Наша задача — свалить его, забрав все заработанные деньги, вернее, заработать деньги на сыгранной ставке. Люди, что ставят против тебя, серьёзные не только в мире бизнеса, но и в мировой политике. Условия контракта они нарушать не будут. Нас вчера только проверяли и, так как тебя не было с нами, к активным действиям не приступали. Для них, на данный момент, выгодно, чтобы ставка вообще не сыграла. Значит, если с тобой случится что-то между боями, то каждый останется при своём. Сейчас мы объявили о нарушении договора. Не только мы, но и они будут следить за состоянием твоего здоровья. Даже лёгкий насморк повлечёт для них серьёзные последствия. Но психологическое воздействие с их стороны никто не отменял. Они могут выйти на твоих близких, друзей, знакомых. Но, так как все они находятся на территории Российской Федерации, то активных действий они тоже принять не смогут. Тебе нужно проявлять осторожность, не контактировать с кем-то из близких тебе людей. Поэтому мы применяем такие ухищрения в способах связи, телефонами, местами проживания. У них не должна появиться никакая информация о твоей личной жизни.
— Если у тебя есть враги, — с лёгкой улыбкой на губах, говорил развалившийся на стуле Слава, — то самый лёгкий способ отделаться от них — это сейчас набрать их номер.
— У тебя есть какие-то вопросы? — Микош занял излюбленную им позу (вытянулся на стуле, прикрыл глаза, слушал). — Если да, то можешь сейчас их задать.
— Какая у них есть на меня информация? Изменятся ли условия, противники согласно изменившимся обстоятельствам?
— Эту ставку, наши люди провели незаметно. — Микош говорил медленно, вдумчиво подбирая слова, стараясь говорить правильно по-русски. — После четвёртого боя коэффициенты на тебя начали меняться. Видимо, их компьютер среагировал и они решили тебя пощупать. Думаю, у них сейчас есть на руках всё то же самое, что мы знаем о тебе — видеозаписи твоих боёв, находящихся в открытом доступе.
— Есть ещё что-то, чего мы не знаем о тебе?
— Да, ещё есть видеозапись с моим участием — драка в ночном клубе.
— Эту запись я видел. Поэтому и решил тебя защищать. — Говоря это, Микош чуть повернул нос мою сторону. — В этом бою против тебя выставят противника с подселением. А дальше, дальше будет зависеть от их фантазии.
— Противник с подселением?
— Да, все бои уже заявлены, противника тебе поменять они не смогут. Значит, им нужно как-то усиливать тех, что уже заявлены. Подселение — это когда в тело человека внедряют сущность, по его желанию или без. Я покажу тебе мою коллекцию записей боёв с участием подселённого. Покажу на их примере, как отличить тот или иной вариант, как действовать против того или иного противника. Но зная о твоих способностях, я думаю, у нас не вызовет больших сложностей ни один из предполагаемых вариантов.
— Я видел пару таких боёв. — С горящими глазами говорил Слава. — Жутчайшее зрелище. С большим нетерпением жду предстоящего боя, чтобы вживую увидеть такое действо.
— Я, так понимаю, — Антон в задумчивости сильно тёр свой подбородок, — господин Микош, принимал личное участие в таких боях?
— Принимал, без команды и поддержки. — На слова Антона Микош слегка кивнул в его сторону, признавая его проницательность. — Тогда ещё и видеокамер не было, а кинокамеру с собой брали не каждый день.
— А как давно вы в Организации? — Слава, начавший с энтузиазмом задавать этот вопрос, запнулся на последнем слове, явно пытаясь его заменить.
— Я вступил в Организацию через три года после укрепления. — Микош произнёс это спокойно, без чванливости и зазнайства. — Так сложилось, что мне выпала честь быть (непонятное мне слово).
— Мартин, ты Гарри Поттера читал? — Посмотрев на мой утвердительный кивок, Антон продолжил. — Переводя на наш язык, это будет мракоборцы.
— Ничего себе. — Присвистнул я и с уважением посмотрел на Микоша. Теперь не только я, но и Антон со Славой ловили каждое слово Микоша.
— Вся территория усадьбы в вашем распоряжении. Не рекомендую подходить близко к забору. Разговаривать с кем-то из охраны и, тем более с людьми, находящимися за территорией. На территории есть Gym (спортзал перевёл для меня Антон), в нём Мартин будет заниматься под присмотром Антона. Слава будет выполнять свои стандартные обязанности. Если будут необходимы какие-то особенные препараты, то обращаться ко мне. В правой части подвала находится бильярдная, там будут проходить наши тренерские совещания. Хоть у нас и хорошая система от прослушки, перестраховаться, всё же, будет нелишним.
День проходил насыщенно, так как Антон оказался более жёстким тренером, чем Максим. Помимо увеличения физических нагрузок, меня заставляли во время выполнения упражнений, учить «Фауста» Гёте, на немецком (который я знал со словарём).
— Учись качать все мышцы тела одновременно. — Отвечал на мои «мольбы» Антон. — Мозг — тоже мышца и её надо качать. Тем более что вечером ты познакомишься с изнанкой мира, о которой даже и не подозревал.
— Тяжело в учении, легко в бою. — Во время коротких передышек Слава разминал мои мышцы, «разгружал» суставы. Завтра Тоха тебя ещё Байроном «нагрузит» (это его любимый поэт).
После плотного обеда я заснул и был бесцеремонно разбужен «злодеем» Антоном. — Хватит бока отлёживать, на ринге тебе их помнут не хуже… — Не найдя кем меня «достойно» испугать.
За час до ужина меня забрал Слава. Он меня мял, сгибал, растягивал, а в конце экзекуции провёл меня во двор к бассейну. Возле бассейна стояли две ванны, в одной я заметил лёд, а над другой вода парила.
— Помнишь сказку про конька-горбунка? — Подмигнул мне Слава. — Молока столько мы не нашли, поэтому залазь сначала в воду варёную, — Слава махнул рукой на парящую ванну, — потом плескайся в бассейне, а в конце надо просидеть в ледяной воде, не меньше двух минут (желательно пять). Справишься — будешь добрым молодцем.
За ужином я уже не стучал зубами о кружку с тёплым чаем (честно высидел пять минут в ванной со льдом). «Злодей» Антон стоял рядом с секундомером и периодически проверял температуры ледяной жижи в ванной, качал головой, говоря, что надо минус двадцать, да где их взять.
Микош спустился к нам минут через пятнадцать после того, как мы закончили приём пищи. Я был рад увидеть нормальное человеческое лицо, а не лица злодеев (Антон) и садистов (Слава). Когда мы спустились в подвал, мне стало понятно, что в этом доме только я один человек — на бильярдном столе были разложены чистые листы и ручки, всего три комплекта.
— Устраивайтесь, товарищи. — Микош показал на барные стулья за бильярдным столом. — Всё, что придёт в вашу голову, прошу,
