Кроме знаков на телах родственников, которые хотят успокоить дух усопшего, известны случаи, когда палачи на свои тела наносят раны. Это, считают они, должно предотвратить месть со стороны духа казненного.
Западноафриканский палач, который совершил публичную казнь, должен соблюдать ряд запретов, среди которых пост и лежание в гамаке без соприкосновения ног с землей в течение трех дней. Кроме того, палач делает надрезы на груди, руках и других частях тела. В эти надрезы он втирает черную краску, и нестираемые шрамы искусно располагаются таким образом, что создают впечатление плотно прилегающего одеяния. Считается, что дух жертвы принесет смерть палачу, если тот не прольет собственную кровь.
Нечто подобное можно наблюдать у индейцев Бразилии. Среди них принято, чтобы осужденный бросал камни и глиняные черепки в стражников. К сожалению, подробности ритуала неизвестны. Люди кричат осужденному, призывают его отомстить за еще не наступившую, но неизбежную для него гибель. Несмотря на попытки стражников защититься, при этом им все же наносятся раны, которые и являются свидетельством определенной степени удовлетворения жертвы. Как сказал один оригинал: «Чего еще может желать любой разумный дух?»
Ранее на страницах этой книги уже рассматривался вопрос нанесения знаков на тело как результата страха перед духом усопшего. Примечательно, что ближайший родственник, который должен выказывать самое сильное горе, получает самое тяжелое покрытие из красной охры, белой глины, угля или того, что принято в данное время в данном месте. Приведем пример, иллюстрирующий страх перед умершим родственником и использование знаков на теле в качестве защиты от злобных духов.
У племени, живущего в районе Финч-Харбор на Новой Гвинее, существует удобный обычай принимать плату за убитого родственника, а не вступать в долгую и кровавую вражду с народом убийцы. Однако остается страх, что духу убитого такое решение не понравится и он может выказать свое недовольство, поспособствовав выпадению зубов своих родственников или лишив их свиней. Поэтому, когда люди принимают плату за убитого соплеменника, они предпринимают такую меру предосторожности — от родственников убийцы получают метку мелом на лбу. Это означает, что все-таки были сделаны некоторые шаги, чтобы отомстить, а именно лишение убийцы или его родственников средств. И когда обозленный дух усопшего соберется напасть, его родственникам останется только показать эти знаки на лице.
Широко распространена и идея о том, что дух жертвы преследует убийцу и поэтому для него необходима какая-нибудь форма очищения. По возвращении экспедиции, высланной народом арунта (Центральная Австралия), имевшей целью отмщение, ее встречает на некотором расстоянии от лагеря старая женщина и проверяет щиты, ударяя по ним копьем. Считается, что, если щит не издает должный звук, его хозяина преследует дух жертвы, который может принять облик маленькой птички или другого столь же безобидного создания. Все воины отряда покрывают тела черной краской, а тот, кто является предметом особого внимания духа, не должен показывать во сне правую руку, иначе его настигнет паралич. Очень хорошая защита — привязать к этому человеку какое-нибудь ночное животное, рыскание которого будет беспокоить мстительный дух. Воины нага, возвращающиеся после охоты за головами, являются табу, и на них не должны смотреть женщины до окончания процедуры очищения от вины. У народа койта с Новой Гвинеи убийца должен удалиться в лес, потому что он айна (aina) и к нему нельзя приближаться безнаказанно. Позднее он возвращается в свою деревню и ему позволяют сделать специфическую татуировку.
Итак, знаки на теле имеют широко распространенное и логичное использование — обеспечивают иммунитет от зловредных духов. У южноафриканского народа мтиопи мужчины делают надрез под каждым глазом после совершения убийства. Это церемония очищения, и, согласно рассказу доктора Тернера, она чрезвычайно широко распространена у банту: «Знаки должны не позволить духу усопшего тревожить человека, который его убил».
