Читаем без скачивания Девятка мечей. Игра на опережение - Ольга Романовская

Знакомый почерк всплыл случайно. Обрывочный – какое-то бытовое заклинание.

Я замерла.

Ладони вспотели и похолодели.

Некромант! Он был здесь сегодня!

Придя в себя, подняла голову, чтобы узнать номер дома и кому он принадлежит. Увы, это парфюмерная лавка.

Описание у меня схематичное, вряд ли продавщица его узнает, но попробовать стоило.

Толкнув дверь, вошла в царство ароматов и роскоши. От обилия всего сразу закружилась голова. Отрезвили цены. Увы, каждый флакончик – минимум пять дархов, половина платы за мою квартиру. Оно и понятно – ароматы сплошь уникальные, от лучших парфюмеров. Аристократы иных не признают.

– Чего изволите? – ко мне тут же подскочила улыбчивая блондинка.

Пришлось охладить ей пыл – покупать я ничего не собиралась – и описать некроманта. Его портативную голограмму не взяла, оставила дома, но вряд ли по ней кого-то можно узнать, тут полезнее мои изыскания.

Наморщив нос, продавщица вспомнила: да, заходил похожий мужчина два часа назад, покупал даме духи. Постоянным клиентом он не был, имени его блондинка не знала.

Записав ее показания, вырвала из блокнота лист, записала свое имя, код диктино и адрес полицейского участка, куда девушке надлежало явиться для дачи показаний.

– Назовете мое имя, скажете, что по делу сорок два тридцать восемь, – уходя, напомнила я.

Решила не пугать блондинку упоминанием некроманта – еще испугается, откажется прийти.

Стоило переступить порог лавки, как вновь ожил диктино. На этот раз я потребовалась тому самому пареньку из Отдела ликвидации, которого назначили моим охранником. Он ругался, что битый час стоит перед запертой дверью квартиры и привлекает нездоровое внимание соседей.

– Извини, занята. Вечером приду, часиков в восемь.

Ответом стало ругательство. Понимаю, не каждый раз такой строптивый объект охраны попадается, но телохранитель бы помешал работе. Закончу с поручением Лотеску – пожалуйста, пусть ходит тенью. Да и чего бояться в аристократическом квартале? Тут полиция на каждом шагу.

Утром первым делом отключила диктино и изопроектор, чтобы никто не помешал планам. Опаздывать я не собираюсь, ровно в восемь в скромном платье, сохранившемся с учительских времен, отправлюсь заступать на службу к Алерно. Горничная – это не так страшно, как кажется, заверяю, вытирать пыль и убирать следы чужой жизнедеятельности гораздо приятнее, нежели взирать на головы в кастрюльках.

Пока молола кофе, прикидывала, успею ли закончить дело некроманта в указанный срок. Он маячил на горизонте, две недели оказались на редкость короткими. Но ничего, еще не все потеряно, могу уложиться, благо разлюбезный преступник ошивался в аристократическом квартале. И не просто, а духи покупал и к Алерно захаживал. Значит, есть шанс его увидеть. И тогда все, попалась, птичка! Тура по Вертавейну не обещаю, записок писать тоже не стану, а вот безвоздушную камеру гарантирую. Таких не оправдывают, в тюрьму не сажают.

Пересыпала кофе в чашку и прибавила огонь под чайником. У меня еще час. Отлично! Пешком не пойду, лениво, потрачусь на извозчика. Жила бы в рабочем квартале, проехалась бы на конке. Она дешевле, но я бы прикрепила над каждым вагончиком табличку: «Береги кошелек». Есть еще общественные паромобили, так называемые парчелы с сиденьями-скамейками на восьмерых, но ходят они редко, гремят жутко, лучше пройтись пешком или проехать с удобствами на мягкой обивке. Да и, признаться, идти на остановку парчелы совсем не хотелось. Она на соседней улице, возле крытого рынка. Зачем делать две пересадки, когда можно потратить три рхета и доехать с комфортом? Парчела, к слову, стоит всего четверть рхета. Экономно, но я ведь теперь шикую. И спасаюсь от гнева начальства, что уж притворяться. Не распутаю оба дела, Лотеску уволит. После выходки Гарета в Карательной инспекции с пустыми руками лучше не появляться.

Позавтракала и собрала сумку. На этот раз прихватила не только детоскоп, но и импульсивный шокер: мало ли на кого нарвусь. Последний взгляд в зеркало, и я готова.

Шокер положила в сумку: проверят, подозрений не вызовет, а детоскоп обосновался под нижним бельем в районе сердца. Видимо, пора пришивать специальный карман для ношения прибора. Но ничего, научилась уже, не в первый и не в последний раз. Если обыскивать не станут, не найдут.

