в уютное убежище. Палуба корабля была полностью накрыта плотным навесом, мачта с парусом убраны, а запасы еды и воды, которые не успели испортиться, грамотно разложены по всей кормовой части.
— Надеюсь, братик с Датокилом найдут источник питьевой воды, — с нескрываемым беспокойством выразил свою тревогу сидящий на борту Бокупар, нервно теребя свой хвостик на голове, — ибо питья нам хватит еще дней на десять, не более, да и то при недюжинных ограничениях.
— На обратный путь, если он и будет, нам не хватит… — напрямую озвучил страх Бокупара Артемир, лежащий на палубе с мешком сухарей под головой.
— Может, тогда и не нужен этот обратный путь? — угрюмо заявил Конупар, поднимаясь по лесенке на борт судна с большой охапкой свежих веток местных деревьев и топориком.
— Ох, я иногда и забываю, что ты умеешь говорить, Конупар! — с веселой поддевкой пошутил над братом Кипар, кинув в него пожухлым яблоком, перебором которых он и занимался на корме судна в компании Хрграра и Раздавида. Яблоко попало Конупару в колено, где, видимо, находится зона призыва грубой брани, которой он и разразился, запустив снаряд обратно. Остальные же сопроводили ругань веселый смехом.
Конечно, шутками и весельем Артемир, Раздавид, Кипар, Бокупар и Конупар(про Хрграра вообще сказать что-либо сложно) выражали свою радость от того, что они не сгинули в океанской стихии, что нашли то, о чем только мечтали — новую землю, сокрытую непроходимым до недавнего времени морским массивом, что скрылись от неусыпного ока Надзора… О том, что запасов осталось немного, что их находка еще покрыта неизвестностью, они решили подзабыть. Все таки, утро вечера мудренее, еще успеют озаботиться. К тому же, решение одной из их продовольственных проблем вот-вот будет принесено на плечах отсутствующих членов их команды.
Когда Звезда совсем укрылась за недостижимой линией горизонта, а густые сумерки стали почти осязаемыми, как водная глубь, четверка равенцев слезла с корабля и развела костерок на берегу. Растительное топливо, что насобирал Конупар, еще не высохло, поэтому горело плохо, сильно дымило и давало густой и едкий запах, от которого нутро выедала тошнота. Но огонь — есть огонь, и необходимые свет и тепло он давал, что было очень приятно, учитывая усилившийся ветер, задувающий в уши с моря.
— Похоже, зря я взял с собой бутыль с ориентиром, по невыносимой вони вас найти гораздо проще. — из кустов, находящихся за пределом освещенной зоны, донесся знакомый голос Датокила, и появились сначала его заблестевшие в темноте глаза, а затем и он сам воплотился, держа в руке бутыль и что-то еще. За ним по пятам шел Вадупар с тыквенной фляжкой в руках и довольной улыбкой на лице.
— Вы наконец вернулись. — Артемир встал на ноги, отчего кусок вяленого мяса, который он подогревал на палке, упал в песок.
— И не с пустыми руками! — Датокил, устало выдохнув, плюхнулся рядом с огнем, поставив свою бутыль рядом с собой. — Мы нашли воду, весьма пригодную для питья, — он указал рукой на флягу Вадупара, и тот торжественно отдал ее Кипару для пробы, — но моя другая находка гораздо неожиданнее и интереснее. — тут он поднял руку с зажатым в ладони камнем, при свете отдающим краснецой.
— Что это? — с недоверием спросил Раздавид, сощурив глаза.
— Это алый камень, или просто алец, — простым, будничным тоном пояснил Датокил, — из него делают алый уголь, с помощью которого можно вдохнуть жизнь в огненное оружие, которое, в свою очередь, жизнь забирает.
— И что ж далее? Зачем нам этот кусок? — недоумевал Бокупар, почесывая свой хвостик на голове.
— Увидите завтра. — сохраняя интригу в своей привычной манере, Датокил кинул алец на песок и поднялся на ноги. — А теперь, если никто не имеет ничего против, я отправлюсь спать.
* * *
Рассвет застал Артемира, Раздавида и Бокупара спящими на песке вокруг хладного памятника некогда горящему здесь костру. Пламя уже давно пало смертью стойких, ибо никто не удосужился распределить ночную вахту между равенцами. Остальные же раскидали себя по палубе судна, укрывшись кто чем горазд: куском размотавшегося паруса, опустошенным мешком из-под испортившихся яблок…
Первым к жизни вернулся Датокил, которому назойливый утренний свет Звезды дал о себе знать даже через плотно закрытые тяжелыми веками глаза. Поднявшись, он сразу же направился к Артемиру, стараясь передвигаться бесшумно. Подойдя к нему, он аккуратно растряс спящего Претендента за плечо. Разлепив глаза, Артемир отрешенно уставился на источник раздражения, до конца не вернувшись из мира снов.
— Поднимайся, Артемир, мне нужно тебе кое-что показать. — Датокил говорил шепотом, что насторожило Артемира, и он резко приподнялся, оглядев все вокруг, но не увидел ничего, кроме спящих друзей.
— Все в порядке, просто мне нужно, чтобы то, что я покажу, увидел сначала лишь ты, — раздражение Датокила от долгого процесса пробуждения Артемира начало нарастать.
— Хорошо, хорошо, показывай… — вяло согласился Артемир, стряхивая прилипшие песчинки со своей одежды и покрасневшей от пролежания щеки.
— Следуй за мной. — Датокил зазывающее махнул рукой и устремился вглубь Терра Инкогнита с пляжа. Артемир последовал за ним.
Заросли зелени были очень густыми, теплыми и влажными, поэтому Артемир сильно устал и порядком вспотел, пока они продирались через папоротники, руками раздвигая листву толстых и раскидистых деревьев.
— Нужно проторить… здесь… проход, — через сильную одышку выдавил Артемир, — если будем… ходить вглубь этих земель… часто.
— Здравая мысль, — согласился Датокил, — я поручу это Хрграру, — потом, скосившись на Артемира, он добавил, — было бы недурно, если бы ты попросил своего друга, Раздавида, присоединиться.
— Хорошо, — Артемир кивнул, — а разве Раздавид не стал и твоим другом?
Помедлив с ответом, Датокил неопределенно ответил:
— Действительно…
Пройдя так с пару часов, Датокил с Артемиром наконец вышли из влажного леса, причем очень резко и неожиданно для Артемира.
— Что это за… дикое чудо?.. — Артемир был поражен тем, что открылось его взору, и не просто так.
Закончившаяся зелень резко переходила в черную пустыню, покрытую каким-то грубым, неровным веществом, будто накатанным слоями. И что самое интересное, они оказались почти у подножья той самой черной горы, которая привела их на эту землю. Густота пройденного леска скрывала господствующую высоту от ближних глаз, открывая ее лишь с горизонта. Гора эта была эпицентром мрачной пустоши, видимо, частично поглотившей окружающий лес, который в страхе и почтении держался поодаль от грозного исполина.
— Внушительное зрелище, не так ли? — гордо расправив плечи, бархатистым голосом выстелил Датокил, будто бы это все было его рук творением. — А теперь всмотрись в это черноту внимательнее. — Датокил неопределенно повел рукой перед собой.
— Это же не?.. — Артемир выпучил глаза, отчего на них выступили слезы.