Идею о злых духах людей, конечно, можно расширить и включить в нее злобных духов животных, убитых на охоте. На них мы не будем останавливаться подробно, поскольку уже рассматривали это в разделе о знаках на теле с изображениями животных. Баганда, убивший леопарда, успокаивает его дух, нанеся на свое тело точки и ведя себя как леопард. Индеец реки Томпсон, убивший медведя, нанесет на тело черные и красные полосы, одновременно распевая песню медведя. Если он этого не сделает, духам медведей будет нанесено такое сильное оскорбление, что больше ни одного медведя убить не удастся.
Глубоко укоренившийся страх — вот эмоция, которая вызывает все эти предосторожности. Наглядное свидетельство опасения последствий насилия со стороны освобожденной от телесной оболочки души — специальный сосуд с тремя горлышками из Уганды. Этот экспонат выставляется в этнографической коллекции Британского музея. Согласно путеводителю, сосуд использовался рабом, которого должны были убить на похоронах хозяина. Даже у раба есть душа, которая впоследствии может причинить много неприятностей, поэтому ее убили магическим глотком, после чего с телом можно было обращаться как угодно, не опасаясь мести со стороны его духовной части. Короче говоря, знаки на теле полностью объяснимы, когда рассматриваются в связи с верованиями, касающимися мстительных душ. Траурные шрамы и знаки краской являются защитой, и их использование — пример логики примитивного человека.
Краткие выводы на основе глав 1 и 2К вопросу нанесения знаков на тело в связи с магическими и религиозными практиками мы подошли после предварительного рассмотрения церемоний позитивного и негативного характера, которые соблюдались в связи с процессом татуировки. Иными словами, мы хотели выяснить, в какой степени человек связывал табу и определенные активные меры предосторожности с обычаем нанесения тех или иных рисунков на свое тело. Оказалось, что люди были чрезвычайно почтительны к этому процессу, потому что понимали, что он может неблагоприятно повлиять как на татуировщика, так и на того, на чье тело наносится знак.
Причины, по которым к прокалыванию или надрезанию кожи следует относиться с благоговением, можно долго не искать. Во-первых, процесс связан с пролитием крови, что для всего мира дикарей полно величайшего смысла — это фактор омоложения и обретения бессмертия. Кроме того, это открытие многочисленных входов для сил зла. Возможно, самым важным является то, что все татуировки связаны с неким кризисом, переступанием порога новой фазы социального общения, перехода от отрочества к зрелости, от девичества к женственности. Нанесение знаков во время инициации является необычайно важным, поскольку показывает связь краски и татуировки с одним из исконных культурных факторов — обрядами плодородия.
У каян мы обнаружили временные и пищевые ограничения, которые соблюдали и татуировщик, и пациент. Также мы знаем о жертвоприношениях и условиях, имеющих отношение к дому, в котором должна производиться операция нанесения тату. Известно, что операция запрещена, если кто-то из членов семьи находится далеко от дома. В Меланезии татуировка женщин койта выполнялась в определенном церемониальном порядке. У народа роро тоже существовали многочисленные церемонии, связанные с нанесением тату. В это время следовало иметь специальные украшения и вести очень ограниченную жизнь, включающую несколько важных запретов. И на Фиджи с татуировкой связан определенный церемониал. Девушки нага во время нанесения изображения на тело соблюдают ряд запретов, в числе которых строгая диета и невозможность посещать соседние деревни. В некоторых случаях, когда операция выполнялась вне родной деревни, девушки не могли вернуться домой до полного завершения татуировки. Очевидно, к ней женщины нага относятся с суеверным страхом, результатом которого и становятся меры предосторожности. Говоря об ограничениях в африканских племенах, следует упомянуть мтиопи — у этого народа татуировка делается тайно. При нарушении этого условия с отца девушки взимается штраф. В большинстве племен существует требование уединения, которое в прошлом принимало самые экстремальные формы, особенно у жителей Новой Ирландии и Фиджи, которые заключали своих девушек в пещеры и запрещали касаться ногами земли в течение долгого времени перед началом операции. Свидетельство Добрицхоффера относительно татуировки женщин племени абипойн из Парагвая полностью соответствовало случаям из Старого Света.
Операция нанесения моко вождю маори — еще один хороший пример табу в связи с татуировкой. Наложенные ограничения относились к особому обращению с пищей и церемониальной передаче святости или табу от вождя божеству.
