не из нашей расы и даже не с нашей планеты. Я лишь посмеялся. А вышло…
– Ого… – выдохнула Лина.
– Да. Бывает и так, – хмыкнул я.
– Скучаешь по дому?
– По самой планете и местам, где вырос да. Но не по тем, кто меня окружал.
– Понятно. А я иногда ловила себя на мысли, что скучаю по Земле, но сейчас понимаю, что единственное место, по которому буду скачать – это Регетар. Тут очень красиво. Мне даже не хочется возвращаться на станцию, – поделилась со мной Лина.
– Так и не возвращайся. Как только весь этот фарс с твоими родственницами закончится, ты сможешь выдохнуть и выбрать место, где жить, – я остановился и посмотрел на Лину. Мы прогуливались по аллее, ведущей из океанариума к ещё одному небольшому ресторанчику на пирсе. День близился к вечеру слишком быстро. Сейчас мне жутко хотелось, чтобы время остановилось. Хотелось избавиться от грима самому и избавить от него Лину. Провести рукой по её изящному телу. Зарыться руками в шелковистых волосах. Вдыхать аромат её кожи и…
– Но это моя работа. Мне нравится моё дело, – вырвала меня из мыслей Лина.
– Тогда почему бы не поговорить с Каем и не узнать, есть ли здесь место для тебя? – предложил я, поправляя футболку, чтобы прикрыть штаны.
– А ведь ты прав! – Лина заулыбалась и даже обняла меня, сказав: – Спасибо!
А я наклонился и поцеловал её, ожидая, что она может меня вот-вот оттолкнуть. Но нет. Я сам от неё отстранился, боясь, что ещё немного, и я просто утащу её в номер.
Уже после ресторана, она предложила сходить на местную дискотеку. И хоть я отпирался, но всё же пошёл, видя, что ей очень хочется туда попасть, а потом мне было сложно влиться в танцы. Но как-то потихоньку смог приноровиться.
Лина двигалась очень красиво и пластично. Не отходя от меня далеко, словно переживая, что кто-то может меня увести. И мне было приятно, что она об этом волнуется, значит, я ей небезразличен. Но проблема этих танцев ещё заключалась в том, что на неё тоже поглядывали, и потому ревность у нас была обоюдная.
Наверное, танцы и немного местного алкоголя сделали своё дело. Мы еле смогли дойти до номера.
Глава 11
Эвелина Кларенс
Сегодня Рен открылся для меня с другой стороны. Хоть Рен и старался не показывать, но он немного нервничал, оставшись со мной наедине, без поддержки со стороны Тариела.
По мере общения я отметила, что он многое знает и прекрасно слушает когда хочет. Мы посетили океанариум, где провели большую часть дня, после чего пошли в ресторан. А потом и на дискотеку. Я так давно не танцевала! Да и Рен оказался хорошим танцором. Танец сменялся новым, за которым следовал ещё. Плавная музыка сменялась зажигательной, за которой следовала более страстная мелодия, будоражащая кровь, чтобы вновь для передышки перейти в плавную.
По мере пребывания на танцполе, градус нашего с ним общения повышался, а может, своё дело делал и алкоголь, содержащийся в коктейлях, или гон, о котором говорил Кай, но с каждым совместным движением, прикосновением и поцелуем, мне хотелось Рена всё сильнее. В какой-то момент желание стало нестерпимым, и я повела его на выход с танцпола.
Как дошли до его номера, не помню, однако стоило попасть в него, как прямо возле входной двери я прижала его к стене, задирая футболку, желая насладиться ощущением его литых мускулов под рукой.
– Нетерпеливая, – хмыкнул он, между поцелуями, когда я начала расстёгивать пряжку ремня, немного рвано его дёргая, чтобы освободить его член из штанов. Стоило вновь его поцеловать, как язык Рена ворвался в мой рот, подчиняя себе. И мне это тоже понравилось.
Между тем я ощутила, как с моих плеч соскользнули бретели платья, и оголилась грудь. Рен разорвал поцелуй и начал, мягко целуя, спускаться по шее к груди, чтобы в следующий миг накрыть губами ареолу и закружить языком вокруг соска, мягко сминая в руке вторую грудь.
– М-м-м…
Рен неожиданно развернул меня лицом к стене, дёргая за завязку на платье, чтобы освободить от него. Как только оно упало к моим ногам, я услышала ожидаемый хмык и тихо сказала:
– Один наглый эрмалианец, сказал, что я в них долго не прохожу, а я пробыла в них…
Рен прогнул меня в пояснице, заставляя отставить попку, и провёл по разрезу на ластовице памятных красных трусиков своим членом.
– Весь день… – хрипло сказал мне на ушко. – Это не дело, – он провёл языком по мочке, одновременно с этим входя в лоно пальцами, чтобы проверить готовность. – Мокрая… и сладкая, – Он стянул с меня трусики, целуя попку, а потом поднялся и вошёл, растягивая. Найдя мои руки, он положил поверх них свои, заставляя чуть поднять их, и начал двигаться.
– М-м-м… – он отпустил одну руку и накрыл ею мой лобок, прижимая к себе плотнее, а потом его пальцы нашли мою точку удовольствия, лаская. – О-о-о-о… Рен! Рен!
– Лина… – хрипло выдохнул он, как только я запульсировала. Продолжая во мне двигаться некоторое время, он неожиданно замер, делая глубокий толчок, и излился обжигая.
– Ай!
– Ш-ш-ш… Потерпи чуть-чуть, – осыпая шею поцелуями, попросил Рен. И даже излившись, он не стремился покинуть лоно. А мне казалось, что я горю. – Первое соитие немного болезненное. Сейчас всё пройдёт…
Он вышел и повернул меня к себе, целуя и поднимая на руки, неся в сторону санузел. После купания он отнёс меня в спальню, укладывая на кровать, и снова поцеловал. Однако я упёрла ладошки ему в грудь, спросив:
– Мне кажется, или твои татуировки стали ярче?
– Не кажется. И то, что при кульминации ты ощутила жжение… Извини. При закреплении связи, так всегда, – Рен скатился с меня и лёг рядом, позволяя провести рукой по узорам на коже.
– Больно?
– Что?
– Когда тебе их наносили, было больно?
– Поначалу да, но потом я адаптировался. Через это проходят все мужчины моей расы. В зависимости от предрасположенности к стихии и определённым задаткам, цвет чернил может отличаться. Оранжевый, красный и бордовый – предрасположенность к пирокинезу, то есть мы можем управлять огнём. Мне, например, нужен источник огня. Грубо говоря, зажигалка или любой иной огонь. Тем, у кого красные татуировки – источник огня не особо нужен, но без него долго поддерживать огонь не могут. Бордовыми обладают те, в ком есть внутренний огонь, и они могут сами стать живым факелом. Разновидностей цветов не так много, но есть оттенки, которые делают из эрмалианцев
