми рогами, возрастом около тридцати зим.
- Но у него никуда негодные мясо и шкура, - озадаченно попыталась протестовать Блокету.
- Займись им, Блокету, - распорядился Хси.
- Да, Хси, - ответила она, и обе девушки, Блокету и Ивосо, развернули свою кайилу и направились прочь, оставляя за собой две линии от шестов волокуши. Я наблюдал, как трава вновь поднимается позади них. Через несколько минут для любого, даже опытного следопыта, замечающего каждый сломанный стебель, будет трудно определить, что они прошли этим путем.
- Там, - указал Хси, нам на юго-восток, - есть лощина, в которой лежит убитый бык, Гладкие Рога, возрастом не больше шести зим. Займитесь им.
- Да, Хси, - покорно сказал Кувигнака.
Гладкие Рога означает молодого, сильного быка. Его рога ещё не сломись в боях, или от возраста. Гладкость рогов, кстати, вовсе не, просто, естественное явление. Быки полируют их сами, натирая их о наклонённые ветви и стволы деревьев. Иногда они могут даже прижимать их лапой вниз к земле в верхней части промоин и затем использовать вымытые твёрдые минералы в качестве абразива для обработки. Очевидно, эта обработка имеет двойное назначение - очистка и заточка рогов. Оба назначения полезны с точки зрения выживания вида, последний процесс особенно. Улучшая рога как оружие для нанесения колющих и режущих ударов, быки сами очищают стадо от слабых и больных особей, погибающих в результате боев. Таким образом, полировка быками своих рогов является инструментом естественного отбора, что в конечном итоге имеет последствия, благоприятные для выживания кайилиаука как вида.
- Ваши кайилы устанут, - предупредил Хси, и посоветовал: - Распрягите их из волокуш. Получше присматривайте за ними, а лучше стреножьте их поблизости от того, места, где будете работать.
- Да, - недовольно сказал Кувигнака.
- Теперь идите, - велел воин, указывая направление.
- Да, Хси, - ответил мой друг.
Когда молодой Солдат Слин отъехал подальше, я вытер пот со лба. Оказывается, я весь вспотел от нехороших предчувствий.
- Что всё это значит? – спросил я в недоумении.
- Всё это мясо на наших волокушах, должно быть разгружено, - пояснил Кувигнака. – Боюсь, оно может испортиться.
- Я не понимаю, - сказал я.
- Мы пойдем в лощину, - задумчиво сказал Кувигнака.
- Очень хорошо, - сказал я, и принялся освобождать волокуши от груза.
6. Что случилось в лощине
На лощину медленно спускались сумерки.
- Это будет наша пятая ходка с грузом мяса, - заметил я.
- О, да, - устало подтвердил Кувигнака.
- Подожди, - отвлёкся я от работы и прислушался.
Кувигнака, тоже поднял голову. Мы были в длинной, узкой и довольно мелкой лощине. То место где мы работали, разделывая тушу Гладких Рогов, находилось в приблизительно двадцати футах от левого склона и в тридцати от правого. В этом месте оба склона были достаточно круты.
Я почувствовал дрожь почвы под ногами.
- Они идут сюда, - крикнул Кувигнака. Он стремительно наклонился к передним лапам своей кайилы, в данный момент связанным кожаными стреноживающими путами, почти такими же, как путы для рабынь. Парень быстро освободил лапы животного от петель верёвки, и сделал то же самое с моей. Как и посоветовал Хси, мы не запрягали кайил в волокуши.
- Сколько их там может быть? – спросил я.
- Две, возможно три сотни, - прикинул Кувигнака, легко запрыгивая на мохнатую спину кайилы.
Я пока не мог ясно разобрать звук стада, явно решившего пройти по узкому коридору лощины покрытой грязью и валунами.
- Запрыгивай, - скомандовал Кувигнака. - Скорее.
Я грустно посмотрел на мясо, которое мы нарезали, погрузили, а теперь вынуждены были бросить.
Почти в это же самое время, внезапно, из-за излучины лощины, раскачиваясь и кренясь на повороте, почти цепляясь плечом за склон, вылетел трёхрогий бык. Его ноги, казалось, почти вылетали из-под его массивного приблизительно двух с половиной тысяче фунтового или даже больше тела. С дикими, налитыми кровью глазами, пеной вокруг ноздрей и рта, фыркая и ревя, бык-кайилиаук устремился на меня.
Я еле успел отпрыгнуть в сторону, как он промчалась мимо. Мне показалось, что возможно, он задел меня своим лохматым боком. Моя кайила завизжала, когда я направил её, прямо на крутой склон, пытаясь заставить её выкарабкаться из ставшей ловушкой лощины. Но лапы моего животного соскользнули, мы свалились и покатились обратно.
Ещё один разъярённый бык, с рёвом и грохотом проскакал мимо меня.
Я мёртвой хваткой вцепился в поводья кайилы. Лощина заполнилась пылью. Земля тряслась под нашими ногами. Грохот теперь стал громоподобным, отражающимся от склонов, заполняющим всё пространство вокруг нас. Кайила Кувигнаки завизжала, встала на дыбы, но парень, беспощадным рывком поводьев, смог удержать её на месте. Как только моё животное, перебирая лапами, смогло принять вертикальное положение, я вскочил ей на спину и направил вниз, к дну лощины. Стадо было уже в нескольких ярдах от нас с Кувигнакой. Животные, возглавлявшие стадо, толкаясь, и склонив к земле вооружённые трезубцами головы, рвались вперед, не разбирая дороги. Следом за вожаками, подобно мощному паводку, лощину затопляли, ревущие коровы.
Мы стояли по пояс в траве, приблизительно в ста ярдах от лощины. Я рукой поглаживал шею моей кайилы, пытаясь её успокоить. Животное всё ещё дрожало от пережитого испуга. Тёмная масса животных, в панике, сметая всё на своём пути, пронёсшихся через лощину, сейчас удалилась больше, чем на пасанг от нас. Местами виднелись одинокие успокоившиеся коровы. Некоторые из них даже остановились, и опустив головы, лакомились травой.
- Давай вернёмся в лощину, - предложил Кувигнака, запрыгивая на спину кайилы.
Не торопясь, как на прогулке, я последовал за моим другом, держа курс в направлении узкой лощины. Грунт на выходе был испещрен следами пронесшихся здесь животных. Многие отпечатки копыт достигали шести - семи дюймов глубиной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