В кармане сумочки лежало одно из липовых удостоверений личности, которыми щедро снабжали всех сотрудников Карательной инспекции. У меня еще три осталось, лежат в рабочем сейфе про запас. Разумеется, все подотчетные, внесенные в журналы контроля, чтобы не пользовалась в корыстных целях. Удостоверение качественное, с магической защитой, как и положено, выдержит любые проверки. Конкретно это выдано Лавинии ишт Куза двадцати шести лет отроду. Изобразительная магическая карточка моя, вызываемая мини-голограмма – тоже. В остальных удостоверениях я щеголяю в разных париках, с жутким макияжем. Но в доме Алерно особая конспирация не нужна, Магдалену ишт Мазеру никто в глаза не видел.

Новые охранные чары еще не установили, обещали в конце месяца, очередь у них там… Эх, надеюсь, вернувшись, не застану никакого сюрприза. По лестнице сбежала быстро: извозчика вызвала десять минут назад, должен был уже подъехать. И точно, вон голубой паромобиль стоит. В иное время прогулялась бы до аристократического квартала пешком, но с утра так хочется спать, а на улице так много людей…

Назвала адрес и забралась на заднее сиденье. Это, конечно, не велюр, не замша, но удобнее тряского полицейского паромобиля. Водитель мягко тронул с места, и я задремала.

Ровно в восемь стояла у знакомого черного входа. Извозчика отпустила на соседнем перекрестке, чтобы не мозолить экономке глаза. Иначе непременно начнутся расспросы: откуда у прислуги лишние три рхета? Заплатила, кстати, два с половиной: торговаться умею, Гарет знает.

Выключила диктино, нацепила на лицо улыбку и позвонила.

На этот раз мне открыл другой лакей, но он оказался куда любезнее и осведомленнее собрата, потому что, смерив взглядом, буркнул: «Новенькая? За мной топай». Я и пошла, оказавшись в уже знакомой комнате экономки. Та, выстроив в шеренгу девиц в одинаковых белых фартуках и белых же косынках, давала указания на день. Завидев меня, экономка кивнула и потребовала документы. Я с готовностью предъявила липовое удостоверение. Экономка внимательно его изучила, проверила все степени защиты и заявила: отдаст завтра, после проверки в полиции. Невозмутимо кивнула. Пусть проверяет, все чисто.

После экономка велела взять из кладовой униформу и оставить сумку в комнате прислуги. Ничего страшного, уберу карандаш и блокнот в карман платья. Под передником все равно не видно.

– Надеюсь, не в грязной обуви? – экономка подозрительно покосилась на мою обувь и удовлетворенно кивнула. – Молодец, даже каблучок нужный. Без каблука нельзя, а с большого свалишься. Значит, действительно не с улицы, работу знаешь. Думала поручить тебе кухню, но, так и быть, в комнатах уберешься.

Вот так удача! Осталось только выставить напарниц и обшарить детоскопом спальню Мориса Алерно. Другие комнаты тоже не помешает: вдруг маг не он?

Облачившись в униформу, с энтузиазмом потащила наверх метелку, тряпку и воду. Ведро дребезжало, с непривычки било по ногам, грозя облить, но я старательно изображала опытную служанку. Товарки косо посматривали, но молчали.

Увы, спальня Алерно досталась другой, меня же, как новенькую, отправили драить коридоры и гостевые комнаты. Знакомая картина и имя ей – дедовщина. Спорить не стала, пожала плечами и отправилась, куда послали.

Решила начать с коридоров. Причина проста: пока служанки убираются в комнатах, никто не заметит моих манипуляций с детоскопом.

Быстро вымыла пол и пристроилась на корточках в удобной близости от двери на лестницу. Если что, изображу, будто ведро вниз тащила и присела сделать передышку.

Золотистого сияния хватало. Нашлись и цепочки плетения на ручке одной из дверей. Вновь бытовая магия. Кто-то пытался незаметно проникнуть внутрь без ключа. Сейчас поглядим, мужчина или женщина, вычленим почерк и проследим мага до гнездышка.

Увы, вмешались обстоятельства, пришлось уткнуться носом в пол, прикрывая детоскоп. Уфф, вроде бы, не заметили! Аристократы спесивы, на прислугу смотрят свысока, а эта хассаби и вовсе сделала вид, будто вместо меня пустое место. С утра в шелках, в шляпке с перьями райской птицы… Прошествовала из одной в комнаты в другую, будто королева. Рано же встала! А я-то думала, аристократы спят до полудня. Хотя, с другой стороны, зачем тогда мы уже в половину девятого драили полы?

Ага, ясно, хассаби будила дочь, припозднившуюся к завтраку. Вот и она, зевая, в розовом пеньюаре и забавных туфельках с помпонами прошествовала вслед за матерью к лестнице для господ. В доме Алерно все по правилам, горничные не ходят по тем же ступеням, что и хозяева. Наша лесенка узкая, прячется за дверкой в конце коридора, чтобы не смущать господские очи.