по самую макушку. Наружу торчал мой любопытный нос и нервно подёргивался глаз.
— Сударыни, вы дома?
— Да, господин ректор, проходите в гостиную, — ответила тётя, и мужчина предстал перед нами во всей своей красе, я даже чуточку позавидовала ему.
Он был одет так, словно собирался на бал, при этом безукоризненно свеж и бодр. Увидев наши кислые рожицы, он нахмурил брови.
— Что случилось?
— Две горгульи сегодня во второй половине ночи пытались взломать защиту дома и у них получилось. Правда, войти и сделать свои дела не успели, их призвали обратно.
— Горгульи? Я знаю только двух аристократов, у которых живут эти создания. Неужели кто — то из них мог решиться?
Я просто подняла голову и с укоризной посмотрела на ректора.
— Мари, вам надо на работу, а Любовь Владимировну я забираю с собой, мне нужно с ней позаниматься. И чем дольше она будет занята освоением своей магии, тем меньше глупостей будет в голове.
— Это не глупость, это, между прочим, несостоявшееся нападение на нас! — возмутилась я и даже привстала, совсем забыв, что сижу в одной пижаме, а я как — никак графиня.
— Вот такой вы мне больше нравитесь, сударыня, а то сидите и продолжаете себя жалеть. Где та девушка, поймавшая двух преступников? Та, которая старалась защитить как себя, так и всех своих близких перед тайной полицией?
Ректор вернул мне укоризненный взгляд и продолжил:
— Обо всех инцидентах, произошедших в вашем доме уже сообщили императору…. Больше ничего сказать не могу!
Тяжело вздохнув, я отправилась в свою комнату и переоделась, сменив пижаму с зайчиками на простое летнее платье. Да, я захватила его из того мира, потому что он мне очень нравится и его покупала ещё бабулечка. Это память о ней.
Вышла я из комнаты через десять минут, уже не такая бледная, а немного пришедшая в себя. Нет, я ещё не успокоилась, но вспомнила, что в моих запасах есть зелье, данное Мари еще в первый день перемещения, а я его прихватила с собой. Знаю, что порой веду себя как Плюшкин: всё хватаю и закидываю в сумку, а вдруг пригодится. Вот видите, пригодилось!
Мы вышли из дому, а через пять минут Мари сказала, что будет ждать в лаборатории и, оставив нас, отправилась на работу, а я поплелась вслед за ректором. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я прибавила шаг и решилась поговорить с господином Смитом.
— Можно вопрос? — тихо буркнула в нос, не надеясь на ответ.
— Задавайте! — дал разрешение ректор и улыбнулся. — Я уже догадываюсь, о чём вы хотели спросить. Отвечу то, что уже знаю. Начнём с нападавших. Почему вас приняли за демона вы уже знаете, слишком сильно светились глаза. Далее, эти двое нападавших — вольные крестьяне, которые решили получить деньги, как им казалось за несложную работу, и попросили своего знакомого по прозвищу Мясник помочь в этом деле. У того как раз был заказ — выкрасть девушку из дома. На дело они пошли втроем, взяв с собой юношу по прозвищу Грек. Мастер от Бога, золотые руки, делает такие артефакты, что преподаватели академии, ученые мужи завидуют ему. Жаль только, что не образован, а то бы из него вышел отличный артефактор.
— Так возьмите к себе в академию? — удивилась я.
— Да я бы с радостью, только у Грека, а точнее Святослава Кузнецова магия на пол единицы, такие крохи, что он не сможет здесь учиться.
— Можно подумать у вас нет таких упражнений, которые повышают уровень дара.
— Почему же, есть! Каждая семья имеет такие! Только какой род даст свои наработки, завещанные им ещё далекими предками? — горько усмехнулся ректор. — Вот и приходится Святославу крутиться среди преступников.
— А эти похитители, что рассказали?
— Ничего, Любовь Владимировна. Как только начинают говорить о заказчике, их скручивает так, что минут десять не могут отдышаться.
— Можно сказать, что доказать причастность к этому Демидова не получится?
Ректор покачал головой и посмотрел на меня с жалостью. Не понравился мне его взгляд! Не надо смотреть на меня, как на будущую жену Никиты. Мы еще поборемся.
Так незаметно мы дошли до кабинета ректора. Посмотрев на помощницу, которая перебирала какие — то документы, он четко отдал приказ.
— У меня занятие, никого не впускать.
Светловолосая молодая девушка оглядела меня с головы до ног и, фыркнув, просто утвердительно качнула головой. Неужели подумала, что я собираюсь зажиматься в кабинете с ректором? Хотя, какая мне разница, кто что скажет? Странно, откуда она взялась, ведь в последние посещения место секретаря пустовало!
— Присаживайтесь на кресло и постарайтесь расслабиться, — велел ректор, и прошёл к своему столу. — Всегда начинайте занятия дома с медитации, только так сможете взять под контроль свою магию. Расслабься, закрой глаза и старайся ни о чём не думать.
Я оказалась в каком — то тёмном коридоре впереди которого мелькал ярко — зелёный свет. Не знаю почему, но во мне была полная уверенность, что должна идти к свету. Что и сделала! Маленькая комната, в которую я попала была совершенно пуста, если не считать зелёного большого шара, который висел в десяти сантиметрах от пола, а рядом с ним играючи парил другой, цвета грозовой тучи. Он то кружился возле зелёного, то соединялся с ним, и вновь отскакивал, выписывая всевозможные пируэты, а я стояла и наслаждалась такой идиллией, пока где — то вдалеке не услышала взволнованный голос ректора.
— Вернись, Люба, вернись, ты нам нужна!
С неохотой, но я разомкнула веки и уставилась на встревоженного ректора, стоявшего передо мной. Видя, что я пришла в себя, он сел рядом и, откинувшись на спинку дивана, с облегчением выдохнул.
— Думал, не вытащу! — признался он.
— А что такого произошло? — удивилась бледному виду ректора.
Чувствовала, кстати, себя очень хорошо, и даже погулять успела в…. А на самом деле, где я гуляла?
— Ты слишком далеко ушла в себя и мне пришлось приложить усилия, чтобы вывести тебя оттуда. Порой с молодыми магами случается такое, когда они окунутся в сосредоточение магии, — объяснил господин Смит. — Магия, дама капризная и не любит, когда нарушают её границы.
Он усмехнулся, едва заметные морщинки вокруг глаз свидетельствовали о том, что он любил улыбаться. Слегка наклонившись, господин Смит неожиданно спросил:
— Красиво⁈
— Очень, никогда такого не видела! — довольно ответила ему. Мы поняли друг друга и рассмеялись.
— Отдохни сегодня, завтра начнём с практики, будь готова.
— Спасибо, господин ректор, — вставая, поблагодарила мужчину.
— Иди уже! — отмахнулся он и тяжело встал. Видимо, я поспособствовала его плохому самочувствию.
Я попрощалась с
