Ему явно было жарко и хотелось пить. А она сидит себе в тенечке и наблюдает, как он работает за нее. Александр не хочет, чтобы она помогала ему, но, по крайней мере, она может принести ему воды.
Тесс встала и направилась по тропинке к колодцу. Вытащив ведро с банкой утреннего молока, она поставила молоко в тень и отцепила ведро с веревки. Затем она сняла ковш, висевший на крючке рядом с колодцем, и понесла ведро с водой в огород.
Александр приостановил работу, видя приближение девушки. Проходя по саду к тому месту, где стоял Александр, и опуская на землю ведро, Тесс видела, что его губы и даже глаза тронула широкая искренняя улыбка.
— Я подумала, что вы, должно быть, хотите пить, — сказала девушка, робко протягивая Александру ковш воды.
Благодарная улыбка стала еще шире.
— Merci[16], — Александр взял ковш и, залпом выпив его содержимое, зачерпнул его снова.
Когда же он зачерпнул ковшом из ведра в третий раз, Тесс улыбнулась, подумав, что она была права.
Но Александр не стал пить, а протянул ковш ей. Тесс взяла его, сделала несколько глотков и вернула его назад.
— Спасибо.
— Вы будете пить еще? — спросил ее Александр и, когда она отрицательно покачала головой, добавил: — Тогда отойдите в сторонку.
Когда Тесс слегка отступила назад, Александр отставил ковш в сторону, поднял ведро и не торопясь вылил оставшуюся воду себе на голову.
— А… — проговорил он с явным удовольствием.
Тесс смотрела, как по телу Александра стекает вода, образуя между мускулами его тела крошечные ручейки, капельками оседая на волосках его груди, придавая блеск его гладкой загорелой коже.
И вдруг Тесс ощутила странное недомогание в области живота, которое постепенно охватывало ее всю, от горла до кончиков пальцев. Она ощутила вдруг неясное волнение и беспокойство. Это было странное, незнакомое ей чувство. Но оно не было неприятным.
Тесс смотрела, как, отряхивая с себя воду, Александр машет головой из стороны в сторону и отбрасывает свои длинные волосы назад. Капельки воды, обрызгавшие Тесс легким дождиком, намочили ей платье и приятно охладили кожу. Тесс поспешно отскочила назад, и чувство это исчезло.
Длинные пряди волос прилипли к плечам Александра, как разноцветные крапинки на мраморе, но вот Александр провел рукой по волосам и отбросил их назад. Затем он вручил ведро девушке.
— Еще раз спасибо, мадемуазель. А теперь ступайте назад, в тень. Отдыхайте.
— Могу ли я помочь вам? — нерешительно спросила его Тесс.
— Я думаю, сегодня вы и так уже достаточно поработали. И потом, я почти закончил, — он кивнул в сторону каштана. — Полежите в тени. Вздремните.
Тесс молча повернулась и направилась к дереву. Сняв шляпку, она отложила ее в сторону. Потом села, выпрямив ноги, и, расправив юбки, прислонилась к стволу дерева. Сложив руки на животе, она продолжала смотреть на Александра. Тесс не могла сейчас спать, потому что Александр выполнял работу, которую должна была делать она. Ведь иначе он посчитает ее лентяйкой. Но день был таким тихим и теплым, ей и в самом деле очень хотелось спать, а некоторым вещам так трудно противиться. Через пять минут глаза Тесс закрылись, и она уснула.
Александр, работая, поглядывал на девушку и с улыбкой уловил тот момент, когда голова ее слегка свесилась вправо, а руки безвольно упали по сторонам. Окинув взглядом последнюю борозду, Александр решил, что закончит ее и тоже отдохнет. Он продолжал полоть, и вот, наконец, вырван последний сорняк и у Александра вырвался искренний вздох облегчения. Он так ненавидел копаться в огороде!
Отбросив в сторону последний сорняк, он направился к каштану. Девушка крепко спала, но ее спине, должно быть, было неудобно опираться на грубый, шершавый ствол дерева.
Александр улегся в траву рядом с Тесс и, подавшись вперед, приподнял девушку за плечи и повернул ее тело так, чтобы она могла лечь поудобнее. Тесс зашевелилась во сне, но не проснулась. Александр осторожно переложил ее голову себе на живот и вытянулся во весь рост, перпендикулярно телу девушки. Его живот, конечно, не самая лучшая подушка, но это все-таки лучше, чем кора дерева.
Глава 7
На следующий день Тесс отправилась осматривать винодельню. В первый раз за всю неделю она решилась отдохнуть и сделать это, гуляя по винограднику. Виноградные лозы были крепкие и сильные, но, оставленные без ухода, они срочно нуждались в подрезке.
Тесс шла по склону вдоль рядов буйных виноградных лоз, которые уже одичали, беспрепятственно и густо обвивая свои опоры, и смотрела на все это с досадой. Виноградник мог бы давать большой урожай отличных ягод. Но Александр, кажется, совсем не заботится о нем.
Александр. Когда вчера она проснулась, то обнаружила, что ее голова покоится на его животе. Потрясение, страх, смущение — все это промелькнуло в голове Тесс, и она хотела было встать. Но он во сне нежно коснулся ее головы, и Тесс осталась лежать так же, постепенно начиная понимать, что ей это даже приятно. Ей нравились прикосновения его сильных пальцев, перебирающих ее волосы. Приятно было чувствовать под головой его плоский, мускулистый живот и слушать его глубокое, ритмичное дыхание.
Тесс замедлила шаг, а вскоре остановилась и невидящим взглядом уставилась на виноградную лозу. Перед ней снова встало лицо Александра, спокойное и безмятежное во сне. В то время она уже сидела, обхватив колени, и смотрела на него. Она смотрела на его густые, длинные ресницы, которые маленькими черными веерами окаймляли его закрытые глаза. Видела тень щетины, начинающей уже появляться вдоль его квадратной челюсти. Тесс захотелось вдруг узнать, какова на ощупь щека Александра: грубая и шершавая, как песок, или же мягкая и нежная, как спелый персик. Но так и не решившись дотронуться до него, она отдернула свою протянутую руку.
Тесс видела, как при дыхании поднимается и опадает его широкая грудь, рассматривала треугольник черных волос на его торсе, суживающийся к узкой талии и исчезающий в черных брюках. Она смотрела на длинные волосы Александра, которые переплелись с травой и обрамляли его лицо, словно диковинный гобелен.
Но вот Александр начал просыпаться. Он медленно и лениво запрокинул руки за голову и потянулся, приводя в движение все мышцы своего тела. Больше Тесс ничего не видела, потому что она отвернулась, прислонилась спиной к дереву и, закрыв глаза, притворилась спящей. Она слышала лишь его протяжный зевок и чувствовала всю томность и вялость его движений.
Стоя среди виноградных лоз и вспоминая события вчерашнего дня, Тесс почувствовала, что, как и вчера, у нее засосало под ложечкой. Она прижала руку к животу, думая о том, почему раньше она никогда не испытывала такого чувства, глядя на худую грудь Найджела, на которой не было ни единого волоска.
