особенно натурально. – Раздался рядом со мной веселый голос Нинель.
– Главное, чтобы нас не заставили штопать ее вручную, – вздохнула я.
– Ну-ка смир-но! – разнесся громогласный приказ над головами юных бойцов, эхом отразившись от стен и улетая под потолок. – Что вы здесь устроили?
Все мгновенно замерли, развеивая с кончиков пальцев последние заклинания. Господин Клац стоял на середине лестницы, возвышаясь над всеми. Сложенные на груди руки и суровый прищур зеленых глаз вселяли ужас. Во всяком случае в меня.
– Вы забыли где находитесь? – продолжил он. – Или это подготовка к семестровым состязаниям? Так для тренировок у нас есть специальные полигоны и занятия по физподготовке. Все находящиеся сейчас в холле сегодня после занятий явятся на отработку.
– Отступаем, – зашептала мне на ухо Нинель и потянула аккуратно за столб, рядом с которым мы стояли.
Скрывшись с глаз физрука, мы замерли, вслушиваясь в его грозную речь.
– И не думайте откосить, в надежде на то, что вас много и кого-то я не заметил…
Я чуть страдальчески не застонала: на вечер у меня имелись совершенно другие планы по изучению лаборатории профессора Клеронса. Внезапно мое внимание привлек странный хлопок.
– …магия университета всех чувствует и все помнит, – продолжил говорить господин Клац. – Сейчас на вашей форме проявится голубая метка – знак того, что вы должны отработать провинность. Она не исчезнет до тех пор, пока вы не выполните назначенное вам наказание.
Я перевела взгляд на Нинель, а она в свою очередь посмотрела на меня. На наших рубашках у правого плеча медленно наливался знак переплетенных стихий в голубой сфере. Столб не помог – нас тоже посчитали.
– А теперь марш все на занятия, и чтобы вечером я никого не искал! Буду ждать вас у главного входа, – донесся до нас голос преподавателя, а следом раздались и его шаги.
– Будь проклято мое любопытство, – с досадой простонала я. – Ну почему я просто не пошла в аудиторию?
– Думай о положительных моментах, – улыбнулась подруга и потянула меня к центральной лестнице. – Ты стала участником одной из эпических студенческих битв. Это было здорово.
– Не вижу ничего здоровского, – пробурчала я. – Так теперь еще придется отменить посещение лаборатории, а я уже настроилась, да и Эдди очень просил взять его с собой.
– Возьми его на отработку наказания, – усмехнулась Нинель. – Пусть развлекается.
Я не стала комментировать ее предложение. Меня больше волновало – есть ли способы не отрабатывать наказание, а закрыть провинность как-то иначе.
До нужной аудитории мы добрались на этот раз без происшествий и каких-то сложностей. Но всю лекцию я прослушала вполуха, механически записывая основные моменты в тетрадь, потому что мысли постоянно скатывались на переживания по поводу отработки. В чем она будет заключаться? Накажут ли меня как-то за порчу гобелена? Конечно, не я запустила тот огненный шар, но именно я направила его в ближайшую стену.
Следующая лекция проходила у госпожи Ричард по взаимодействию стихий. Пока мы занимали свои места, она с каким-то хитрым видом на нас посматривала.
– Приветствую вас, мои элементальчики, – произнесла она, как только прозвучал сигнал к началу лекции. – Я слышала, вас можно поздравить с боевым крещением?
Все студенты не понимающе переглядывались, и только педагог тихонько посмеивалась.
– Весь холл разнесли или что-то уцелело? И кстати, чья стихия победила? – она обвела аудиторию взглядом. – Рассказывайте-рассказывайте! Вы же знаете, как я люблю все студенческие проделки, особенно, когда они связаны со стихиями. Противоборство воды и огня: вы же только что неплохо отработали взаимодействие стихий…
– Господин Клац был не так счастлив, как вы, когда увидел обугленные портьеры и намокшие портреты, – ехидно произнесла Ивея, которая не участвовала в побоище, поскольку группа ее стихии задержалась на практикуме, и в холл они вошли, когда Клац уже метал громы и молнии.
– Клац любит напустить страху на неоперившихся юнцов, – задорно рассмеялась госпожа Шимонда. – Но поверьте, вы не первые, кто пытается разрушить холл первого этажа. Видимо это место настолько пропиталось эманациями магии, что само провоцирует студентов. Поэтому оттуда давно убрали оригинальные картины, раритетные гобелены, уникальные статуи. Все что там выставлено – просто качественно выполненные копии, созданные коллегами из Академии изящных искусств.
– Тогда зачем это наказание, которое мы должны отработать? – возмутился Брик.
– Вы должны привыкать нести ответственность за свои поступки. – Голос преподавателя стал серьезным. – Магия стихий может быть крайне опасна. Вы научитесь здесь сложным неординарным заклинаниям. К концу обучения ваш магический потенциал разовьется также, как нарастает физическая масса от длительных тренировок. Поэтому вас учат не только контролировать себя, но и просчитывать последствия применения магии.
– Все равно в этом есть какая-то несправедливость, – пробурчала под нос Стелла, с которой собственно все и началось.
– Если это вас утешит, – усмехнулась госпожа Шимонда, – я обещаю посмотреть реконструкцию произошедших событий и наиболее удачливым хулиганам, отбившим заклинания неродной стихии, поставить зачет за первую практику.
Это предложение воодушевило многих, особенно парней. Они тут же стали вспоминать наиболее удачные пасы, обманные маневры, и в аудитории поднялся легкий гул. Шимонда Ричард призвала всех к спокойствию и начала новою тему: полезные минералы и их взаимодействие с различными стихиями. Оказывается, природные свойства некоторых камней помогают им усиливать воздействие одной стихии и притуплять другую. А природные источники магических проводников играют не последнюю роль во взаимодействии стихий.
Новая тема меня удивительным образом увлекла. Немало этому способствовала и подача материала преподавателем. Шимонда горела своим предметом, она очень живо рассказывала о свойствах минералов и приводила яркие запоминающиеся примеры как удачных, так и неудачных способов комбинации тех или иных веществ. Глядя на нее, у меня невольно зародилась мысль, что может быть и мне после окончания академии пойти преподавать? Вполне достойный заработок и интересная работа. Вот только я пока не знала, какой предмет меня настолько сильно влечет, чтобы углубляться именно в его изучение.
После «Взаимодействия стихий» у нас прошло еще два предмета, прежде чем студенты, отметившиеся в утреннем сражении, отправились на поиски преподавателя Клаца для отработки провинности. Я спускалась в холл понурив голову. Чувствовала себя как-то неловко, а к последней ступеньке поняла, что мне элементарно стыдно: я совершенно никак не проявила себя в этой «битве», не нанесла ощутимого ущерба… не считая злосчастного гобелена, да и тот пострадал случайно. А отбывать наказание буду наравне со всеми.
Встав за спинами однокурсников, я ждала распределения на «работы», как вдруг в холл стремительно вошел профессор Клеронс.
– Германий, – обратился он к господину Клацу, – пока ты не озвучил распределения, позволь мне забрать Ирейн Розенталь. Она отработает наказание в моей лаборатории.
– Не смею возражать, тем более декану
